Я закрыл крышку. Поставил коробку обратно в тайник. Опустил люк.
Нужно как-то аккуратно поговорить с Татьяной Петровной. И подойти к этой беседе следует издалека. Вдруг она об этом даже не помнит. Графиня не раз говорила, что воспоминания о жизни будто бы спрятаны под мутным стеклом. Да и в целом она может не захотеть объяснит, и это ее право. Но я хотел бы знать. И даже, возможно, помочь, если задача, ради которой спрятали деньги, еще актуальна.
В растрепанных мыслях я подхватил холст и покинул домик. Нужно было продолжить работу над иконой, но я понимал, что фокус внимания будет смещен, и есть большой риск все испортить.
Размышления прервал зазвонивший в кармане телефон, когда я подходил к дому. Я вынул аппарат, взглянул на экран, где высвечивался номер Николая. Я нажал кнопку, принимая вызов, но не успел ничего сказать, как из динамика послышался веселый голос:
— Собирайся, реставратор! Нас ждут великие дела!
— И тебе доброго дня. Куда едем на этот раз?
— Я договорился о встрече с ограбленным Стрельцовым, — отозвался приятель. — Он согласен побеседовать с жандармами и их консультантом, то бишь — с тобой. Сегодня через час. Ты как?
— Участвую, — ответил я без колебаний. — Вы достаточно хорошо мне платите. Да и самому любопытно, что скрывать. Человек, собравший такую коллекцию, наверняка живет среди антиквариата. А мне такое по душе.
— Отлично, — довольно заключил Николай. — Знал, что ты оценишь. Заеду через полчаса. Только оденься… поприличней. Стрельцов Человек уважаемый, не хочется ударить в грязь лицом.
— Я что, плохо выгляжу? — возмутился я. — Вы что, сговорились.
Приятель хмыкнул.
— С вами, творческими, всегда, как с детьми. Нужно напоминать даже самое незначительное.
— Сам ты… — буркнул я.
— А я о чем, — рассмеялся товарищ. — Маме пожалуешься?
«Призраку, который живет в моем доме. А она тебя съест», — хотел было ответить я, но сдержался. Нельзя рассказывать о моей тайной астральной подруге и покровительнице. Да и шутка уже затянулась.
— Дядьке твоему пожалуюсь, — выпалил я, сам того не ожидая, и попал в цель.
— Полегче, реставратор, — поспешно произнес Николай, и я услышал в его голосе настороженность. — Я все понял. Выезжаю. Можешь хоть в халате ехать, главное, будь готов.
— Хорошо, — рассмеялся я. — Буду готов.
Товарищ завершил вызов, и я убрал телефон. Вошел в дом, спустился в мастерскую и вручил Михаилу холст. Положил на стол старые инструменты. По моему виду помощник все понял.
— Работу над иконой отложим? — спросил он с легкой ноткой грусти.
— Придется, — подтвердил я. — Мне нужно ехать по второй моей работе. Но мы обязательно продолжим чуть позже, ты не против?
— Конечно. Главное, у нас есть план. А я пока продолжу с чисткой серебра. Там еще три заказа, плюс полировка сколов, и еще по мелочи.
— Спасибо. Вернусь, как только смогу.
Я поднялся в свою комнату и быстро переоделся. Надел рубашку, брюки и даже накинул пиджак. Взглянул на себя в зеркало и довольно отметил, что выгляжу я очень прилично. Хотел еще перед выходом побеседовать с графиней, но ее нигде не было. В новом обличье она начала обследовать территорию, в том числе чердак и крышу. Так что вполне могла залезть на самый верх и наблюдать оттуда за кипящей жизнью города.
Я спустился в гостиную, где нашел Настю. Она что-то с неистовостью печатала на ноутбуке, что я поначалу не решился ее тревожить. Но девушка дописала и подняла взгляд.
— Отлично выглядишь, — без тени улыбки произнесла она. — Очень по-деловому. Тебе идет.
— Спасибо. Николай заедет минут через десять. Едем к ограбленному коллекционеру.
— Расскажешь потом? — полюбопытствовала она, и в глазах загорелись знакомые искорки.
Девушка любила истории о работе жандармерии, хотя самих стражей правопорядка не очень жаловала.
Я развел руки, словно извиняясь:
— Все, что смогу. Остальное — только после раскрытия дела.
— Как всегда, — улыбнулась она, и я откланялся. Как раз в тот момент, когда у калитки остановилась знакомая машина.
Я вышел с территории. Подошел к авто, сел на пассажирское сиденье и уточнил:
— Машине ты тоже приказал выглядеть поприличнее?
— Пристегивайся уже, остряк, — с легкой усмешкой ответил сидевший за рулем Николай и нехотя добавил: — Да, заехал на мойку. Все же к серьезному человеку едем. Стрельцов, может, и на пенсии, но связи имеет о-го-го. Дядька с меня три шкуры спустит, если хоть в чем-то проштрафимся.