Я кивнул и подошел к жандармам:
— С радостью.
Николай улыбнулся, Александра окинула меня изучающим взглядом, и мы принялись за дело. Работали методично. Мой приятель и девушка называли предметы, я уточнял эпоху, примерное состояние, материал. Показывал клеймо мастера, который создал вещь. Стажер послушно вносил все это в протокол. Опись заняла около пары часов, изрядно нас утомив.
— Семьдесят четыре предмета, — подвел итог Николай, захлопнув блокнот. — Все оригиналы?
Он взглянул на меня, и я кивнул:
— Если что-то и пропало, то до нашего приезда. И подменять пропажу не стали
— Ну, тогда осталось показать список служанке, — заключил Николай. — Пусть подтвердит и подпишет протокол.
— Она еще здесь? — уточнил я.
Приятель взглянул на Валентина, и тот кивнул:
— На кухне.
— Тогда идемте, — Николай взмахнул рукой, и мы вернулись тем же путем, что и пришли.
В гостиной я снова остановился перед часами. Стрелки показывали четверть пятого.
Прислушался. Остаточная энергия успела рассеяться, пока мы возились с описью. Только пустота, которая бывает в вещах после того, как из них уходит призрак или демон. Как комната, из которой вынесли всю мебель.
Я отвернулся и пошел за Николаем в сторону кухни.
В помещении пахло остывшим чаем и валерьянкой. Служанка, невысокая женщина лет шестидесяти в тёмном платке, сидела за столом и крепко сжимала в руках чашку. Ладони у неё чуть дрожали. Она то и дело всхлипывала. Видимо, пропажа хозяйки сильно ее очень подкосила.
Я перевел взгляд на вереницу стоявших на столе пузырьков с успокоительным. Покачал головой: раз уж после такой дозы она все еще в силах переживать…
Старший лейтенант разложила перед служанкой листы протокола.
— Глафира Степановна, нам нужно, чтобы вы просмотрели список и подтвердили: всё ли из коллекции хозяйки на месте. Если что-то отсутствует, добавьте и опишите.
Женщина послушно взяла листы, но смотрела в них не читая. Ее невидящий взгляд был устремлён куда-то сквозь бумагу. Так выглядят люди, когда прокручивают в голове что-то, что уже не изменить.
— Всё там на месте, — едва слышно произнесла она. — Евгения Марковна свои вещи знала наперечёт. Да и я часто в той комнате убиралась. Сразу бы заметила, если бы что пропало.
— Тем не менее, — мягко, но настойчиво произнесла старший лейтенант.
Глафира Степановна вздохнула и принялась читать. Я встал у входа и наблюдал, прислонившись к дверному косяку. Служанка водила пальцем по строчкам, изредка кивала.
— Все на месте, — ответила она, наконец, и положила протоколы на стол.
— Тогда подпишите документ, — попросила старший лейтенант.
Боковым зрением я заметил, что Николай сокрушенно покачал головой. Видимо, она делала что-то неправильно. Но спорить с ней он не стал. Женщина же взяла ручку и подписала документы в местах, куда указывала Александра. Рука её всё так же чуть дрожала.
— Глафира Степановна, — обратился он к служанке. Та отложила ручку и подняла на него взгляд. — Евгения Марковна в последнее время ничего не говорила о каких-то новых знакомствах? Может, кто-то приходил, звонил? Что-то показалось вам необычным?..
Женщина подумала. Потом кивнула, словно решившись.
— Письмо было. Недели три назад. Красивое такое, плотное. Хозяйка его сама из ящика достала, я только видела, как она несла. Ни конверта потом не нашла, ничего. Спросила как-то вскользь, а она только рукой махнула: мол, пустяки, реклама. Но конверт был толстый. Реклама такой не бывает.
Я ничего не сказал. Но был уверен, что в шкафу моей комнаты лежало такое же письмо. Пока посвящать в это новоиспеченных коллег не стал. Еще успеется. Да и уж если говорить, то лучше уж Николаю. И сделать это наедине. С ним-то мы уже хотя бы подружиться успели, а как отреагирует старший лейтенант Александра на мои откровения — загадка. Девушка выглядела донельзя серьезно. Видимо, ее первый раз поставили старшей в группе. Да и меня она сверлит полным недоверия взглядом. Будто рентгеном меня сканирует. А мне в таких ситуациях всегда хочется спрятаться. Есть что скрывать…
— Ладно, с этим закончили, — объявила Александра, убирая протоколы в папку. — Можем ехать.
— Подождите, — вклинился я. У меня еще оставались кое-какие вопросы. — Могу я побеседовать с нашей свидетельницей?
Посмотрел на Николая в поисках поддержки, и тот кивнул.
— Ты штатный консультант. Если недостаточно сведений, имеешь право.
Я подсел к женщине, стараясь не нарушать ее пространство, но попытаться войти в контакт и расположить.