— В любом случае подадут плохо, — усмехнулся Маренин. — У вас самого, Петр Аркадьевич, недоброжелателей хватает, а так под слухами хотя бы были бы основания.
— Возможно, вы правы, — признал я.
— Невозможно будет взять власть в руки, не запачкавшись, — продолжил он. — А победителям всё прощается.
— Есть веская причина, по которой я не хочу пока трогать Базанина, — ответил я.
— Разве что. А остальные?
— С остальными будем разбираться.
Чтобы не продолжать бессмысленный пока разговор, я в ожидании Валерона опять ушел делать артефакты. Не возвращался он долго, даже ужин пропустил. От Базанина тоже не было ни слуху ни духу, не привез он почему-то Садонина. Последнее было понятно: невозможно устроить очную ставку с человеком, которого не могут найти. А вот за Валерона я переживал.
Появился он уже совсем поздно ночью, зато сразу вывалил в моем кабинете очередной сейф.
— Базанинский? — уточнил я.
— Разумеется, — гордо тявкнул Валерон. — Я его в качестве компенсации взял до того, как Базанин появился в своем кабинете, поэтому подумали на Садонина. Что умыкнул и сам удрал. К нему наведались, но только пустой дом обнаружили. Причем одному из тех, с кем Базанин к тебе приезжал, там стало нехорошо, и он помер. Как сказал целитель, от удушья. А не оттого, что остался без обеда и без ужина.
Намек был более чем прозрачен. Спохватившись, я выудил из контейнера миску каши для Валерона, которую набрала Наташа специально для него, чтобы он поел горяченького, когда появится. О десерте позаботилась она же. Хворост закончился, но какие-то небольшие печенья моя супруга где-то откопала. Надо же, даже мне к чаю не предложила, а пушистому прохвосту насыпала полную миску. Хотя, возможно, это были печенья из прошлых запасов, которые нельзя есть без опасения уснуть по сигналу извне. Если дело обстоит так, то такой подход оправдан: Валерон перерабатывает всё в энергию где-то настолько «не здесь», что активировать сон никакой злодей не сможет.
— Вот это совсем другое дело, — невнятно сказал Валерон, сразу пристраиваясь к миске. Каша исчезала, как будто ее стирали ластиком. Еда была слишком серьезным делом, чтобы Валерон отвлекался на такую ерунду, как доклад, так что дальше он только молчал и сопел, пока даже от печенья не осталось ни одной крошки.
Я же, чтобы не терять времени просто так, вскрыл сейф и приступил к изучению его содержимого. К сожалению, там были только деньги, хотя я рассчитывал на архив. Должен же Базанин вести какой-никакой архив, хотя бы по своим подчиненным? Там же толпа такая, что компромат на всех в голове не удержишь. Архив непременно должен быть, причем не обязательно с компроматом, но с описанием полезных для Базанина навыков уж точно.
Одно утешало: денег внутри оказалось прилично. Не самый маленький сейф был доверху забит казначейскими билетами разных достоинств. Деньги следовало куда-нибудь переложить, а сейф можно подбросить кому-нибудь из окружения местного главнюка. Кому именно — станет понятным после отчета Валерона, который все никак не мог наесться.
Наконец помощник окончательно отвалился от мисок, напоследок еще раз проинспектировав миску из-под печенья на случай, если вдруг там осталась ранее незамеченная крошка. Крошек не нашлось, но Валерон жаловаться на несправедливость жизни не стал, сыто икнул и поинтересовался:
— На чем я остановился?
— На том, что один из бандитов помер от удушья.
— Обижаешь, — оскорблённо фыркнул Валерон. — Не один, три.
— Как это три? — заволновался я. — Мы с тобой на двоих договаривались. Третий был лишним.
— Ничего не лишний, — возмущенно тявкнул Валерон. — Он на нас злоумышлял. Предложил Базанину ночью нас дальнобойными заклинаниями обстрелять. Теперь не обстреляет, и подозрения от нас я тоже отвел.
— Какие подозрения?
— Базанин сильно интересовался, у целителя, прямо с нажимом, не могли ли смерти возникнуть в результате отравления. Мол, помирали те, кто к тебе наведывался. На что целитель возразил, что это не отравление, а нехватка воздуха, и магией никакой от умерших не тянет. Это уже когда его ко второму вызвали. Базанин настаивал, что все дело в тебе. Мол, все трое у нас побывали. Целитель никак не соглашался понимать нужное. А когда обнаружили заместителя Базанина с такими же симптомами, целитель заявил, что похоже на неизвестную инфекцию, и он объявляет карантин в казарме, чтобы никто из контактировавших с трупами по улицам города не гулял. Но…
Он сделал глубокомысленную паузу и постучал лапой по миске.
— Еще каши? — сделал я вид, что не понимаю.
— При чем тут каша? Я про эпидемию, — возмутился Валерон.