— А мне вот кажется, что вы метите на мое место, — с пьяной прямотой заявил Антоша.
— На ваше место я не мечу. Мне лавры братоубийцы не нужны, — холодно ответил Рувинский. — Удивляет, что Петр Аркадьевич вообще с вами разговаривает после всего случившегося.
— Меня оклеветали, — опять выпятил грудь Антоша. — Оклеветали совершенно бессовестным образом, к чему наверняка приложили руку и вы, потому что иначе сюда отправили бы меня, а не вас. Вы подлец, Денис Васильевич. Самый настоящий подлец. Карьерист, который идет по головам более достойных.
Рувинский сидел в оцепенении недолго, ответил быстро и жестко. Дуэль должна была состояться завтра поутру. Когда никому не станет мешать излишний алкоголь в крови.
К сожалению, нам с Марениным пришлось стать секундантами Антоши, потому как других секундантов ему было взять неоткуда. Дуэльных куполов в Озерном Ключе отродясь не водилось, поэтому дуэль решено было проводить у границы зоны, чтобы не попали случайные люди под заклинания — дуэль предполагалась магическая.
— На кого ставите, Петр Аркадьевич? — поинтересовался Маренин, когда мы отвезли Антошу в трактир и отправились домой.
— На то, что они договорятся, и дуэль будет не до смерти. Конечно, было бы прекрасно, если бы они поубивали друг друга, но, как сказала бы Наташа, событие это очень маловероятное.
Глава 33
Маренин решил не ждать у моря погоды и отправил дружинника, чтобы тот принудительно протрезвил Евсикова и при необходимости вызвал к нему целителя. Тогда мы утром с бывшим редактором переговорили бы. И возможно, дуэль получила бы свое освещение в возродившемся печатном издании.
Маренин понадеялся на своего подчиненного, поэтому первым делом в Озерном Ключе мы заехали именно к Евсикову. Тот выглядел не ахти: неухоженная борода, мутноватый взгляд, грязная мятая одежда неопределенного вида. Выглядел он, прямо скажем, бомжом, а не главным редактором в будущем преуспевающего новостного листка.
— Чо приперлись? — грубо спросил он у Маренина, нарочито игнорируя меня.
— Петр Аркадьевич подумывает тебе работу дать.
— Ра-аботу, — насмешливо протянул Евсиков и поскреб подбородок под бородой. Мне почему-то показалось, что у него там непременно должны быть вши. — Какую еще работу? Секретарями быть не обучены.
— Во исполнение обязательств перед покойным дедом хочу восстановить «Вестник Камнеграда», — ответил я. — Но, похоже, мы пришли не по адресу. Георгий Евгеньевич, этот человек что пьяный, что трезвый нам не подходит. Он пропил остатки мозгов.
Я развернулся к двери, но Евсиков неожиданно завопил:
— Стойте, Петр Аркадьевич. Неужто правда хотите газету восстановить? Но княжество же того… совсем скоро.
Я повернулся. Евсиков удивительным образом преобразился. Нет, он не стал выглядеть чище, но глаза зажглись огоньком интереса. Пока слабым, но этого хватило, чтобы лицо казалось поумнее.
— Пока княжество не того, и есть надежда, что восстановится. Не пили бы как свинья, знали бы, что два княжества уже вернули реликвии и восстановили защиту своих земель.
— Да вы что… — Он потянулся к бороде, чтобы опять почесать подбородок, но отдернул руку. — Точно хотите восстановить газету? Готов хоть сейчас взяться за работу. А то мысли у меня нехорошие уже ходят. Деньги заканчиваются, жить не на что, да и незачем. Эх…
Я повернулся к Маренину и со скепсисом спросил:
— Георгий Евгеньевич, вы уверены, что эта личность способна фактически восстановить газету с нуля?
— Да способен я, способен, — ответил Евсиков вместо Маренина. — Я в княжестве всех и всё знаю. Только осталось-то княжества с гулькин нос. Вы уверены, Петр Аркадьевич, что вам нужна эта газета?
— Мне не одна газета нужна, — ответил я. — В перспективе я планирую выпускать что-то на автомобильную тематику, поскольку вскоре открываю автомобильное производство. Но отдавать это дело на откуп больному алкоголизмом не хочу.
— Ни капли, — он истово перекрестился. — С этого дня — ни капли. Зарок даю. Ежели вы мне работу дадите, я ни капли более не выпью.
— У вас час, чтобы привести себя в порядок. Все обсуждения — после дуэли, на которой вы должны присутствовать в качестве представителя прессы.
— Ваша дуэль, Петр Аркадьевич?
— Нет. Я на ней лишь секундант. Дуэль между Антоном Павловичем Вороновым и полковником Рувинским.