— Кто «они»? — не понял я.
Она чуть помолчала, раздумывая, что еще стоит говорить, а что нет. Затем произнесла:
— Поищи информацию про Померанцева в архивах Синода.
— И что я там найду?
— Ты умный, так что сам все поймешь. Не стану же я всю работу за тебя делать, мальчишка, — хитро ответил демон, что сидел в старушке.
Дверь открылась, и в храме появился настоятель. За его спиной маячила фигура Михаила.
Женщина посмотрела на меня ещё секунду, открыла было рот, чтобы что-то добавить, но махнула рукой с видом «неважно, сам потом все поймешь», развернулась и направилась прочь. Прихрамывая и опираясь на трость, пересекла притвор, минуя настоятеля. И я заметил, что темное облако вновь осело, словно демон внутри женщины спрятался, стараясь стать незаметным. Уже в дверях бросила на моего помощника хищный, плутоватый взгляд, помотала головой и вышла.
Михаил что-то сказал настоятелю и сделал несколько неуверенных шагов ко мне, я кивнул, и он пошел увереннее. Заметил на лице товарища нескрываемое облегчение.
— Тебе она тоже показалась… странной? — спросил он, поравнявшись со мной. Я пожал плечами. Предположил:
— Может быть, возрастное. Отрыв от реальности. Маразм… Так сразу и не скажешь.
Говорить об одержимости не стал. Не хотел пугать его, да и поднимать лишний шум тоже.
— Я спросил у настоятеля как бы между делом, что в храме за странная женщина. Он сказал, что она заходит иногда вне службы, покупает свечи и еще разное. Но постоянной прихожанкой не является.
— Ну и ладно. Не наша забота. Мы здесь по делу, и нам не стоит надолго задерживаться. Другие храмы тоже ждут.
Помощник серьезно кивнул, и мы направились к настоятелю.
— Добрый день, — начал я. — Мы прибыли по вашей заявке на реставрацию. От Синода.
Священник — невысокий, плотный мужчина, с аккуратно подстриженной седой бородой окинул нас внимательным взглядом и покивал.
— Слава Творцу, — произнес он после паузы. — Меня зовут отец Серафим.
Мы познакомились, и он продолжил:
— Давно ждали, когда направят специалиста. Заявку подали несколько месяцев назад… Но сами понимаете, в Синоде дел много, храмов в столице тоже. Икон и фресок, требующих реставрации, так и того больше. Много старинных храмов, которые давно ждут обновления и ремонта, а мы так… Но как икону на иконостасе повело, так и засуетились. Михаил, — настоятель посмотрел на моего помощника, — иногда к нам заглядывает. Сильно меня отчитывал за промедление. Но у меня тоже, сами понимаете, паства, требы, воскресная школа…
— Конечно, — участливо и с пониманием произнес я. — За всем не уследишь. Хорошо, что есть бдительные люди, как Михаил.
Помощник едва заметно зарделся, но похвале был рад. Будто бы даже вырос, плечи расправил, засиял.
Я потер руки.
— Обсудим фронт работ?
Отец Серафим кивнул.
— Заявки пришли к нам несколько дней назад. Мы с помощницей пока составили лишь примерный план, но сегодня уточним детали и направим все на утверждение в Синод.
Настоятель кивнул:
— Да-да. Понимаю, — пройдем к иконостасу? Вы же начнете с самой проблемной части, правильно?
— Именно, — подтвердил я.
Он сделал приглашающий жест, и я шагнул в сторону амвона. Михаил последовал за мной.
— Простите старика, напомните ваше имя, запамятовал… Запишу себе сразу в контакты, — он начал набирать что-то в телефоне. — Служу здесь двадцать три года, но память смолоду такая была. Нужно сразу заметки делать, иначе имена из головы вылетают.
— Я Алексей, — вновь преставился я. — Мой номер телефона… — я начал диктовать цифры.
— А Михаил у вас практикант? — полюбопытствовал мужчина, записав номер и убрав телефон в карман.
— Да. Мне направили его на отработку назначенных дополнительно часов, но он так хорошо справлялся, что мы решили продлить сотрудничество.
Михаил в этот раз краснеть не стал, кивнул и с достоинством принял похвалу.
— А вы давно окончили семинарию?
— Этим летом. Но вы можете не беспокоиться, у меня достаточно опыта, чтобы взяться за самую проблемную икону в храме.
Настоятель сосредоточенно посмотрел на иконостас, пригладил бороду и опять покивал.
— Знаю, что за нее не каждый возьмется. Я уже обращался сам к специалистам, если честно, еще полгода назад. Но двое отказало сразу, ссылаясь, что такие старинные вещи не страхуются, а гарантий, что все получится, они дать не могут, — признался он. — А третий назначил такую цену, что уже я был вынужден отказаться. А по заявке от Синода вы первый, кто откликнулся.