— Может быть, вы остались, потому что хотели увековечить какие-то из этих воспоминаний в чем-либо? Заказать картину? Отлить статуэтку…
— Не знаю, юноша… Не знаю. И не сочтите меня неблагодарной, я рада, что получила такой опыт. Осталась здесь до того, как душа моя перейдет в иное состояние или измерение. Но…
— Что? — осторожно спросил я, когда пауза затянулась.
— Я помню свою жизнь очень смутно. Я знаю, кто я. Какая… Но пока вы не нашли эти фото, я будто бы забыла и о супруге, и о том, чем вообще занималась. Словно привыкла к тому, что стала призраком, что брожу по дому и… даже почти не ощущаю, что у меня была настоящая жизнь до всего этого. Так что очень вам благодарна, что вы нашли эту шкатулку с воспоминаниями.
— Рад стараться, — ответил я, и рука невольно потянулась погладить кошку, но я тут же ее одернул, подавив порыв. Такая фамильярность могла прийтись не по душе графине. Да и момент мог быть не совсем уместным.
Татьяна Петровна этого не заметила, повела ушами, точь-в-точь как живая кошка, а затем произнесла:
— Кажется, к вам уже пришли. Судя по легким шагам, это ваш секретарь. Она всегда пытается ступать осторожно, чтобы не разбудить вас.
— Так рано? — удивился я, и Татьяна Петровна лукаво улыбнулась:
— Идите, юноша. Если вы не против, я побуду в вашей комнате еще какое-то время.
Я только кивнул:
— Конечно. Это ваш дом, Татьяна Петровна.
Кошка подняла голову, несколько мгновений смотрела на меня не мигая. А затем произнесла:
— Спасибо…
Она вернулась к просмотру фотокарточек, а я вышел из комнаты и спустился на первый этаж, где в гостиной меня уже ждала Настя. Она уже сидела за столом, скинув туфли и поджав под себя ноги. Открытый ноутбук стоял на ее коленях.
— Доброе утро, — произнес я, спускаясь с лестницы. — Ты сегодня рано.
— Много работы, — не отрываясь от своего занятия, произнесла она.
Я кивнул, подошел к столу:
— Ты завтракала?
Секретарь покачала головой:
— Слишком торопилась. Мне нужно доделать заявки для Синода, и составить новый путевой лист.
Это заставило меня усмехнуться.
— Тогда идем перекусим.
Девушка некоторое время смотрела на меня, но я строго произнес:
— Дела никуда не убегут за те полчаса, которые мы потратим на завтрак.
И секретарь сдалась. Кивнула, поставила ноутбук на стол, встала с кресла и направилась следом за мной на кухню. Я подошел к холодильнику, открыл дверцу, рассматривая лежавшие на полках продукты. Затем повернулся к стоявшей в дверях Насте и уточнил:
— Яичница подойдёт? — спросил я. — Или ты не употребляешь на завтрак жирную пищу.
— Подойдет, — ответила она, прошла в комнату и села за стол. Огляделась, увидела хлеб на доске и потянулась за ним.
Я достал яйца, масло, нашёл на полке небольшой кусочек твёрдого сыра. Зажег плиту, вынул из духовки сковороду и поставил ее нагреваться.
Настя тем временем аккуратно нарезала хлеб. Сложила кусочки в плетеную корзинку, смахнула со стола крошки.
— Сыр тереть? — спросила она.
— Если не затруднит, — ответил я и бросил на сковороду кусочек масла. Оно зашипело, растекаясь по поверхности.
Девушка встала с места, открыла висевший на стене шкаф и вынула оттуда терку. Взяла сыр и принялась натирать его в тарелку.
— Прекрасная осведомленность о том, где она лежала, — не удержался я от реплики.
— Я знаю, где в этом доме лежит всё, — не отрываясь от своего занятия, горделиво ответила она.
Я покачал головой. Разбил яйца на сковороду. Они зашипели, края сразу начал белеть. Накрыл их крышкой и убавил огонь.
— Синод прислал дополнительный список объектов, — произнесла Настя.
— Много?
— Пять. И почти все хотят, чтобы к ним прибыли до конца месяца. Так что путевые листы придется менять. Поэтому я и приехала рано.
Она закончила с сыром, поставила горку на край тарелки. Щелкнула кнопкой стоявшего на столе чайника. Я впервые наблюдал за ней в быту и с удивлением заметил, что на кухне она двигается примерно так же, как в офисе. Девушка же взглянула на меня и уточнила:
— Тебе чай или кофе?
— Кофе.
— Я так и думала, — произнесла она. — Заряд бодрости тебе не повредит.
— Выгляжу помятым?
Она бросила оценивающий взгляд.
— Нет. Просто это в твоем духе. Ничего не имею против, — улыбнулась она. — У меня дед тоже заядлый кофеман.