— Так и есть. И кроме того, у нашей Евгении Марковны есть поместье, в котором она и жила последние тридцать лет. Последней ее видела служанка, она и сообщила о пропаже. Позавчера отпросилась в город съездить, хозяйка ее отпустила. А сегодня утром, когда вернулась и пришла будить ту к завтраку, оказалось, что в спальне никого нет. На туалетном столике всё на своих местах. Даже драгоценности в шкатулке остались. А в кровати только ночная рубашка.
— А еще кто-то дома был?
Николай покачал головой:
— Евгения Марковна вела закрытый образ жизни. Почти все слуги были приходящими в определенный день недели. Повар в понедельник, среду и пятницу, садовник по вторникам. В особняке жила только та самая служанка, которая и заявила.
— Значит, хозяйка была одна, — подытожил я и задумчиво потер ладонью подбородок. — А магия? Проверяли?
Николай неопределённо дёрнул плечом.
— Пока даже заявление официально не приняли. Трое суток должно пройти. Просто дядька думает, что это как-то связано с Одинцовым. Вот и решил проверить. Неофициально, так сказать.
— В доме много антиквариата?
— Полно. Каждый угол забит. Картины, статуэтки, мебель старинная. Женщина явно любила окружать себя красивыми вещами. Поэтому ты нам и нужен. Кстати…
Он замялся, явно подбирая слова.
— Что? — уточнил я.
— Сейчас приедем, я тебя представляю в качестве консультанта по антиквариату. Ты осмотришься, скажешь, если что-то не так. Ребята там нервные, так что постарайся не пугать их.
Я повернулся к приятелю и оторопело уточнил:
— Чем я их напугаю?
В голове мелькнула мысль, что Николай знает о моем «даре», и от этой мысли мне стало не по себе.
— Да тем, что по слухам ты из СКДН, — усмехнулся он. — А к делу лейтенанта со стажером привлекли. Оба вашу братию страсть как боятся. Не каждый может вытащить демона из старого предмета и потом его уничтожить. Так что…
— Пугать не буду, — согласился я. — Обещаю вести себя тихо и прилично и быть больше похожим на нормального антиквара, а не на охотника за демонами.
— Вот и хорошо, — довольно заключил парень. — Приехали, к слову.
Машина затормозила перед высоким кованым забором. За ним виднелся старый двухэтажный особняк с витражными окнами и башенкой с острым шпилем. На первом этаже горел свет. А у крыльца стояли молодые парень и девушка в форме, судя по всему, те самые самые ребята, о которых говорил Николай. Они о чем-то переговаривались и смеялись, но даже издалека я видел, как они были напряжены. То и дело озирались по сторонам, словно чего-то опасаясь.
Николай въехал в открытые ворота и остановился на парковке, где уже стояла машина жандармерии с царапиной на крыле и слегка помятым бампером. Заглушил двигатель и повернулся ко мне:
— Ну? Идем?
Я кивнул и вышел из авто. Взглянул на особняк, окна которого смотрели на меня, как пустые глазницы. На секунду мне показалось, что дом был мертв. И уже давно.
— Лёха? — окликнул меня Николай. — Ну ты чего там застыл? Пошли, работа не ждет.
Я встряхнулся, прогоняя наваждение.
— Всё нормально. Просто… атмосфера здесь специфическая.
Николай не ответил. Просто кивнул. Мы поднялись по заскрипевшим ступенькам крыльца. Дверь была приоткрыта. В гостиной горел свет.
— Здоровья, дамы и господа, — начал мой приятель, обращаясь к коллегам. Те прервали разговор, улыбнулись и кивнули, приветствуя нас. Молодой совсем парень с нервным взглядом явно чувствовал себя здесь не в своей тарелке. Девушка чуть постарше держалась спокойнее, но я видел, как она то и дело оглядывается через плечо. Словно боялась, что из-за открытой двери дома выскочит кто-то страшный.
— Тебя тоже дернули? — уточнил парень, пожимая протянутую Николаем ладонь.
— А то, — гордо ответил тот. — Куда вы без меня?
Лейтенант со стажером переглянулись и рассмеялись. Впрочем, Николай тоже довольно хохотнул.
— А это, наверное, наш специалист по антиквариату? — с улыбкой уточнила девушка, переводя на меня взгляд, и коллега гордо кивнул:
— Алексей Петрович Орлов. Прошу любить и жаловать.
— Молодой больно, — с сомнением протянула девушка.
— Ну и ты не такая старая, — подколол он ее. — Однако же целый старший лейтенант. И старшая в нашей группе. Так что молодость не приговор.
Девушка скривилась и открыла было рот, чтобы что-то ответить, но Николай лишь рассмеялся:
— Да шучу я. Расслабься. Что нашли?
— Ничего, — со вздохом ответила девушка. — Щеколды на окнах целы, дверь никто не ломал. Чужих отпечатков на дверях и окнах в комнате тоже нет. Нужно копать дальше.