— Если сейчас ты выдашь еще одно загадочное совпадение, вроде того, что был знаком с Аллой или видел другие части коллекции в доме у друзей, я развернусь и повезу тебя в участок. Мы, конечно, ждали, что церковник прольет свет силой Света, но чтобы совпадение за совпадением…
— В этот раз другое. Не связанное, — начал было я и уточнил. — А ты что, правда, меня бы допрашивать повез?
— Да нет, — отмахнулся он. — Просто дело оказалось запутанным. Я, честно признаться, ждал легкой славы от громкого простого дела, а не кучу нестыковок, нервотрепок, головняков и взбучек от дядьки. Так что там у тебя?
— Слышал когда-нибудь что-нибудь про закрытые аукционы, где могут продавать реликвии с черного рынка?
Он удивленно посмотрел на меня.
— Уж лучше бы ты сказал, что у тебя в подвале Рыбакова сидит… Ты то откуда про этот аукцион знаешь?
— Мне приглашение пришло.
Он от удивления даже педаль газа вжал сильнее, чем следовало.
— Когда?
— На днях… Я уже костюм купил, — горделиво произнес я, желая разрядить повисшую в машине напряженную атмосферу.
— Ты же понимаешь, что участие в таких мероприятиях — клеймо. И если ты там что-то запрещенное купишь, то подсудное дело.
— Я не собираюсь там ничего покупать. Но, возможно, смогу разузнать что-нибудь о нашей загадочной коллекции. Не удивлюсь, если некоторые ее экспонаты продавались именно там.
— А говоришь, не связано… — Николай поджал губы и нахмурился.
— Это только предположение. И мне нужен твой совет. Как лучше это все провернуть. Мне сходить туда и попробовать записать все, что будет там происходить? Выдать место проведения в процессе людям при звании? Или…
— Если расскажем, аукционом займется другое подразделение, тебе запретят туда идти, будут допрашивать, проверять связи. Будут допытываться, чем ты заслужил приглашение туда.
Он помотал головой и чуть постучал пальцем по рулю — это у него была такая привычка, я уже заметил, когда он что-то обдумывал.
— Если мы хотим что-то разузнать про нашу коллекцию через аукцион, то пойдем вдвоем. И если потребует — вызову подмогу.
Я покачал головой:
— Это закрытое мероприятие. По приглашениям. Мне придется идти одному.
— Понимаю. Но это не помешает мне околачиваться на достаточном расстоянии, чтобы не быть замеченным самому, и наблюдать, чтобы разведать что-то полезное.
— Я не смогу пронести ни телефон, ни какую-либо технику.
— Обдумаем варианты, — он снова постучал по рулю.
— А дядька тебя не прибьет, что ты ничего ему не рассказал?
Николай вновь поджал губы и нахмурился.
— Понимаешь… — начал он. — По Одинцову у нас уже… не очень красиво всё выглядит. Улик мало, версии разваливаются, дядька недоволен, отделение на репутационном дне. А если сейчас нащупаем что-то серьёзное… это другой разговор. Уже какой-никакой, а результат. И мне хорошо, и дядьке, и всему отделению.
За окном промелькнул мост. Впереди показался нужный квартал.
— Приехали, — сказал Николай притормаживая. — Давай сначала с кольцом разберёмся. А потом — реликвии, аукционы и всё остальное.
— Давай, — согласился я.
Машина встала у тротуара. Я вышел и поднял голову — стандартный городской доходный дом, пять этажей, фасад с облупившейся лепниной. Где-то на третьем этаже жил человек, который, возможно, знал кое-что важное.
Николай хлопнул дверцей и встал рядом.
— Третий этаж, — сказал он. — Квартира двенадцать. Готов?
Он взглянул на меня, и я кивнул:
— Готов.
— Тогда идем.
Он хлопнул меня по плечу и направился к крыльцу. Я последовал за ним.
Глава 7
Допрос
Кодовый замок на двери был сломан, так что внутрь мы попали без проблем. Я быстро поднялся по ступеням крыльца, потянул на себя створку и с улыбкой сделал приглашающий жест:
— Прошу.
— Благодарствую, — довольно ответил Николай и вошел внутрь. Я последовал за ним.
Подъезд встретил нас запахом сырости и старой краски. Мы поднялись по выщербленным ступеням на нужный этаж, остановились у поцарапанной металлической двери. Под глазком красовалась криво прибитая латунная цифра с номером. Слева на косяке была кнопка звонка, на которую Николай и нажал.
За дверью некоторое время царила тишина. Затем послышались осторожные шаги. Кто-то остановился у двери, словно наблюдая за нами. Или слушая, не собираемся ли мы уходить. Даже не активируя плетений, я чувствовал исходящий из-за двери страх. Человек, который стоял по ту сторону створки, очень надеялся, что мы пришли с рекламными буклетами или просто поговорить о Творце. И теперь ждал, когда мы уйдем.