— Рядом с забором караулила группа. Я главаря прихватил вместе с парным артефактом.
После этого сообщения мужика он выплюнул. Увы, мы вынуждены были констатировать, что внутреннее валероново пространство не подходит для перемещения живых людей, поскольку из живых те становятся мертвыми. Судя по синюшному лицу и высунутому языку, похищенный Валероном человек умер от удушья, и не сразу.
Кракелац, почуявший, что его наконец угостят, заволновался, забился в переход, насколько ему позволяло огромное тело, зашуршал языком поблизости от искажения, не рискуя просовывать его дальше.
— Мы в ответе за тех, кого приручили, — вздохнул я. — Наташ, отвернись.
— Зачем? Меня не испугать видом твари. И видом того, как она ест, — тоже.
— Я труп раздену, прежде чем скармливать.
— Кракелац одежду прекрасно переварит.
— Я не для того раздену, чтобы у кракелаца не было несварения, — пояснил я, — а чтобы ничего не пропустить важного на одежде. Или татуировку на теле.
Тем временем Валерон, от которого мы отвлеклись на труп, успел сбегать и притащить еще двоих. Они тоже не пережили транспортировку.
— Удрать хотели, — гордо сказал он. — Когда поняли, что старший группы пропал.
— Ну и зачем? — спросил я. — Их же теперь тоже не допросить.
— Они все равно ничего не знали, — тявкнул Валерон. — Зато могли предупредить тех, к кому мы пойдем после того, как закроем искажение. Наш приход должен быть сюрпризом, иначе хозяева могут спрятать самое ценное или вообще с ним удрать.
Такой способ устранения врагов имел свои плюсы в части сохранения экипировки, которая не пострадала. Пытавшиеся удрать прихватили с собой вещи главного, и на полу кухни теперь лежало три комплекта лыж и три вещмешка. Я поручил Наташе разобраться с содержимым поклажи и принялся раздевать трупы.
— Зачем ты второй раз людей в своё хранилище засунул? — спросил Митя у Валерона. — Ты же знал, что они умрут.
— Ты сам говорил: либо жесткие доказательства, либо никто ничего не должен знать. Они хотели нас убить? Хотели. Нам других доказательств не нужно. А еще, убирая их, я решал сразу две задачи: уменьшал поголовье бандитов в княжестве и создавал запас для кормления кракелаца. Мы же не можем оставить его голодным?
Валерон, кажется, понял, что поторопился с устранением сразу всей группы, и теперь спешно выдумывал причины, по которым нужно было поступить именно так, не оставляя никого в живых. Возможно, он и прав. Я бы на снегоходе их догнал, но уезжать отсюда с открытым искажением было нельзя, поэтому они могли добраться до города и донести Базанину о провале плана.
— Почему? — допытывался Митя. — Это же тварь зоны?
— Потому что он уже знает, что мы его накормим. Представь, как ему плохо в глубине зоны. Холодно, голодно и противно.
— Но они же нападают на нас?
— Этого мы почти приручили. Осталось придумать имя и обучить простейшим командам. Ты не гляди, что он такой большой. Там не всё в мясо ушло, что-то и на мозг осталось. Он относительно умный.
Валерон читал Мите лекцию по приручению кракелацев (надеюсь, паук не станет проверять идеи Валерона на практике), я раздевал бандитов. Верхняя одежда у них была добротная, для походов в зону, из той линейки, которую я смог себе позволить не так давно. Неплохо живут криминальные личности в этом княжестве.
Божественный взор на трупах не работал, поэтому узнать, была ли у них магия при жизни, не получилось, но у каждого было множество различных артефактов, их я откладывал в сторону, с каждого — в свою кучку. Наверняка среди этого изобилия было что-то и для связи, хотя бы у главного, но разбираться времени не было. Да и голодный кракелац изрядно действовал на нервы.
На главном татуировок не оказалось, хотя я вертел тело так и этак. Делал я это под укоризненным взглядом кракелаца и под звуки падающей с его языка слюны. Там, куда долетали брызги, прожигались сквозные дыры, поэтому я поторопился отправить тело поближе к рыщущему по кухне языку. Кракелацу дважды намекать не пришлось, тело он языком захватил и потащил в рот сразу же. Пока он жевал и глотал или каким другим образом уничтожал улики, я быстренько осматривал остальных. На них тоже не было татуировок — совершенно неприметные парни, на таких и не подумаешь, что выполняют подобные грязные поручения.
Вообще, Валерон зря решил, что они не нужны живыми — могли бы много порассказать, да чего уж теперь. Всё же психология Валерона от моей отличается, и то, что для него норма, для меня — совсем нет. Нужно пресекать его самодеятельность по сокращению поголовья бандитов здесь, иначе я не смогу выйти на тех, кто стоит за разрушением реликвий. Ещё нужно узнать о системе связи и о бандитских складах в зоне. Для этого нужно брать Базанина — остальные не обладают полнотой информации.