— Выпьешь со мной? — это не звучит как вопрос. Но всё же я отрицательно киваю и скрещиваю руки на груди в ожидании ответа. — Виски совсем не женский напиток, — ухмыляется он, делая глоток. —Только скажи, и бармен сделает для тебя любой коктейль.
— Ты позвонил, потому что не с кем выпить? — спрашиваю я, сдерживая дрожь в теле. Коленки трясутся от злости, страха и беспомощности. Я ненавижу тот факт, что вынуждена играть по его правилам.
Лайнел опускает бокал на деревянную поверхность стола и останавливается в нескольких сантиметрах от меня. Его парфюм в сочетании с запахом виски затуманивает разум. У Лайнела растрёпаны волосы, несколько маленьких шрамов на шее и трёхдневная щетина на лице. В первую секунду всё это кажется мне сексуальным, но в следующую я осознаю, что это тело самовлюблённого подлеца, из-за которого жизнь моего брата в опасности.
— Ты согласна на моё предложение? — настойчиво спрашивает он, вглядываясь в моё лицо. Он будто понимает, что происходит у меня в голове, и наслаждается этим.
— Сначала выполни свою часть договора. Где Эндрю? — задыхаясь, спрашиваю я и смотрю в его глаза, всем видом показывая, что настроена решительно.
— С твоим братом всё в порядке, — ухмыляется он. — Я бы сказал, что ему очень хорошо. Хочешь взглянуть?
Сердце уходит в пятки.
— Что это значит? – паника накрывает с головой, и мысленно я уже перебирают десятки возможных вариантов.
— Просто смотри, — он вновь подходит к письменному столу, нажимает кнопки на встроенной консоли и на плазменных экранах высвечиваются записи с камер видеонаблюдения. Лайнел контролирует каждый шаг, каждый сектор, каждую жизнь. «ИнФеро» в его власти. Это похоже на какую-то зависимость. Я вглядываюсь внимательнее и узнаю в одном из посетителей приватных комнат своего брата. Мои щёки краснеют при виде его в обнимку с двумя полуобнажёнными девицами. Я не должна это видеть.
— Выключи, — прошу я шёпотом и опускаю взгляд в пол. — Ты обманул меня.
— Разве? — спрашивает он, и я не вижу, но чувствую эту самодовольную улыбку на его лице. — Разве я говорил, что твой брат в опасности? — он встаёт позади и прислушивается к моему сбивчивому дыханию. — Я лишь сказал, что он проводит эту ночь вовсе не в своей постели.
— Ты настоящее чудовище, — я оборачиваюсь, чтобы сказать ему это в лицо. Он использовал мою привязанность к брату, чтобы добиться желаемого. — Теперь ты доволен?
— Ты сама виновата, Айрин, — шепчет он, накручивая светлую прядь моих волос на палец. — Ненавижу, когда игра идёт не по правилам. Теперь ты уяснила урок.
— Я хочу уйти! — с нескрываемым презрением кидаю в ответ и делаю несколько шагов к выходу. Стук ботинок отражается о стены кабинета, и злость наполняет каждую клеточку моего тела. Чёртов ублюдок!
— Понимаешь, что никто тебя отсюда не выпустит?! — как само собой разумеющееся говорит он и вновь наполняет бокал. — Везде охрана.
Я зажмуриваю глаза, уверяя себя, что всё это плохой сон, который закончится с первыми лучами солнца.
— Собираешься удерживать меня силой? — с вызовом спрашиваю я, оборачиваясь к нему. Он стоит, опираясь о письменный стол, и в мгновение опустошает свой бокал.
— Есть другой способ, милая, — самодовольно заявляет он. — Если твой брат в безопасности сегодня, то это ещё не значит, что завтра, к примеру, ему не перережут горло в переулке, или его случайно не собьёт автомобиль.
— Ты не сделаешь это!
— Не сделаю, если только ты примешь правильное решение, Айрин, и согласишься на моё предложение, — он подходит ближе, и его холодные ладони сжимают мои плечи. Кожу щиплет от прикосновений, и я хочу испариться из-под его пристального взгляда.
— Хочешь, чтобы я продала своё тело на одну ночь? — мне противно произносить эти слова, и противно находиться в своём теле. Меня тошнит от всего этого. — Неужели, ты настолько жалок, что готов платить девушкам за секс?
— По правде говоря, ты первая, кому я заплачу, — ухмыляется он, и его ладонь касается моей щеки. –— Прямо сейчас я готов дать тебе деньги на покрытие всех расходов и ещё останется на несколько месяцев безбедного существования. Помнишь, в ту ночь, ты пришла ко мне и просила о помощи. Что же изменилось теперь?
— Я просила о помощи для Эндрю, — шепчу, сдерживая слёзы. Отдать себя взамен оплаты коммунальных услуг, ремонта дома, лечения для маленькой сестры, вкусного завтрака не стыдно. Мне не стыдно сделать детство своей сестры настоящим, ярким, светлым. Таким, в котором будут красивые платья, вечеринки в честь дня рождения с клоунами и трехэтажным тортом. Однако всегда есть маленькое «но»…