Видящий, к сожалению, пока не восстановился в должной степени, чтобы просмотреть хотя бы большие кристаллы, собранные по дороге из зоны в зону, поэтому я продолжил заниматься защитными артефактами.
Валерон не появлялся, для трансляции здесь было далековато, но жуть как интересно было, что же там происходит. К этому времени дядюшка уже должен был выпить свой кофе в компании писем и позвонить Базанину со скандалом. Потому что убивать племянника нужно так, чтобы никто не приплел к этому делу дядю. Несчастный случай — и точка.
А еще неудачливый Тимоха, которого я выставил, тоже придет с отчетом. И я ничего этого не услышу. Впору придумывать подслушивающие артефакты, чтобы быть в курсе злодейских планов своих врагов. Последних накопилось прилично: трое Вороновых, включая бабушку, дядюшку и кузена, и Базанин. И я уверен, что и над Базаниным кто-то есть. Причем в самом плохом случае — представитель стороны, враждебной моему богу. Хоть в Святославск возвращайся и узнавай, что было в предсказании…
К обеду Валерон не появился — наверное, решил объесть Базанина или прочувствовал, что обед будет очень скромным. Всех работниц из Амшарино временно отстранили от дела, поэтому и завтрак, и обед готовили подчиненные Маренина. То есть ни о каких разносолах речи не шло, исключительно простая здоровая пища, которую я мог разбавить содержимым контейнера из багажника. Пока не хотел — пусть будет запас на всякий случай. Запас продуктов заменили полностью — не стали рисковать, поскольку неизвестно, на каком этапе было подсыпано или подлито то, что отправило дружину в сон.
Дом был слишком большим, чтобы убирать его самостоятельно, поэтому после обеда я переделал артефакты, всасывающие кристаллы, на артефакты, всасывающие пыль. Принцип-то один и тот же, нужно только немного поиграть с мощностью. Выдал результат Наташе, очень переживавшей из-за временного отстранения от дел прислуги, и отправился дальше заниматься защитными артефактами для дружины.
Когда наконец появился Валерон, я уже заканчивал третий комплект и подумывал, не начать ли четвертый. Но Валерон вывалился из воздуха на стол и сразу начал возмущенно тявкать:
— Где моя законная еда? Жрать хочу — сил нет.
— Ты не можешь хотеть жрать в том смысле, который вкладываешь.
— У меня вся внутренняя система настроена на переработку пищи в энергию, — не растерялся он. — И когда система долго бездействует, я чувствую дискомфорт. Можно было бы там поесть, на месте наблюдения, но тогда бы меня засекли. И вообще, тебе неинтересно, что я услышал? Я зря страдал без еды и отдыха?
Я устыдился и сходил на кухню. Остатки каши с обеда были еще теплыми, их я и наскреб в миску, с которой вернулся в кабинет. Валерон подозрительно понюхал, страдальчески вздохнул и принялся наворачивать, параллельно отчитываясь:
— Базанину ты сегодня настроение здорово подпортил. Он же никого к поместью не отправлял, рассчитывал, что поутру бабы придут убирать-готовить и обнаружат, что все поместье в тварях и трупах. Но не сложилось. Он направил завербоваться к тебе того парня, которого ты выставил. Кстати, почему выставил-то? Он выглядит вполне прилично.
— У него сродство к Скверне и клятва кому-то. Скорее всего, Базанину.
— Клятвы видишь? — обрадовался Валерон. — Всего седьмой уровень же.
— Плохо пока. Вглядываться приходится.
— Ничего. До десятого недолго осталось. Короче, парень ушел с конкретным заданием наалхимичить что-то по месту, и Базанин опять пришел в хорошее настроение. Но тут позвонил твой дядя и попытался что-то вякать. Базанин его заткнул быстро. Заявил, что проблему решит в ближайшее время, а если Максим Константинович будет ему угрожать, то вместо одного Воронова на тот свет отправятся два. И что он не будет менять планы из-за молокососа. Молокосос, если не понял, — это ты.
— Причина не прозвучала, по которой они меня решили убрать?
— Нет. Но Базанин жутко разозлился, прямо пыхал от злости, побегал по кабинету как зверь в клетке, потом немного успокоился, вызвал наемника и дал задание подсыпать какую-то дрянь твоему дяде. И сказал, чтобы был осторожен — мол, последняя доза осталась, промахнуться не имеет права.
— Что эта доза делает?
Я размышлял, должен ли я предупредить Максима Константиновича, не будет ли отсутствие сообщения считаться участием в убийстве, если Базанин задумал именно это в отношении моего родственника. Черт его знает, как работают местные правила, установленные богами. Вдруг несообщение о покушении приравнивается к самому покушению? Лучше бы Валерон вообще об этом промолчал…