Офицеры же тему покушения далее игнорировали и расспрашивали об артефактах, я отвечал, что на заказ делать не планирую и вообще дуэль меня сильно вымотала, хочу добраться до дома и отдохнуть. Кривцов внезапно вспомнил, что мы с Наташей присутствовали при восстановлении реликвии, и принялся задавать вопросы уже об этом. Я сообразил, что хорошие отношения хоть с кем-то нужно поддерживать, и пригласил обе семейных пары на ужин следующего дня, пообещав ответить на все вопросы. Лёне, опять же, можно предложить пригласить Щепкину. А Щепкиной даже предлагать ничего не понадобится — она точно опять заведет разговор про авто. А это реклама.
Предложение мое с благодарностью приняли, после чего мы с Наташей наконец уехали. Вскоре домой явился и Валерон, с которым мы сейчас разбирали добычу и который возмущался тем, что я неправильно подбираю себе убийц. На мой взгляд, все претензии должны быть к Антоше: на кого денег хватило, того и нанял. Он и так на меня уже потратился и перебрал несколько кандидатур, никого приличного не осталось.
— Повесить надо, — сказал Валерон, остановившись перед одним из рисунков, выполненных с удивительным изяществом. Чтобы не было двусмысленности, помощник ткнул лапой в рисунок. А то ведь перед этим шел разговор об Антоше. — Подумать только, чего люди не коллекционируют…
— Это красиво, — не согласился я.
— Красиво, — прозвенела рядом Хикари. — Мне здесь очень хорошо, добрый господин. Энергия лучше усваивается.
— Чего только не сделаешь ради энергии, — согласился Валерон. — Но у меня энергия лучше всего усваивается во сне на мягкой подушке. Вот на такой усвоится плохо. Маленькая и жесткая. Но если тебе она подходит, я рад.
— Спасибо, Валерон, что ты украл это специально для меня.
— Я не украл! — возмутился он. — Я взял компенсацией, понимаешь? Компенсация — это не воровство.
— Но ты же взял без разрешения хозяина?
— Он злоумышлял, понимаешь? А это дает право считать его имущество нашим.
Оставив их разбираться в тонкостях использования правильных определений, я вышел из комнаты и тщательно закрыл за собой дверь на ключ. А то у того, кто сюда попадет, может отличаться мнение по поводу того, кража это или компенсация.
И почти сразу я встретил Лёню.
— Петь, что за история с дуэлью? — обеспокоенно спросил он. — Ты сдурел, лезть против кадрового военного с таким опытом, который тебе не снился?
— Кадровый военный отдал богу душу, — напомнил я.
— А если бы не отдал?
— Лёнь, у меня не было выбора, принимать вызов или не принимать. Не принял бы — мы бы с Наташей стали париями. Принял — и теперь другой желающий развлечься трижды подумает, лезть ли ко мне.
— Петь, поменьше пафоса. Если ты выжил сегодня, это не значит, что ты выживешь в следующей дуэли, — озабоченно заметил Лёня. — Ты представить себе не можешь, какие типы среди записных дуэлянтов водятся. Взять, к примеру, Бодрова…
— Его взять не получится, — прервал я Лёню.
— Почему это? Думаешь, что застрахован от вызова им?
— Думаю, что теперь застрахован. Лёнь, у меня дуэль как раз с Бодровым и была.
Он натурально побледнел.
— Петь, ты сдурел? Ты не представляешь, сколько человек он уже угрохал.
— Больше не угрохает. Он, когда понял, что проигрывает, предлагал поменять условия с «до смерти» до «первой крови». Если ты не понял, то я его убил.
— Как такое могло случиться?
— У меня сильнее магия и лучше артефакты, — ответил я. — Так что ты зря сомневался в действенности моего набора. Он оказался куда лучше, чем бодровский.
— А от кого у него были артефакты?
— Не знаю. Не смотрел, — ответил я. — Завтра на ужин приглашены мои секунданты, можешь у них спросить — вдруг в курсе.
— Поверить не могу. Мой брат победил в дуэли самого Бодрова. Младший брат… — восторженно сказал Лёня. — Знаешь, тебе многие семьи будут благодарны из тех, чьих родственников он убил. Те же Щепкины…
Намек был слишком прозрачен, чтобы я не понял. Впрочем, это совпадало и с моими планами.
— Анастасию тоже можешь пригласить.
— Вот за это спасибо, — он просиял, но тут же нахмурился. — Но Петь, не ввязывайся в дуэли, очень тебя прошу. Эйфорию словить легко, также легко расстаться с жизнью.
— Лёнь, я не собираюсь этим заниматься. И этого на меня кузен натравил.
— Вот сволочь!
— Я ему от дома отказал. К сожалению, его я вызвать и убить не могу…