— Дамы и господа, — прозвучал голос из-под потолка. И в помещении воцарилась тишина. — Добро пожаловать на наш аукцион. Надеюсь, каждый обретет здесь то, что ищет. А теперь прошу поприветствовать неизменного распорядителя! Встречайте! Путник!
Зал ответил на имя сдержанными аплодисментами, какими приветствуют кого-то хорошо знакомого и давно заслужившего уважение. Свет в зале погас, а через мгновение лестница вдруг ожила. Сначала я не понял, что именно изменилось. Свечи в канделябрах вдоль ее перил ярко вспыхнули, отбрасывая на стены причудливые тени каких-то диковинных зверей. Они разгорались, и тени увеличивались, словно танцуя.
А затем, на лестнице появился человек, который медленно направился к подиуму. Над его головой вспыхнули и закружились пышущие искрами фениксы, созданные мастером-огневиком. Взлетали к потолку, опускались к плечам Путника. А когда он подошел к последним ступенькам, взмыли вверх и осыпались пеплом. И свет в зале снова вспыхнул.
Распорядитель же занял место за кафедрой. Невысокий, жилистый, в чёрном фраке, сшитом на заказ, и в очень натуралистичной маске обезьяны. Рыжая шерсть клочьями торчала в стороны, и, как и предупреждал меня чумной доктор, полностью скрывала личность, прятавшегося под ней человека.
Не было видно ни сантиметра кожи, темно-коричневые волосы, которые, действительно могли быть париком, сливались в рыжими прядками. Маска выглядела одновременно и зловеще, и величественно. Будто король обезьян, владыка джунглей, посетил это место сегодня, чтобы выставить на продажу вереницу диковинных вещей.
К моему удивлению, маска сидела на распорядителе идеально. Морда с ехидным оскалом блестела под светом свечей и искусственных ламп, глаза живые, насторожённые поблёскивали, будто он не просто распорядитель, но еще и наблюдатель, который сверлит взглядом каждого гостя, заглядывая ему в душу и выискивая самые потаенные тайны.
— Добрый вечер, дамы и господа, — нараспев протянул он.
У распорядителя был низкий голос с металлическим оттенком. Еще одна деталь в пользу анонимности. Ровный, без хрипов и ярких эмоций, но с подходящей интонацией, которая цепляет, забирает все твое внимание и не даёт отвлечься. Видимо, он искажается магией или каким-нибудь прибором. А может, и тем и другим, используя двойную защиту.
— Итак, хочу представить вам первый лот, — объявил он, и зал затих.
К Путнику подошел помощник, который внес в помещение вазу, которую поставил на столик справа от распорядителя. И я с трудом сдержал вздох восхищения. Ваза была хороша. Высотой в локоть, изящная, с тонким силуэтом, усыпанным цветами и птицами. Свет люстр играл на серебре, сапфиры мерцали. Красиво, дорого. И чисто. Ни следа энергии, ни тени, ни холода. Обычная музейная редкость, выставленная для разогрева.
А распорядитель продолжил:
— Перед вами императорская ваза, фарфор, серебро девятьсот двадцать пятой пробы, сапфиры, ручная роспись. Работа мастера восемнадцатого века.
Мужчина рядом присвистнул и опять что-то шепнул своей спутнице.
Распорядитель тем временем описал краткую историю вазы и громогласно продолжил:
— Стартовая цена пятьдесят тысяч рублей. Кто больше?
Он осмотрел зал, и в воздух сразу взметнулись десяток табличек. Торги начались. Я же принялся изучать экспонат. Участвовать в битве за нее при всем желании не смог. И хоть дела в мастерской шли хорошо, такой уровень роскоши не мог мне даже сниться. Хотя этот экспонат наверняка неплохо смотрелся бы в гостиной.
Торг был не очень горячим. Ставки сыпались лениво, но методично. Никто не хотел проявлять слишком резвый интерес, но и быстро сдаваться, как я понял, несколько самых активных гостей не желали.
— Безвкусица, — едва слышно пробормотал белый кролик женщине, державшей его под локоть.
— Почему? — удивленно уточнила спутница.
— Сюда приходят за диковинками, — пояснил белый кролик. — В этой нет… шарма. Мастера делали на века, но вещица без особой истории. Никто за нее не умер, не выкрал. Просто красивая дорогая чепуха. Таким место в музее, а не на тайном аукционе.
Спутница кивнула, не став больше расспрашивать.
Торги закончились на мужчине в маске ворона. Именно он назвал цену, которую некому было перебить.
— Продано! — с азартом произнес распорядитель и ударил в гонг. — Господин в маске ворона теперь счастливый обладатель этого удивительного предмета. А мы продолжаем.
Вазу унесли, и на столике появился следующий лот: шкатулка из чёрного дерева, инкрустированная бриллиантами, с золотыми вставками. Внутри бархат, снаружи орнамент в виде переплетающихся лоз. Слишком знакомый. Но не наша. Не из коллекции Долгоруких, хотя, возможно, той же школы. Очень уж знакомо выглядели детали. Возможно, отголоски моды того времени. Кто-то очень хотел скопировать узнаваемый стиль.