— Я здесь не для этого, — отвечаю, сдерживая дрожь в голове. Становится жутко с каждой секундой, проведённой в этой комнате.
— Для чего же тогда? — самодовольная улыбка освещаетего лицо, и всё внутри меня вопит: "Этот парень не тот, за кого себя выдаёт". Его слова, жесты, мимика – всё кажется наигранным, неестественным. Он исполняет хорошо заученную роль, подобно актёру в театре.
— Я здесь по личному вопросу.
Незнакомец поглядывает на наручные часы, а затем снова обращает свой взор на меня:
— Уже давно привлекательные девушки не обращались ко мне с личными вопросами, — ухмыляется он, не отводя от меня глаз. — Гаррет, почему бы тебе ни присоединиться к остальным, пока я улажу эту маленькую проблему? — произносит он, и Гаррет исчезает. — Я тебя внимательно слушаю, — продолжает он, поигрывая лентой на моём запястье.
Опускаю взгляд на свои сжатые в кулаки ладони, глубоко выдыхаю и заставляю себя сосредоточиться. Рука автоматически лезет в карман юбки:
— Знаете, что это?
Не трудно заметить замешательство на его лице. Он задерживает взгляд на gold-карте и невозмутимо произносит:
— Это твоё?
— Моего брата. Поэтому я здесь.
— Когда ты назвала имя, у меня возникли некоторые подозрения, но теперь я полностью уверен, что Эндрю Бригс твой брат, — имя Эндрю из его уст звучит мерзко и гадко. Он словно выплёвывает эти слова мне в лицо.
— Вы знакомы с моим братом?
— Трудно забыть человека, который задолжал «ИнФеро» двести пятьдесят тысяч долларов, — произносит он медленно, чтобы показать, какую власть имеют надо мной эти слова. Они способны поставить меня на колени.
— Вы уверены? — вся жизнь проносится перед глазами, когда только задаю этот вопрос. Где взять такую сумму? Я едва в состоянии оплатить лекарства для сестры. У меня, чёрт возьми, нет этих денег.
— Абсолютно, — он поднимает руку и заправляет выбившуюся прядь моих волос за ухо. Он играет со мной как дьявол. — Ты здесь для того, чтобы вернуть долг?
— У меня нет таких денег, — мой голос подобен звуку разбитого стекла.
Мужчина наигранно вздыхает, изображая драму на лице. Он отлично умеет играть на чувствах людей. Интересно, где этому учат?
— Тогда зачем ты здесь? – в его голосе ощущается насмешка, издевательство, унижение. Он делает шаг вперёд, гипнотизируя меня взглядом.
— Чтобы просить о помощи, — голос ломается на половине фразы. Чувствую, как кровь приливает к лицу, а ноги становятся ватными. Хищной кошкой подступает осознание обречённости.
— Полагаешь, я могу помочь? – ухмыляется он и поправляет лямку топа на моём плече. По телу пробегает холодок. — Даже если так, то представляешь, какова будет цена?
Цена. Всю жизнь мне приходится платить по чужим счетам. Я уже заплатила за безразличие матери, бесчувственность отца, а теперь вынуждена платить за глупость брата. Жизнь разменивается мной как дешёвой монетой.
— Вы не поможете, - разочарованно произношу я и отступаю назад. Спина упирается в кирпичную стену. Комната за считанные секунды превращается в клетку с хищником. Глубоко внутри просыпается чувство страха.
Он ухмыляется, вынимает сигарету из внутреннего кармана пиджака и закуривает, гипнотизируя меня взглядом, напоминающим небо в пасмурный день. Глубокий вздох, и он произносит:
— Твоему брату не в силах помочь даже я, — он щёлкает пальцами, и девушка с красной лентой спешит подать напитки. — Но что насчёт тебя? Я с лёгкостью могу улучшить твоё финансовое положение, — бокал с красным вином оказывается в его руке. — Сколько ты хочешь за ночь? Тысячу долларов? Две? Я готов дать десять тысяч.
Меня выворачивает наизнанку, и дело даже не в том, что он предложил мне секс за деньги, а в том, что стоящая рядом девушка с подносом в руках взглянула на меня так, будто я только что увела постоянного клиента.
— Да пошёл ты! — выплёвываю эти слова ему в лицо и, не дожидаясь ответа, спешу к выходу. Пол плавится под ногами, а кровь с бешеной скоростью пульсирует по венам. Девушки укоризненно смотрят мне вслед, а мужчины бросают недоумевающие взгляды. Комната начинает постепенно сужаться, когда Гаррет преграждает мне путь к выходу и, перехватив зазапястье правой руки, спрашивает:
— Уже уходишь?
— Не твоё дело – с вызовом бросаю я и бью подонка по груди. Сопротивление его только забавляет. Гаррет сильнее сжимает моё запястье и за бёдра притягивает ближе, приказывая:
— Тише.
— Отпусти её, Лудс, — все присутствующие в зале оборачиваются на мужской голос. И снова он появляется в зоне моей видимости. Красивый, манящий, опасный и наглый. Гаррет, будто ошпарившись, отскакивает на безопасное расстояние и мельтешит глазами трусливой крысы: