Путник ударил молотком, объявил имя нового владельца и без паузы перешёл к следующему лоту.
Аукцион продлился еще два часа. За все это время я увидел только пару проклятых предметов, из-за чего мои подозрения в том, что здесь торгуют темными вещами, полностью оправдались. Большинство вещей оказались совсем обычными, правда, с темной историей. Это открытие меня даже чуточку разочаровало. Я рассчитывал побывать на незаконном мероприятии, тщательно скрываемом от ОКО, найти здесь склад одержимых ценностей, которые сбывают на черном рынке, и самое главное — ответы про коллекцию Долгоруких. А по итогу…
— Аукцион завершен, — послышался голос откуда-то с потолка. — Благодарим всех собравшихся и надеемся, что скоро мы встретимся снова!
Это вырвало меня из раздумий.
Путник же развел руки в стороны и театрально поклонился, сошел с подиума и направился на второй этаж. И разговоры в зале тут же стали чуть громче, будто кто-то убрал руку с плеча.
Покупатели направились оформлять свои покупки, а гости, которые остались без улова, продолжили общаться и налегать на оставшиеся закуски.
Белый кролик ушёл одним из первых, держа спутницу под локоть. Едва подавив тяжелый вздох, я направился к выходу. Хотелось в последний раз пройтись по залу и послушать, что говорят вокруг. Разговоры после аукциона всегда откровеннее разговоров до него. Люди расслаблялись, азарт либо уже был утолён, либо сменился досадой проигравшего. И то и другое развязывало языки.
— Конечно! Есть разные способы использовать одержимых в своих целях, не выпуская из-под контроля, — донесся до меня знакомый приглушенный голос, и я резко притормозил.
У дальней стены, рядом с одним из потухших канделябров, стояли двое и о чем-то вполголоса переговаривались. Один из них был уже знакомый мне Одиссей, в маске чумного доктора.
— Это просто слухи, — возразил другой, в маске льва, но без особой уверенности в голосе.
Одиссей усмехнулся:
— Помните Рыбакову, которая недавно пропала? У нее был одержимый предмет из коллекции Долгоруких. Часы. Они давали ей вечную молодость!
— Даже если принять ваши слова за правду…
— Я знаю человека, который этим занимается. Именно он и починил часы Рыбаковой.
Лев негромко хмыкнул.
— А потом она исчезла, — хмыкнул лев. — Это не называется «управлять одержимым», это называется «держать тигра в незапертой клетке».
Одиссей пожал плечами:
— Можно сделать что-то на один раз. Добавить в предмет духа или проклятье, а потом сделать так, чтобы оно сработало…
Он многозначительно замолчал, глядя на льва. И судя по всему, эта мысль его заинтересовала. Одиссей же осмотрелся по сторонам, словно проверяя, не подслушивают ли их, и заметил меня. От его взгляда я вздрогнул. Волосы на затылке приподнялись, а внутри заворочался тяжелый ледяной ком. Сердце бешено заколотилось, готовое вот-вот выскочить из груди, а во рту пересохло. Несколько мгновений, Одиссей изучающе смотрел на меня, а затем перевел взгляд на собеседника, я же поспешно направился к выходу.
Я ждал, что он окликнет меня. Что за спиной раздаются шаги. Что чья-то рука лежит на плечо. Но ничего из этого не произошло.
Значит, в городе есть колдун-чернокнижник, который может управлять проклятиями и работать с одержимыми вещами. А может, даже с людьми.
Я всегда воспринимал это за городскую легенду. Если у Синода и были данные о таких умельцах, эти данные наверняка были засекречены и спрятаны в специальных хранилищах. По слухам же, в мире существовали люди, которые обладали даром похожим на мой. Только работал он чуть по-другому. Эти люди были способны находить в астрале отпечаток, при помощи которого могли управлять нужным демоном, подчиняя его своей воле. Скорее всего, подобное поведение демону или призраку не нравилось, и если заклятье управления спадало, контролирующему, скорее всего, приходилось несладко. Впрочем, случаев подчинения демона я не видел, поэтому судить не берусь.
С колдунами-мастерами проклятий все было проще. И такие действительно существовали, я знал прецеденты. При помощи сложных ритуалов, они могли создать нужное заклятье и активировать его, когда им это требовалось. Вероятно, коллекцию Долгоруких как раз и проклял такой мастер? Судя по словам Татьяны Петровны, которая говорила о «страже», так и было.
— Не нашли, что искали?
Знакомый голос окликнул меня почти у выхода из зала. Я вздрогнул, обернулся.