Я сразу сообразила, что в зале — дым коромыслом, гости один капризнее другого, и все опасны, грозят сожрать не только блюда, но и друг дружку, а кто победит заранее, неизвестно. Сиртакис с ног сбивается, его лары и пенаты — бездельники. Их целый легион, а когда нужно мгновенно подавать блюда, тормозят, как черепахи! Гости нервничают, но нареканий на ее готовку нет.
— Скажи, ты не знаешь, где Спин? Он был здесь?
Помешивая в котле, успевая считать круговые движения и добавлять приправы — сушеные хребты тритонов, Афиногена качала головой и ворчала, что хозяин пришел… а не надо бы ему сегодня появляться… нехорошее нынче время… не для живых… и мне не стоит соваться в зал.
— Да мы бы добровольно ни за что сюда не полезли! — оправдывалась я. — Но что же делать, если тут ЧП? Сперва пропали тыквы, потом Спин… В общем, я должна заглянуть в зал так, чтобы никто из нежити не понял, кто я! Нужна обманка из твоего инфернального рациона.
— Ани… рамэ… апокало… ис, — предупредила Афиногена. Что означало, что лучше бы сперва вызвать сюда Сиртакиса, посоветоваться. Я не хотела отрывать метрдотеля от угождения гостям, считала, что сама осмотрюсь в зале, постараюсь найти Спина, потом отзову Сиртакиса, и мы придумаем, что делать дальше. Афиногена не уходила с кухни и не могла видеть, что там за демоны гуляют, но судя по заказам — парочка старших демонов на вечеринке точно есть. Без них что за Хэллоуин?
Старуха смотрела сквозь меня своими белыми глазами, ругала нас вместе со Спином за легкомыслие, но успевала выставлять на стол заказы. Они тут же исчезали, невидимки доставляли их прямо к столикам клиентов. Доварив супчик, достав из духовки стрёмную ногу с копытом и смолёной шерстью, Афиногена сообщила, что если я упряма, как вот эта ослица (чья нога), так и быть, есть одно средство. Она достала из кладовой баночку с серым порошком и баллон драконова огня. Баночка предназначалась мне.
— Не передумаешь? — на своем языке спросила Афиногена. Я замотала головой. И тут же на эту голову посыпался похожий на золу невесомый порошок. Я почувствовала невыразимую легкость и плавно взлетела до потолка. Взмахнув руками, опустилась и пыталась захлопать в ладоши. Но руки проходили насквозь.
— Ха-ха! Это обжорный порошок, верно? Заказчицы на диете посыпают им тортики, чтобы они стали призрачными и можно было есть, сколько угодно! Но как ты догадалась, что он замаркирует меня под призрака?
Афиногена буркнула что-то типа: «Не в первый раз». Но тут я всполошилась, не зная, как вернуть свое обычное тело. Оказывается, есть антипризрачная жидкость, сильно похожая на лягушачью кровь, а в крайнем случае, эффект сам рассосется до утра.
Плащ с черепами тоже стал призрачным. Накинув капюшон, я бы сама себя с трудом узнала, если б могла посмотреть в зеркало. Но я в нем больше не отражалась. Только смутное серое пятно, поблескивающее серебряными нитями и постоянно меняющее форму. Глядя на себя без зеркала я видела намного больше подробностей: руки ноги на месте, надеюсь, и всё остальное выглядит прилично-призрачно.
Афиногена пожелала мне удачи, бросила на самую большую медную сковороду рубленые дольки тыквы и направила на нее баллончик. Язык драконьего огня с шипением облизывал ананасную тыкву до хрустящей карамелизации. Интересно, чем заказ? Посмотрю в зале. Мне пора… Глубокий вдох и… ваш выход, хозяйка!
Разгул страстей
.
— Горячего мне! Горячего! Сколько я буду ждать живое горячее! — кричала серо-призрачная красавица ламия с черными губами и острейшими сверкающими ногтями.
— Зачем, Марго? — занудно упрекал ее упырь, сидящий рядом. Он обнимал красавицу костлявой лапой, но Марго поводила плечиком, и снова выкрикивала заказ.
— Ах, разве ты не хочешь, Унгибор, хоть ненадолго снова почувствовать себя живым? Вонзаешь зубки в еще теплое мясцо нерожденного барашка и когда его кровь… О, не откажусь от горячего, способного согреть призрака! Если тебе дорого, я сама оплачу счет! Зато смогу поцеловать тебя так горячо, как никогда!
— Марго, при чем тут деньги, как тебе не стыдно, — гундел упырь. — Но ты же знаешь мой аппетит, я ведь не удержусь! Зачем ты провоцируешь меня, чертовка? Я укушу тебя, сама потом визжать будешь, а я еще и виноват…