— Папа очень не любит, когда в доме что-то происходит без его ведома, — с укором произнесла она. — А это плохо сказывается на сердце.
— Если я отпущу контроль, подобное может повториться. И пострадает не только моя коллекция оружия, но и твои дорогущие безделушки.
— Какие?.. — уточнил Николай.
— Коллекция украшений, — отозвалась девушка. — Люблю редкие красивые побрякушки.
Она продемонстрировала ладонь, на которой было сразу два впечатляющих кольца: огромные камни с изящными узорами не то платины, не то белого золота. С расстояния было невозможно сказать.
Одно из них, — она указала на перстень на указательном пальце, — принадлежало султанше, которая оставила яркий след в истории османской Империи.
Николай покивал, оценивая редкость и прикидывая дороговизну. Такое не купишь в обычном магазине. И теперь понятно, почему я встретил барышню на закрытом аукционе.
Затем девушка коснулась цепочки на шее, где красовался кулон с крупным зеленым камнем в тон перстню.
— А это когда-то принадлежало Марии Федоровне, супруге Павла Первого.
— И если ты не хочешь лишиться своих радостей, то не расстраивай отца, — Стрельцов взглянул на дочь с тем выражением, каким взрослые люди иногда смотрят на слишком разыгравшихся детей.
— Ну прости, папочка, — насупилась Варвара. — Просто я за тебя переживаю.
Девушка потянулась в сторону отца, и кончиками пальцев погладила его по предплечью. Стрельцов тут же потеплел и коснулся ладони дочери. Мягко похлопал и выдал подобие улыбки — тот максимум, на который этот сухой до теплых эмоций человек был способен.
Николай сделал несколько отметок в блокноте и спросил:
— Новых сотрудников в ближайший год не нанимали? Из приходящего персонала.
— Нет, — Стрельцов помотал головой. — У нас сбитый коллектив сотрудников. Все приходящие кроме Ивана Петровича, но каждого я знаю много лет.
Дочь кивнула, подтверждая его слова. Мне понравилось, как аккуратно Николай опять перевел беседу в рабочее русло. Варвара, присутствие которой поначалу показалось сомнительным, как ни странно, не то что не мешала, а напротив, стала прекрасным живым дополнением к тому, что говорил ее отец.
Пока приятель выяснял, кто именно работает на Стрельцова, и не мог ли кто-то из них затаить обиду или иметь иные мотивы, я осторожно поглядывал на сидевшую в комнате наследницу и гадал, узнала ли она меня.
— Возможно, кто-то имеет проблемы с финансами? — уточнил Николай. — Или больного родственника, которому требуется дорогостоящее лечение?
— Ничего такого, — помотал головой хозяин особняка.
Девушка лишь кивала на слова отца, следя за беседой и время от времени, скользя взглядом то по мне, то по Николаю. И когда разговор на мгновение затих, вдруг оживилась:
— Может быть, подать вам чаю? — предложила она. — Раз уж вы к нам по делу, и не на две минуты. Горячий напиток не повредит, согласны?
— Не стоит беспокоиться, — вежливо ответил Николай.
— Да мы не хотели… — начал я, но Варвара с лёгкой улыбкой меня перебила.
— Ну что вы! Гости в доме — это святое. Отказы не принимаются.
Стрельцов чуть приподнял бровь, но спорить не стал. Ему приваживать нас не хотелось, он мечтал быстрее закончить, но дочери отказать не мог, особенно видя, как это все ее забавляет.
— Раз предлагают, соглашайтесь, — он развел руками. — Иван Петрович… — позвал он слугу, и тот кивнул.
Николай слегка усмехнулся и посмотрел на меня. Ему не нужен был никакой, чай, но товарищ был рад, что теперь быстро свернуть беседу не получится, а дочь готова отвечать на вопросы до самой ночи. И хотя Стрельцов сам был заинтересован в поиске пропавшей коллекции, кражу имущества, видимо, счел личным позором, поэтому тяжело переносил очередной разбор деталей произошедшего.
Через несколько минут слуга внес в гостиную поднос, на котором был изящный заварочный чайник и несколько чашек с золотыми лебедями, блюдца же украшали распустившиеся лотосы. Это делало композицию сбалансированной и гармоничной. Слуга поставил поднос на стол и разлил чай по чашкам.
К чаю подали тонкие ломтики лимона, сахар и вазу с ароматными миниатюрными круассанами. В комнате сразу стало уютнее, теплее, хотя сам разговор от этого не потерял своей деловитости. Варвара взяла чашку и с любопытством посмотрела на нас поверх него.
— А вы давно служите? — спросила девушка, переводя взгляд с Николая на меня.
— Не очень, но уверяю, что у меня достаточно опыта для расследования этого дела, — ответил Николай.