— Мы кого-то ждем? — уточнил я, хотя уже точно знал, кто приехал.
Девушка покачала головой. А через мгновение послышалась трель звонка.
Я подошел к двери, нажал на кнопку, открывая калитку и впуская гостей. Выглянул в окно и с трудом сдержался от усмешки. Потому что к дому шли уже знакомый мне Горин в компании своего ищейки и пары сотрудников ОКО.
— Похоже, сегодня у тебя будет выходной, — пробормотал, не глядя на Настю.
— Кто там? — послышался за спиной голос секретаря.
— Гости, которые, скорее всего, проведут у нас целый день, — ответил я и открыл входную дверь
Горин уже стоял на крыльце, готовый постучать. И заметив меня на пороге, он улыбнулся, стараясь, чтобы улыбка вышла дружелюбной.
— Доброе утро, — произнес он.
— Доброе, — ответил я, рассматривая гостей.
Старший жрец-дознаватель достал из внутреннего кармана сложенный лист, развернул его и протянул мне:
— Это ордер на обыск вашего дома, — сухо произнес он.
Я взял бумагу. Бегло пробежал взглядом по строчкам, понимая, что даже если он с ошибками или вообще поддельный, оспорить его не смогу. Бумага была чистой формальностью. И к уважению Горина, он ее соблюдал.
— Хорошо, — ответил я, возвращая документ жрецу и отступая от двери. — Прошу, проходите.
Глава 8
Обыск? Не нужно обыска!
Горин первым шагнул в гостиную. ОКОвцы последовали за ним. Ищейка вошёл последним и сразу остановился у стены. Видимо, жрец терпеливо ждал, когда начнется обыск.
Заметив гостей, Настя удивленно подняла брови. Встала с дивана, рассматривая пришедших.
— Что-то случилось? — обеспокоенно уточнила она и поспешно добавила. — Мне кому-нибудь позвонить? Декану, может быть?
— Всё в порядке, — сказал я спокойно. — Ничего не нужно.
Она посмотрела на меня настороженно. Потом перевела взгляд на Горина и жрецов. Поджала губы, но промолчала.
— Можете приступать.
Эту фразу я адресовал «гостям». Горин кивнул:
— Спасибо за разрешение.
В его словах прозвучал сарказм, который он даже не пытался скрывать. Но я сделал вид, что ничего не заметил, сохраняя спокойствие и благостный образ человека, которому нечего скрывать и который готов сотрудничать, понимая важность работы жрецов ОКО.
Горин дал знак ищейке, и тот отлип от стены. Неторопливо направился на второй этаж, осматриваясь по сторонам. Я же повернулся к Насте:
— Идем, подождем на кухне.
Девушка кивнула и направилась в комнату. Я последовал за ней.
— Это… — начала она, как только я закрыл за собой дверь.
— ОКОвцы, — спокойно ответил я и подошел к шкафчику. Открыл дверцы, достал две чашки и вернулся к столу.
— Зачем они здесь? — не поняла секретарь, в голосе сквозило плохо скрываемое беспокойство. — Какой-то из предметов, отданных на реставрацию, оказался проклятым? Или одержимым?
Я покачал головой:
— Старший следователь с чего-то взял, что я украл демона из одного кафе на Невском, — ответил я, разливая горячий напиток по чашкам.
— Демона? — переспросила Настя. — Зачем он тебе? Это же просто бред какой-то!
В тоне начал прорываться бойкий характер девушки, но самообладание она сохраняла, понимая, что нельзя лезть на рожон и провоцировать жрецов. Просто сильно переживала и возмущалась грозным шепотом.
— С ума они там, что ли, посходили? Тут же все Светом дышит! У нас полный подвал освященных церковных реликвий, зачем нам здесь демоны?
Я пожал плечами:
— Сам не знаю, — честно произнес, протягивая ей кружку. — Я тут ни при чем. Поэтому спокойно сижу сейчас с тобой на кухне. Мне скрывать нечего. Так что не переживай.
— Да я не переживаю… — Настя покачала головой, принимая чашку. — Просто потом обязательно подам жалобу в Синод.
— Зачем? — удивился я.
Девушка сделала глоток и посмотрела в окно. А затем произнесла:
— А почему нет? Кто-то дал наводку. Кто-то ее обработал. Потом кто-то решил, что она может быть правильной. Кто-то направил сюда команду жрецов, которые и занимаются обыском. И значит, «кто-то» напортачил. Серьезно напортачил. Они тратят и свое время, и наше. То, что сейчас происходит в доме, явное превышение полномочий!
— Почему? Все бумаги в порядке. ОКОвцы в своем праве. Видимо, наводка была весомой. Так что жрецы все равно пришли бы. Должны же они провести проверку на предмет одержимых вещей, убедиться. У них, как у жандармов, нужно обрабатывать все потенциально опасные донесения.