Птица нашлась на одном из деревьев. Она сидела на ветке, склонив голову, и внимательно и чуть насмешливо смотрела на меня черным глазом-бусиной.
— И тебе доброго дня, — сказал я, стараясь сделать жест приветствия как можно вежливее. — Не сильно вас тут графиня гоняет?
Ворона каркнула, словно отвечая мне. Я лишь покачал головой, не зная, положительным был тот ответ или отрицательным. Открыл калитку, прошёл к дому и поднялся на крыльцо.
Глава 21
Святыня
Я вошёл в гостиную и на мгновение замер на пороге, почувствовав аромат свежей выпечки и крепкого чая с нотками лимона. У стола на диване сидели Михаил с Настей. А перед ними стояли сразу несколько квадратных картонных коробок, из которых выглядывали румяные пироги с щедрой начинкой. Такие аппетитные, что от одного вида захотелось бросить все дела и срочно садиться к столу.
— Обедаете? — весело спросил я, и помощники закивали.
Оба уплетали пироги за обе щеки и поэтому не проронили ни слова, только утвердительно и нечленораздельно промычали. Я прошел к столу, снял пиджак и повесил его на спинку ближайшего кресла. Осторожно опустился рядом, чувствуя, как после поездки, разговора с настоятельницей и всех размышлений тело вдруг вспомнило, что я не ел весь день.
— А вы, я смотрю, без меня не пропали, — заметил я, рассматривая коробки.
Настя наконец справилась с куском пирога, запила его чаем и произнесла:
— Мы поддержали работоспособность коллектива.
— Очень важная задача, — согласился я.
Михаил кивнул:
— Там с мясом, с капустой, с рыбой и вот этот, кажется, с творогом, — начал перечислять он, указывая на коробки. — Хотел дождаться тебя, но Настя сказала, что пироги долго не живут.
— Я сказала, что горячие пироги нужно есть горячими, — поправила его девушка. — А пока начальство приедет со своих срочных дел, они остынут.
— Вполне разумно, — признал я.
— Мне даже показалось, что мы все слопаем к твоему приезду. До того были голодные.
— Вы, конечно, сильны, но не настолько, чтобы осилить этот объем зараз, — скептически отметил я, рассматривая объемы коробок.
— Ты нас недооцениваешь, — отмахнулась секретарь.
— А по какому поводу праздник? — уточнил я.
— Это один из благодарных заказчиков прислал. Сказал, что очень уж работа понравилась. Вот и заказал нам на обед всякого.
— Приятно, — произнес я и потянулся к коробке с мясным пирогом.
— Очень, — подтвердил Михаил, дожевывая кусок пирога с рыбой.
Настя встала с кресла и отправилась на кухню. Судя по всему, за кружкой. Она двигалась привычно и легко, с той заботливой сноровкой, которая появляется не по обязанности, а потому что человеку действительно хочется сделать другому удобно. Я же откусил кусочек и едва глаза не закатил от удовольствия: пирог оказался горячим, с тонким тестом и сочной мясной начинкой, пахнущей перцем, луком.
— Ну как? — с интересом спросил Михаил.
Я просто кивнул, потому что говорить с набитым ртом было достаточно сложно.
— Значит, поставщику можно доверять, — деловито заключила вернувшаяся с кухни Настя. — Я записала адрес. У них ещё кулебяки есть и какие-то пирожки с вишней. Кто-то же должен заниматься хозяйственной аналитикой, — пояснила она, заметив мой удивленный взгляд.
— Секретарь широкого профиля, — пробормотал я с набитым ртом, и девушка кивнула:
— Именно. Вот чай. Есть всухомятку вредно.
Она поставила передо мной чашку и налила в нее отвара из заварочного чайника. Я благодарно кивнул, взял посуду и сделал глоток, запивая пирог. И довольно откинулся на спинку кресла: после приютского кабинета гостиная казалась особенно уютной. Солнечный свет ложился на пол широкими полосами, в которых кружилась едва заметная пыль. Тихо тикали на каминной полке часы.
— А ты куда пропал? — полюбопытствовал Михаил. — Расследование?
— Не совсем, — ушел я от ответа, разглядывая темно-янтарный напиток в пузатом стеклянном чайнике.
— С бергамотом, — кивнул Михаил, проследив мой взгляд.
Я сделал еще глоток и прикрыл глаза от удовольствия. Как же было приятно и уютно дома. Ребята стали не просто помощниками, а настоящей семьей. У меня не было родных братьев или сестер, только двоюродные. Но даже они были мне более дальними родственниками, чем эти двое.
— Смотрю, Боре здесь нравится, — произнес я, глядя на растущий в вазоне фикус.
— Кому? — не понял Михаил, а потом добавил: — А… Да, этот жирдяй здесь скоро все заполонит. В настоящую пальму вымахает.