— Ничего, Сенька, мы тебя откачаем! — едва слышно прошептала она, поливая цветок. — И ты оживешь. Обязательно.
Зрелище настолько умиляло, что я невольно улыбнулся. Боевая девушка, которая могла легко не моргнув глазом соврать, чтобы договориться на частную беседу с директором музея, выбить скидку и поставить на место жандарма, обращалась с цветком так, словно это было величайшее сокровище в мире. Я еще несколько секунд понаблюдал за Настей, а затем покачал головой и направился на кухню, где уже был накрыт стол. Свежая скатерть с мелким ненавязчивым узором, расставленные тарелки с лежавшими рядом приборами. В центре стола стоял в стеклянной миске салат. В плетеной корзинке лежал свежий хлеб. А еще, на столе стояло блюдо с запеченным мясом и ажурная хрустальная миска с жареной картошкой и грибами.
— Какая красота, — пробормотал Николай. — С утра не ел, а у вас тут такой стол…
— Если вдруг отравитесь — я официально снимаю с себя ответственность, это всё Михаил, он нож неправильно держал, — послышался за спиной голос Насти.
— Да-да, это все моя техника нарезки овощей зарядила еду темной энергией. — парировал помощник.
— Если отравимся, мне придется вас арестовать, — заявил Николай и сел за стол.
— Арестовать ты уже никого не сможешь, — рассмеялась Настя и без колебаний устроилась рядом с ним.
Я успел заметить, как приятель слегка расправил плечи и выпрямив спину, словно был не на ужине в доме реставратора, а попал на императорский прием. Михаил занял место по другую сторону от Николая, а я на оставшееся, напротив гостя.
И уже только устроившись, заметил рядом с хлебом, стояла незнакомая белая, керамическая салфетница в виде смешного привидения с вырезанными глазами и ртом-овалом. Из предмета торчали сложенные треугольниками салфетки, напоминая взъерошенную шевелюру.
Я невольно улыбнулся. Был уверен, что выбрала ее Настя, хотя даже не представляла, как идеально вписывался этот аксессуар. Мелкий фарфоровый дух среди живых и одного вполне реального привидения, которое сейчас наверняка сидит в моем кабинете и с интересом читает очередную книгу.
— Ну что, господа, — произнесла Настя, пододвигая блюдо с картошкой поближе к центру стола. — Прошу трапезничать. Картошечка с грибами, салатик и жареное мясо с деликатесных частей любопытных соседей.
Николай на последней фразе едва заметно нахмурился, косясь на девушку, но она рассмеялась еще громче и похлопала его по плечу.
— Расслабьтесь, господин жандарм, — ответила она. — Вы не на задании. Это мясо никогда не разговаривало. Только мяукало!
Михаил вздохнул и замотал головой.
— Хорошо, — ответил Николай, накладывая на тарелку картошку. — Раз уж я по совместительству сегодня гость, представитель закона и спаситель комнатных растений, предлагаю начать ужин с анекдота из практики. Как раз на днях случай произошел.
— Только не про мертвяков, — поспешно предупредил Михаил. — Хватит с нас Настиного специфического юмора.
— Нет, — отмахнулся Николай. — Сегодня у меня для вас эксклюзив. Про дело, где никто не умер. Во всяком случае, официально.
Мы с Настей переглянулись. Девушка, улыбнувшись, подперла щёку ладонью:
— Звучит многообещающе, — произнесла она, глядя на гостя. — Давай, блюститель закона, удиви нас.
— Был у нас один такой случай… — начал парень. — В центре. Еще лет сто назад был там доходный дом, а сейчас — бизнес-центр «Окно в Европу». Название уже звучит как диагноз. Ну да ладно. И вот однажды к нам приходит заявление: «В нашем офисе по ночам кто-то включает принтер и подписывает документы». Без ошибок. Почерком главного бухгалтера. Которая в это время формально в отпуске была.
— Прекрасное начало, — не удержался я. — Можешь мне такого завести? Чтобы по ночам всеми счетами и расписками занимался.
— Так в том-то и дело, — фыркнул Николай. — Директор тоже сначала обрадовался. В стиле: «ну и хорошо, то, наверное, она работу любит, по ночам приходит». А потом кто-то очень умный заметил, что «самоподписанные» бумаги не совпадают с тем, что он в итоге хотел подписать. Там суммы, но счета и исполнители — другие. Сразу и не заметишь, если простыни текста читать не любишь.
Михаил присвистнул, потянувшись за салатом:
— Подожди… То есть ночью у них кто-то тихо переписывал договоры на других подрядчиков?