Ворожейная Снегурка зловеще расхохоталась, а я пулей вылетела из зала. Пусть думает, что я сбежала из-за нее, чтобы поплакать в уголке, но на самом деле я спешила на кухню.
— Улла! Улла! У нас не пойми что творится! Спин явился, какой-то отмороженный, что твой холодец! Его ведьма заколдовала!
— Что ведьма сделала с моим холодцом, хозяйка? Говорите толком? Я, вроде, холодец не подавала… Только собиралась доставать холодец из погреба, и настоящий оливье на раковых шейках смешала, и шубу для селёдочки натёрла.
— Да не твой холодец из свиных копытец, Спин — холодец! Я бросала пояс, а он нашел зеркальце… и… и… теперь не узнаёт меня! — зачастила я, еле сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. — Где Сиртакис? Кто нам поможет? Спин вообще отморозился, даже от Глючика! Вот пойди сама глянь, он, наверное, и тебя не узнает!
— У Сиртакиса выходной, сами знаете. Ах, так ведьма это та чернявая из гостей? Не вампирка, которая? Вы пожалуйтесь, хозяйка, ейному начальству! Она к нам откуда прилетела, с какого-то Шабаша? Пусть ей там покажут, где такие ведьмы зимуют, что чужих женихов отбивают! На тысячу первый километр ее, лес валить за такие дела!
— А если у них это в порядке вещей, и никто даже не удивится? — всхлипнула я.
— Тогда я ее ржавой сковородкой огрею! Ведьмы, хозяйка, очень ржавых сковородок не любят. Даже не едят ничего на них сготовленного, железо вредит их пищеварению и настроению! Но вы всё ж попробуйте с этим шабашем для начала связаться. Дозволяют они такое бесчинство в чужом ресторане, али как?
Я послушалась и безнадежно поплелась в комнату, включила видеосвязь и вызвала документы Ворожейной Снегурки. Набрала адрес, с которого пришла ее заявка… И вежливая пожилая чернокнижница мне ответила, что у Шабаша, хоть у великого, хоть у любого поменьше, собственных снегурок никогда не бывало! Потому что они празднуют только Самый Тёмный день — двадцать второе декабря, зимний солнцеворот, а зимнего Нового года и Рождества терпеть не могут! Зачем им Снегурочка? Разве, чтобы принести в жертву, в костёр бросить? Так они, настоящие, вроде не горят. У них только снаружи холод, а такой жар внутри, с ними лучше не связываться. Да и Дед их — шуток не любит.
В полном смятении я вернулась на кухню к Улле.
— Это что ж, получается, хозяйка, у нас в зале сейчас злая ведьма? И она, вы говорите, сама и предложила эту милую игру с гаданием? И заставила вас тоже принять участие, чтобы выманить хозяина Спина… Чтой-то мне рецепт этого «холодца» не нравится! Перцу в нём перебор! Ну-ка, где у нас самая ржавая сковородка?..
— Погоди, Улла. Если нападешь на нее открыто, Спин тебя заколдует! Он же ничегошеньки не помнит, только и смотрит на эту ведьму! Вцепился в зеркальце и рычит, как голодный пёс с костью. О, идея! Нужно это вражье зеркальце незаметно отнять, тогда он очнётся!
— Нет, разбить! — радикально решила Улла. — Тогда точно оттает. Слышь, подруга, у тебя рука тяжелая? Сделаешь?
— Ха! — Снежная баба положила себе в варежку крупный камень, который не бросила в новую порцию мороженого и земляной халвы — любимого блюда големов, которое как раз училась готовить. Она ловко заскользила на снежном брюхе, словно умный пылесос, и раз-два была уже в зале. Принесла новому «гостю» кружку приветственного коктейля за счет заведения.
Кружка вспыхнула искрами бенгальских огней, Спин на секунду отвлёкся, а подружка големов так прицельно шарахнула камнем по зеркальцу, что любо-дорого посмотреть!
Раздался яростный крик. Зеркальце ярко вспыхнуло, словно взорвалось. Брызнули мелкие осколки. Спин тряхнул головой и стал тереть глаза, словно вспышка его ослепила. На самом деле, она вернула ему нормальное зрение.
— Санна! Вот ты где прячешься! — он заметил меня, подглядывающую из-за двери кухни. — А я тебя ищу! Смотри, это твой пояс? — он достал из кармана мой новый поясок со снежинками. — Представляешь, я сижу в Подгорке, никого не трогаю, и тут внезапно так захотелось прогуляться на гору? Не пойму, что на меня нашло? Но иду, вижу, твой пояс. Ага, думаю, призывами женихов развлекаемся? Всё понятно… Думаю, устрою тебе сюрприз, но тут выше на горе что-то как вспыхнет… По глазам ударило, вот как сейчас. Больше ничего не помню. А что это было?
— Да так, Спинчик, ничего особенного, солнце от чего-то отразилось. Кругом лёд, мало ли…