Скрипнула дверь, экологи проникли внутрь, Михалыч опустил метлу. Метла треснула, черенок отлетел, голова Михалыча тоже треснула, свет померк.
Здравствуйте, немытые волосы. Добрый вечер, перегар изо рта. Приветствие обвисшим сисям!
Михалыч начинал что-то подозревать. В его голове мелькали умные мысли, но он оказался быстрее. Поэтому, собравшись с силами, преодолевая вертолеты Клеопатры Анисимовны, отважный сторож пополз в бой! Нужно было во что бы то ни стало остановить злостных нарушителей порядка и воров детенышей неведомых зверушек!
Видимо, скоростное ползанье по полу благотворно влияет на пьяное женское тело, пусть там и находится брутальная мужская душа. Уже через короткое время, Михалыч почувствовал признаки отрезвления и его выкинуло обратно во времени и пространстве.
Опять. Михалыч сидел в своей каморке. Ничего не предвещало беды, но это не так. Беда вот-вот должна была нагрянуть. Сторож понял, что нет времени рассиживаться и починять примус, нужно действовать!
Он поднялся на ноги и с силой отбросил несчастный предмет в сторону. Тот упал на бетонное крыльцо. Вспыхнули искры. Лежащая рядом сухая ветошь только и ждала, чтобы тут же загореться жарким пламенем. Михалыч, и так дезориентированный после всех этих смертей и воскрешений, схватился за первое попавшееся в попытке затушить пламя. Первым попавшимся оказался старый веник. Огонь с радостью перешел с веника на рукав куртки Михалыча, быстро разбегаясь веселыми язычками по всему телу.
Михалыч сгорел. Опять знакомый перегар и обвисшие сиси. Преодолевая алкогольную тяжесть, Михалыч оглянулся вокруг в поисках воды. После сгорания заживо очень хочется пить, оказывается.
Старая бутылка минералки нашлась почти под рукой. Вода прохладным потоком текла в его глотку без кадыка, что оказало довольно хороший отрезвляющий эффект. Голова прояснилась, вертолеты пропали, а сиси стали чуточку бодрее.
Вновь очнувшись в своем бренном, но горячо любимом теле, Михалыч решил действовать. Немедля ни секунды, он вскочил и ринулся навстречу злоумышленникам. Остановить похищение Чупакабры стало делом всей его жизни. Почему-то он был уверен, что именно в этом и кроется секрет его вечных перерождений.
Разогнавшись до скорости престарелого ржавого крейсера, Михалыч споткнулся и пропорол носом асфальтовую площадку. Но его это не остановило! Вскочив на ноги, он продолжал наступление на неприятеля. Из-под его ног летел щебень, так быстро и старательно он бежал.
Один камушек отскочил особенно высоко, от рикошетил от стены беседки и попал Михалычу прямо в глаз. Во втором глазу все потемнело. А он (Михалыч) был так близок к успеху.
Очнувшись в теле Клеопатры Анисимовны, Михалыч не стал что-либо делать. Его настиг ужасный зверь под названием «безысходность». Зачем страдать, зачем жалеть, не лучше лечь и помереть? А умирать он уже привык. С этими мыслями он заснул, уютно пристроившись в уголке подсобки и обнимая несчастную половую тряпку. Она напоминала ему запах физкультурного зала после урока старшеклассников. Благоухало потными подмышками и грязными носками.
Родные запахи всегда успокаивают расшалившиеся нервы.
А в это самое время, Чупакабра тихо лежала в дальнем углу зооуголка и молча смотрела своими блестящими черными глазками на жавшихся друг к другу от страха хомяка Тошу и белку Лисю. Да, ее выпустили в общий загончик за хорошее поведение, но с условием – она никого живого жрать не будет.
Безымянной Чупакабре было обидно и грустно. Во-первых, ее силой притащили из красочной солнечной Испании в холодную Россию. Во-вторых, ее кто-то постоянно пытается спереть, а ведь Чупакабра уже почти привыкла к местным запахам каши и теплу детских ладошек по утрам.
Чупакабра уже не помнила родителей, возможно, она была вечным детенышем, но тепло детского сада «Одуванчик» ласкало ее черное сердце и успокаивало расшатанные нервы.
Но самое обидно было то, что ей так до сих пор и не дали имени! Она уже пережила осень и зиму в этом месте, а тут пришли какие-то немытые люди и хотят забрать ее в дальние дали. Чупакабра просто хочет иметь свое имя и продолжать дальше пугать несмышленышей.
Карл Павлович резко вскочил среди ночи и судорожно потянулся к очкам без оправы. Ему внезапно приснился странный сон.