— Крис! Я всё провалила! — в панике воскликнула Ким и разрыдалась, прижавшись ко мне. — Ты видел, да? Я не собрала половину мух и пропустила двух леди-лягушек! И могла бы за прошедшее время еще два уровня закончить, если бы не прыжки вправо. Какой отстой! Возомнила себя чемпионкой, дура!
Потянул ее в сторону, за спины толпы. В укромный уголок между автоматами.
Вариант, как прервать истерику, мне в голову пришел лишь один — прижать к себе покрепче и обнять. Обнимашки работают! Проверено… не помню, на ком, но действуют. Вот и с Линдой все получилось. Я гладил ее по спине и по голове, сняв дурацкий капюшон, крепко сжимал в объятиях и как-то само собой вышло, что наши лица оказались друг напротив друга и ее соленые от пролитых слёз, но при том невообразимо сладкие и невероятно жаркие губы соприкоснулись с моими. Как молния ударила. Разряд почище, чем от кинескопа.
«Любовь — обжигающая штука». Легенда кантри ерунду в куплете не напишет.
Глава 16
Сколько мы целовались за автоматами? Недостаточно много! Пришел лесник и разогнал. То есть местный мордатый секьюрити с полинезийскими корнями. Вроде как неплохой мужик, но…
— Идите в другом месте обжимайтесь, тут вам не мотель, — выговорил охранник, с силой оторвав меня от девушки.
— Простите, сэр, — сказал я ему, — мы…
— Да мне плевать, кто вы и что вы. Меня премии лишат, если менеджер вас спалит.
— Прости, я расплакалась как ребенок, — смущенно произнесла Линда, когда мы с ней отошли в сторону, от основного действа. — А тебе пришлось…
— Стой-стой-стой! — оборвал я ее. — Давай сразу договоримся, что мы не в ситкоме и не в мыльной опере, где герои сотню серий не способны признаться. Я тебя поцеловал потому, что хотел именно поцеловать, а не утешить или еще что-то не такое.
— Меня? Почему? Я ведь…
— Не здесь. Пошли отойдем… — мест, где можно спокойно поговорить, поблизости не наблюдалось и из всех зол выбрал наименьшее, — в пиццерию. Несправедливо, что за второе место положена пицца, а за первое — нет. У нас есть не меньше часа до объявления победителей.
Пиццерия с аттракционами, клоунами и шумными дошколятами меня совершенно не привлекала, но за пару дополнительных долларов администратору нам выделили отдельный кабинет, при условии, что я закажу большую пиццу. Я и заказал, ткнув вслепую пальцем в приемлемую сумму в меню — как оказалось позже, с пепперони, ветчиной, грибами и копченым беконом.
Линда следовала за мной, как на буксире, схватившись обеими руками за рукав толстовки, как будто бы боялась потерять.
— Ты мне очень нравишься, ты красивая, умная и понимаешь меня, как никто. Давай встречаться, — сразу выложил я ключевые моменты своего предложения, не дожидаясь, когда нас прервет официант.
— Но я не красивая! Не такая, как Мария Кастильо или другие латины!
— Не такая. Ты лучше, опережаешь своё время, как будто пришла из будущего.
И вообще — красота в глазах смотрящего, как говорится. Я бы не отпустил ее, даже окажись Линда на самом деле страшненькой, как о себе думает. Потому что внешность второстепенна относительно совпадения интересов. Но как же приятно донести до нее правду!
— Я… — девушка внезапно потянулась ко мне через столик и случился наш второй поцелуй. Какая она у меня всё-таки умная — сообразила, что спорить и принижать себя бесперспективно и нашла решение, не требующее лишних слов. Целоваться через столик, правда, неудобно, но мы с честью вынесли выпавшее нам испытание.
Пицца оказалась отличной. Не стоящей десяти баксов, какие за нее запросили, но всё равно вкусной и нажористой, с тянущимся расплавленным сыром и острой перченой колбаской. Мы умяли ее на двоих в считанные минуты, больше глядя глаза в глаза, чем на еду. Очень надеюсь, что мой посыл не только понят, но и зафиксирован.
— Ты правда считаешь, что я могла занять первое место? — спросила LK, грызя кусок пиццы.
— Я наблюдал за чужими результатами — никто даже десяти тысяч не набрал. Мне кажется, твой счет близок к мировому рекорду.
— Нет. Я очень позорно сыграла. Говорила ведь, что не собрала всех мух и не спасла леди-лягушек.
— Готов поставить свой поцелуй против твоего поцелуя, что ты чемпион.
— Это… как?
— Если моя ставка выиграет, то ты меня поцелуешь. А если твоя, то я тебя.
Вот такой, задорно хихикающей, с лукавой многообещающей улыбкой Линда нравится мне сильнее всего.
Прикончив пиццу, мы вернулись к аркадному залу как раз к подведению итогов соревнования. Скромненько так и без большого пафоса представитель организаторов толкнул речь о том, как здорово, что все мы здесь сегодня собрались и начал излагать результаты победителей, называя никнеймы и их счет.
Второе место в Дефендере, совершенно неожиданно, занял Стив. Не Джобс, не Возняк и не Балмер, конечно, а вредный долговязый продавец из Радиорубки. Полон скрытых талантов, оказывается. Ни цифры счета, ни личности чемпионов в других дисциплинах мне ни о чем не говорили.
Результаты Фроггера объявляли последними. Третье место — типичный вато из баррио. Высокий, с несколькими наколками на выдающейся бицухе и яркой банданой. Не видел его игры. Одиннадцать тысяч баллов. Второе — двенадцать сто — белая девчушка лет тринадцати с двумя бантиками, за наградой она вышла вместе с пузатым отцом, смущающимся от общего внимания и, наконец, LK, с почти двукратным отрывом от остальных.
— Выдающийся результат, парень, у тебя есть шансы на городском чемпионате. Не забудь позвонить по номеру на оборотной стороне диплома и записаться, — сказал Линде, вышедшей в капюшоне, представитель организующей фирмы и вручил хрустящую сотню долларов, сертификат победителя и памятную медаль из дешевого пластика.
— Орале! Этот гринго — просто монстр! Монстр из Каньон Плаза! — выкрикнул занявший третье место чикано.
— Монстр! Монстр! Монстр! — подхватила толпа.
Линда схватила награду, еще глубже натянула капюшон и тот самый секьюрити, помешавший поцелую, проводил ее в заднее помещение, дабы отделить от поклонников. Разумно.
Снова мы с ней встретились уже на парковке, возле ее пикапа. Девушка сняла свой худи, оставшись в простой синей футболке без принта. И, может быть, Мария и говорила про нее «табла», но хоть какие-то выпуклости при настолько минимальной форме одежды просматриваются. Хотя они и третьестепенные.
— Теперь тебе придется избавиться от капюшона или, как настоящей супергероине, надевать его, только выходя в патруль, — сказал я.
— Без него мне холодно, — призналась Линда, — но скоро весна, потеплеет.
Спрятались от ужасно холодных мартовских +20 в машине. Да чтоб я всегда в ихнем климате жил!
— Крис, у меня к тебе просьба, — девушка протянула мне все свои награды, включая сотню баксов, — пожалуйста, сбереги. Отец, если увидит деньги — отнимет, и я еще получу наказание за то, что вообще приблизилась к залу аркадных автоматов.
— Тебе же восемнадцать, какое он имеет право? — совершенно искренне возмутился я.
— Я живу в его доме, ем его пищу, вожу его пикап, — вздохнула Линда. — Захочет и отберёт вообще всё. И куда мне деваться? Так принято в нашей стране — не перечить родителям.
Идеально бы тут прозвучало предложение «переезжай ко мне», но, во-первых, я сам в подвешенном состоянии под угрозой государственной опеки, без стабильного источника дохода и не факт, что в моих силах прокормить девушку, а во-вторых — съезжаться сразу после первого поцелуя поспешно по любым меркам.
— Капитан Ким, мэм, энсин Колон принял полную ответственность за сохранность трофеев до ваших дальнейших распоряжений.
— От лица командования звездного флота выражаю вам благодарность, — поддержала шутку девушка. — Мне пора, я и так задержалась, придется врать, что Кристина затащила меня в кино.
— Про кинотеатр отличная идея, мы с тобой еще сходим и не раз, — подмигнул ей, заставив мило покраснеть.
А далее Линда подвезла меня до трейлерного парка и мы с ней реализовали сериальный троп по поводу поцелуя в машине после свидания. Что я могу сказать? Сценаристы знают толк в трогательных, пробирающих до глубины души сценах. Об одном жалею — так и не показал своей девушке написанную специально для нее игру. Еще успею — мы молоды и у нас целая жизнь впереди.