— В том зеркале в коридоре. Я собиралась спать, шла в комнату со стаканом воды и в зеркале увидела… какой-то образ.
— Хм… А я и думаю, чего это у вас тут лужа на полу. — Сказал молодой человек, выходя в коридор.
— Я сейчас все уберу, — всполошилась Маша.
— Я уже протер. — Махнул он рукой, а сам пошел к зеркалу. — В этом?
— Угу.
Дмитрий заглянул в раму.
— Не вижу ничего, кроме одной, необычайно хорошенькой, но ужасно беспокойной барышни.
Мари бросило в жар. И вовсе не от того, что её ноги грелись в горячей воде.
— Вы меня смущаете. — проговорила девушка чуть слышно, опустив глаза.
Дмитрий на секунду застыл, вглядываясь в отражение. Он словно завис или погрузился в свои мысли.
— Простите. — Выдохнул спустя долгую минуту, задумчиво. В этот момент он был совсем не похож на себя. А потом словно стряхнул тревожные мысли и улыбнулся. — Я не хотел вас обидеть.
— Вы не обидели, просто смутили. — Мари не заметила, что что-то в нём переменилось, так была погружена в себя и собственную реакцию на этого, по сути чужого человека.
— Простите, больше не буду. — Дмитрий задумчиво закусил губу, оперся о дверной косяк. — Я останусь и буду охранять ваш сон, чтобы никакое чудище его не побеспокоило.
— Это было не чудище. А впрочем… — Мари махнула рукой, мол, не хочу об этом, и сменила тему. — Наверное, достаточно держать ноги в тазу?
— Пожалуй, достаточно, — согласился Дмитрий Васильевич и поспешил к ней, помочь выбраться из воды.
— Нет, я сама справлюсь! — Маша торопливо вытирала ступни махровым полотенцем. — Спасибо вам, спасибо.
Дмитрий смотрел на её суетные движения задумчиво. Мари вытерла ноги, достала из чемодана скрученные в комочек носки с Санта-Клаусом, которые носила только дома и подняла, наконец, глаза на своего спасителя.
— Давайте чай пить, а то остыл уже!
— И то верно, — странно улыбнулся кавалер и отодвинул потемневший, но ещё довольно крепкий венский стул, чтобы Мари присела.
Потом они неспешно беседовали и пили чай с печеньем. Мари совсем позабыла и про таинственное зеркало, и про то, что совсем недавно она в нём увидела. Старые ходики на стене пробили полночь и Мари встрепенулась от неожиданности. Уже так поздно! А между тем, завтра им обоим рано вставать.
— Засиделись мы, Дмитрий Васильевич. А между тем…
— Пора и честь знать! — Закончил за неё молодой человек.
И вот уже стол убран, крошки печенья выброшены в мусорное ведро. Мари постелила ему на кушетке в гостиной. Она хотела лечь там сама, так как диванчик был слишком мал для рослого мужчины, но Дмитрий уперся и отвоевал себе место. К тому же у него был железный аргумент:
— Если призрак ночью пойдет к вам, то ему придется пройти мимо меня. Я услышу и смогу защитить вас.
Мари прыснула, с таким серьёзным видом он рассуждал. Будто бы не о призраке говорит, а о буйном соседе. Полоумном, но вполне себе живом.
— Призраки бестелесные. Они могут пролететь сквозь стены. — Стараясь выглядеть серьезно, привела она свой контраргумент.
— Я все равно услышу. — Настаивал он.
И Мари сдалась.
Это было слишком странно и так непривычно. Некстати она подумала, что никогда не общалась так с Герой. Даже в самый романтичный период их отношений, когда он приглашал её на прогулки по Чистым прудам и дарил скромные букетики из астр.
Так как из постельного они нашли лишь простынь, сиротливо ждущую своего часа на верхней полке пустого шкафа, то одеялом пришлось поделиться. Мари отдала Дмитрию покрывало и одну подушку, которых, к счастью, оказалось две.
— Вполне себе уютное гнездо вы мне свили. — Присвистнул молодой человек, вернувшись из кухни, где намывал чашки после чаепития.
— Уж из чего было. Ну, спокойной ночи, Дмитрий Васильевич. — Мари сглотнула нервно.
— Чудесных вам снов, Мария Карловна. — Не остался в долгу мужчина.
Март скрылась за тяжёлыми дверями спальни и в два прыжка добралась до кровати. В комнате было темно. Лишь тонкая полоска света с улицы пробралась в дом и теперь пересекала старый, скрипучий паркет. Мари нырнула под одеяло, вдыхая запах чистого и чужого постельного белья с тонким, едва уловимым цветочным ароматом. Все стихло.
Где-то там, за дверями, ведущими в гостиную, спал на неудобной кушетке Дима. Мари затаила дыхание, вслушиваясь. Но там, в соседней комнате царила тишина.
Подумать только, живой, привлекательный мужчина всего в пяти метрах от неё. И вряд ли он будет против, если она сейчас выпорхнет из дверей спальни и позовет его перебраться с узкой кушетки на её ложе. «Только вот что потом», одернула себя? Одна ночь, возможно даже вполне приятная, но утром они вряд ли смогут смотреть друг другу в глаза. Каждый будет торопиться уйти, чтобы больше никогда не встретиться. А им ещё пересекаться в обществе любителей дворянского быта. Так что, пусть все останется как есть, вздохнула Мари и прикрыла глаза. Щеки её предательски пылали, рисуя возможные сцены страсти. Эх, Натали бы точно отругала ее за такое поведение.