— Похоже, Девлин глаз с вас не сводит, — заметила Регина.
— Что? — удивлённо обернулась я.
Она указала подбородком в его сторону.
— Он всё время посматривает в нашу сторону.
Потребовалось немаленькая сила воли, чтобы не посмотреть на него.
— Откуда вы знаете? Он же в очках.
— О, я-то знаю. Я всегда всё знаю. — Она склонила голову набок, осматривая меня внимательным взглядом. — Знаете, вы не первая, кто попался на его чары. Девлин — один из тех мужчин, что заставляет женщин особенно остро почувствовать наши биологические часы. Подозреваю, всё дело в феромонах.
— Вы давно с ним работаете? — постаралась спросить я будничным тоном.
— Достаточно, чтобы понять: эту броню сможет пробить только намного более сильная женщина, чем я.
— Вы знали его жену?
Она посмотрела на меня с любопытством.
— Встречала раз. Этого хватило.
— Почему вы так говорите?
— Трудно объяснить. Просто её взгляд… она словно всё про тебя знает, даже если вы встретились в первый раз. Странная женщина. Красивая… но странная.
Я подумала о призрачных руках Мариамы в моих волосах, о прикосновении её ледяных губ к шее, и задрожала. Что она знала обо мне?
Меня переполняли вопросы, но мне не хотелось показаться слишком предсказуемой, поэтому я отказалась от дальнейшего разговора. Регина вскоре ушла, и я сосредоточилась на раскопках. Я работала с Темпл достаточно долго и знала, что она будет искать доказательства официального захоронения: кусочки подкладки с гроба и ткани на костях, гвозди и штыри, которыми прикрепляют одежду к телу, и раз могила такая старая — медные пенни, которые родственники клали на глаза усопших.
Итан же будет изучать более неприятные доказательства: мягкие или мумифицированные ткани, мышцы, связки, отложения насекомых, цвет костей и запах гниения.
Я ничего не чуяла с того места, где стояла, однако в такой жаркий день была только этому благодарна.
Ближе к вечеру частично неповреждённый скелет был восстановлен вместе с зубами, обрывками одежды и парой украшений. Все сложили в похоронный мешок, чтобы доставить в лабораторию Итана.
Как только останки увезли, толпа начала расходиться. Темпл и я остались оценить нанесённый ущерб. Вскоре ушла и она, а я, оставшись одна, достала из сумки свои профессиональные инструменты.
С помощью мягкой зубной щётки и деревянных скребков я убрала с надгробия столько мха и лишайника, сколько смогла, не повреждая хрупкий камень.
Затем поставила зеркало, чтобы отразить свет, и отрегулировала угол, пока не смогла разглядеть изображение и эпитафию.
Спал розы нежный цвет,
Она ушла от земных бед.
И ныне покоится здесь.
Я прочитала эпитафию, а затем медленно перечитала. С каждым словом в моей душе отпечатывалось что-то зловещее.
Дрожа от спешки и волнения, я достала телефон, вошла в Интернет и, открыв блог, быстро прокрутила комментарии.
Вот она: опубликована спустя несколько минут после первой эпитафии. Я просмотрела остальные анонимные сообщения, вышла из системы и убрала телефон.
Прочла эпитафию в третий раз. Руки и ноги покрылись гусиной кожей, волосы встали дыбом.
Надпись на грязном камне может скрываться несколько десятилетий, но если посмотреть на неё при правильном освещении и под определённым углом, слова могут проступить через слои грязи.
Довольно жутко, честно говоря.
Кто мог до этого догадаться?
Только человек, интересующийся кладбищами. Реставратор как я. Тафофил, оставляющий комментарии в моём блоге. Археолог, к примеру.
Или отчаявшийся человек, ищущий дверь в иной мир.
Все эти мысли прокрутились в моей голове за одно биение сердца.
Свет сместился — эпитафия исчезла.
Глава 24
Я нашла Девлина у мавзолея Бедфордов. Он стоял ко мне спиной и настолько ушёл в размышления, что, кажется, не заметил моего появления. Но затем он так резко развернулся, что не умей я искусно скрывать шок и страх, то подпрыгнула бы на месте.
— Это в-всего лишь я.
— Простите, сила привычки.
Его взгляд прошёл мимо меня, словно он пытался убедиться, что никто больше не пытается к нему подкрасться.
Интересно, это работа сделала его таким настороженным или он чувствовал своих призраков? Их ледяное дыхание? Цепкие прикосновения холодных рук? Призрачные поцелуи-укусы?
Он повернулся обратно к мавзолею, и я окинула его взглядом. Я изучила его профиль и задумалась о нежном голосе, который услышала по телефону прошлой ночью. Интересно, кто она, как выглядит и как хорошо Девлин её знает?
Ровня ли она Мариаме?
Мне стало немного стыдно за свою жалкую ревность. В стенах этого кладбища найдены две жертвы убийства, а сейчас, возможно, эксгумирована третья. Личная жизнь Девлина должна беспокоить меня в последнюю очередь.
— Я кое-что нашла.
Он обернулся с поднятой бровью.
— Что именно?
— Надпись на могиле, которую мы только что раскопали. — Я убрала прядь волос, которая выбилась из хвостика. — После того как все ушли, я решила проверить, есть ли на ней эпитафия.
— Но надписи на надгробии нечёткие. Мы обсуждали это с Региной Спаркс. Как вам удалось прочесть эпитафию?
— С помощью отражающего зеркала. Конечно, зеркало в полный рост подходит лучше всего, но такого со мной сегодня нет, так что пришлось довольствоваться маленьким. Всё дело в угле. Нужно направить свет по диагонали от лица надгробия, тогда тень упадёт на вмятины и позволит прочесть надпись.
— Умно.
— Да, но это не я придумала. Просто секрет профессии. Отец научил когда-то. Уберегает от порчи камней. Ведь к ним же нельзя прикасаться… — Я остановилась. – Простите. Я снова ушла от темы.
Девять из десяти мужчин с этим бы согласились и попросили бы перейти к сути. Но только не Девлин. Он просто сказал: «продолжайте», — и внимательно выслушал каждое моё слово, словно я была самым очаровательным созданием, с которым он когда-либо сталкивался. Конечно, мы оба знали, что это неправда.
— В общем, — сказала я в заключении, — эпитафия с этого надгробия, как и предыдущая, была опубликована в одном из комментариев в моём блоге.
Я процитировала надпись по памяти.
Он отмахнулся от пролетающей мухи.
— Когда?
— Когда появилась в блоге? Вскоре после первой. Мне показалось, что я узнала стих, и я проверила блог с мобильного.
— И снова анонимная?
— Да. Но уверена, это всё один человек.
Я опустила сумку и, преодолев расстояние между нами, встала рядом с ним у подножья лестницы в мавзолей. Девлин ждал в тишине, не сводя с меня глаз, пока я не выдержала и не отвела взгляд. После всего времени, что мы провели вместе, мне уже стоило отбросить в сторону стеснительность, но хорошо, что я не могла себя преодолеть. Мне нельзя забыть о его призраках или нарушить папино предупреждение. Я не могла упустить из вида факт, что Девлин — угроза моему физическому и душевному здоровью.
И всё равно я чувствовала его притяжение. Даже сейчас мой взгляд задерживался на его губах, и я спрашивала себя, каковы же они на вкус. Я никогда не испытывала ничего подобного прежде. Говорят, что подобное возможное только в кино, но со мной это случилось взаправду. Темпл права: я всегда искала свиданий только с теми мужчинами, что не угрожали моим правилам и душевному спокойствию. Жила в собственном крохотном мирке, отгородилась от реальности и питалась одними фантазиями до той самой ночи, как Джон Девлин вышел ко мне из тумана.
Девлин удивлённо моргнул, и я засомневалась, не отразилось ли одно из моих чувств на лице. Я тут же отвернулась.
— Что ещё вы можете рассказать про эпитафию? — спросил он.
— Нас должна беспокоить не сама надпись. Как я уже сказала, буквы можно прочесть только при определённых условиях. Нужно правильно определить угол света. А кто мог знать… о подобном?