— Игры, чико.
Приставки! Сразу несколько Атари 2600 в разной степени сохранности, но рабочие. И целая россыпь картриджей к ним. Консоль я узнал только благодаря тому, что видел ее в рекламе по телику. Все, что я знал о ней в прошлой жизни — плохие игры на слабом железе, но с агрессивным продвижением привели к настоящему кризису рынка видеоигр где-то в начале восьмидесятых. То есть вот примерно сейчас, в пределах года-двух. Нет смысла связываться.
— Пятьдесят долларов за игру и по два доллара за картриджи к ней, — назвал цену Манни.
Картриджи не воодушевляли — примитивные спортивные игры, такие, как «Понг», по большей части. Из знакомого — мои любимые «Космические вторженцы» и «Астероиды». Однако и среди фекалий иногда есть шансы найти алмазы:
— А это тоже за пятьдесят идет? Тут явный некомплект, — кивнул я в сторону компьютера-клавиатуры из пожелтевшего пластика.
— Забирай за сорок, к нему нет картриджей и проводов для подключения к телевизору, а магнитофон не играет музыку, — разрешил дядюшка Манни, — но мне клялись именем Господа, что игрушка рабочая.
— Может, за тридцать? Кому он нужен со сломанным магнитофоном? — цену я попробовал сбить только для того, чтобы не выдать своего интереса. Вместе с мусором от Атари лежал самый настоящий Коммодор Вик-20. Тот, из рекламы с капитаном Кирком. Триста долларов за новый и почти в десять раз дешевле в ломбарде.
— Да у тебя хватка, как у сорокалетнего, чавело. Тридцать, договорились, но только ради твоего брата.
— А эти сколько стоят? Раз магнитофон музыку не крутит?
Я показал дядюшке на клон Вокмэна от компании Санио. Пластиковый, в отличие от металлического оригинала от Сони, но мне с того только лучше. Самое главное — компактные наушники в комплекте.
— Тут провода у наушников порваны, скорее всего, когда с какого-то леваса их срывали на улице. Забирай за десятку. А золотишко для своей чикиты или Елены не хочешь купить? Золото — не просто украшение, а инвестиция, что только растет в цене со временем. Или часы?
Манни, уловив тень интереса, вытащил из-под под прилавка поднос с часами, уложенными на поролон.
— Ролекс не предлагаю, парень, но вот настоящие японские Casio с батарейкой на пять лет. Тебе — по особой цене, за двадцать пять баксов.
Знаменитый шестиугольный корпус, металлический браслет, жидкокристаллический дисплей. В девяностых у любого пацана на руке красовались небезызвестные Монтана, с кучей мелодий, включая петушиный крик. Нигде за пределами СНГ они, скорее всего, неизвестны, так как китайская или тайваньская подделка под оригинал.
— Мне бы что-то попроще и подешевле.
Отсутствие в кармане мобильника, а следовательно и возможности узнать точное время несколько угнетала. Постоянно приходилось искать где-то циферблат или у кого спросить. Но двадцать пять долларов за всего-то часы перебор.
— Тогда твой выбор — Таймекс, сделано в Техасе, пять долларов.
Ростовщик убрал поддон с дорогими моделями и достал обычную картонную коробку, куда свалены часики попроще. Для меня сойдет. Мне не нужны понты и будильник с петушиным криком.
Что же, ростовщик обязан видеть клиентов насквозь и просчитал меня. Моральных сил отказаться от ВИК-20 и плеера с наушниками нужно очень много. Но финальный удар под дых я получил, увидев коробку с дискетами.
— А тут какая цена? — указал на носители.
— Отдаю по доллару, но не гарантирую, что все рабочие. Это что-то вроде кассет, но для компьютера. Учти, чавело, на купленной тобой игрушке они бесполезны.
— Заберу их все, сэр, у вас тут пять пачек по десять, если отдадите за тридцать долларов. А скажите, есть ли у вас в продаже литература? Книги, журналы. Что-то об играх, что поможет разобраться с покупкой.
В частности мне не помешала бы информация о разработке игр под Вик-20. В наши суровые времена исходники печатают в журналах. А чтение чужого кода — неплохой способ самообучения, как по мне. Во всяком случае, на первой работе я так и начинал, когда мне без каких-либо разъяснений выдали модуль, написанный старшим коллегой и приказали дорабатывать.
— Вон стопка полиграфии, полистай. Если подойдут, то забирай всю за пятнадцать баксов.
Подошел. Верхним журналом оказался Плейбой за Август 81-го, с обложки на меня смотрели аппетитные ягодицы загорелой рыжеволосой красотки в голубом купальнике. Нет-нет-нет, женщина, в моём сердце есть место только для Мисс Июль и еще Линды. Даже Трейси и ее внушительный бюст не поместились. Но журналы забрал. Там среди эротики затесались несколько выпусков «COMPUTE!» и «BYTE». Ну а загорелые формы мисс Август замечательно подойдут для порношашечек, когда я соберусь их реализовать.
— Подходит, сэр. Я беру журналы. Давайте посчитаем баланс и напишем расписку на остаток депозита.
— Не доверяешь мне, чико?
— Деньги любят счет. Моя память не идеальна, не хотел бы забыть, сколько денег у меня осталось.
— А новый велосипед не хочешь, парень? Отличный шоссейник всего за пятьдесят долларов. Не краденый.
— Меня устраивает мой, сэр. Вот от машины бы не отказался. Если найдутся варианты в рамках моих средств, я бы взял… через месяц-полтора, как только получу права. Скромную малолитражку, требующую минимума обслуживания.
— Пацан, ты видишь тут машины? Ладно, так и быть, поспрашиваю у хоми, не продает ли кто. Ты молодец, что не рвешься за крутой тачкой, чавело. Целее будешь.
Ко всему добавили еще и намордник для Дюке. Пёс очень добрый и не кусается, но социальному работнику в пятницу так не покажется.
Парадоксальное чувство. Вроде как меня развели на штуку баксов, но задобрили подачками и потому ощущаю себя победителем. Расписку с дядюшкой Манни мы оформили в двух экземплярах. Дескать, я внёс в кассу предоплату в 905 долларов и имею право выбрать товары на остаток суммы. Филькина грамота, если честно, и держится она лишь на репутации скупщика краденого, не желающего показать себя кидалой перед бандой Гектора.
Поднявшись по лестнице с приятно потяжелевшим рюкзаком, я обнаружил, что моего велосипеда нет. Серьезно? Правда? Так ты со мной поступаешь, вселенная? Это наказание от летающего монстра за то, что Елена принципиально не готовит макароны?
В суровой заснеженной России меня за сорок с лишним лет ни разу не ограбили. А тут, стоило на землях победившей демократии оставить велик возле магазина — и всё, спёрли. Видимо, воровать велосипеды — есть неотъемлемое демократическое право свободолюбивых американцев.
— Сэр, я все-таки хотел бы купить велосипед, дешёвый, долларов за десять, — вернулся я к продавцу.
Ох, как захохотал старый мексиканец! Не удивлюсь, если велики тырят, чтобы через пятнадцать минут принести к нему же с заднего входа.
Шоссейный вел за полтинник в итоге показался мне перебором, потратил пятнадцать за нормальный городской, не менее ржавый, чем мой прежний, но зато с удобным на вид багажником. На моём депозите осталось без десяти долларов девять сотен. Ни о чем… а нет, мучительно жалею, что проторчал в ломбарде слишком долго и лишился возможности в честном бою отстоять верного товарища. И заодно переломать воришке руки и ноги. Но это я сейчас такой смелый, когда напротив нет негра с болторезом или чем там еще перерезали тросик велозамка.
Минут сорок лихорадочной работы ног — и вот я дома, с трофеями, дабы попробовать подключить Вик-20 к телевизору. Расписку дядюшки Манни пока убрал в свой тайник внутри Эппл 2. Но стоит бы озаботиться новым. А то вокруг сплошное ворьё!
Мой верный радиочастотный модулятор подошел и к новому компьютеру, закрывая вопрос отсутствия проводов. И там…
Светло-голубая, небесного цвета рамка по всему периметру экрана настроила поначалу на оптимистичный лад. Белый фон в центральной рабочей области также показался мне симпатичным, как и текст синего цвета заглавными буквами:
**** CBM BASIC V2 ****
3583 BYTES FREE
READY
Но… стало вдруг понятно, почему и трэш-80, и Эппл 2 с их явно ограниченными возможностями по работе с графикой стоят настолько дороже. Три с половиной килобайта памяти! И это они называют игровым компьютером? Сюда хотя бы змейка поместится?