— СиСи нас прибьёт, если решит, что подкатываем, глянь, как смотрит! — хохотнул мясник Билли. — Не переживай, парень, не претендуем. У Трейси подружка есть такая… с буферами, вот с ней бы…
— Елена — жена моего брата, — сказал я нарочно мрачным тоном, но парни поняли юмор и расхохотались, а полный барабанщик даже хлопнул меня по плечу.
— Да знаем мы, чувак! — под общий смех пояснил Эдди. — Спасибо, что пришли, будет круто! Мы хедлайнеры, закрываем концерт. Гарри договорился, он же тут учится. Порвём их всех!
— А кто еще выступает? — кажется, больше из вежливости спросила Линда.
— Какие-то ноунеймы вообще без опыта, — объяснил мусорщик Томми. — Прямо перед нами на разогрев совсем зеленых новичков поставили. Это их, считай, первое выступление.
— Мы теперь «Бесконечность тьмы»! — восторженно воскликнул Эдди и получил долгий поцелуй от будущей фотомодели Плейбой. Не завидую ему, я свой от Линды тоже урвал. Она чем дальше, тем раскрепощеннее. Видимо, сама обстановка студенческого рок-н-рольного безумия влияет.
— Круто звучит, — похвалил я название, — а что там у той, другой группы?
— Да вообще мальчишки, чуть старше тебя, название, правда, крутое… забыл, какое именно, — Билли отхлебнул пива из банки, — они постоянно в тусовке трутся, кассеты с демо у них неплохие.
— Не думал, что так быстро их на сцену выпустят, — подтвердил мусорщик Томми.
С импровизированного помоста представитель колледжа объявил начало концерта и первые рокеры — молодые парни ударили по гитарным струнам. Как говорил ослик Иа-Иа — жалкое, душераздирающее зрелище. В нашем случае — ушераздирающее. Сыграли каверы на что-то популярное и встретили их благосклонно. Как и следующую группу, и ту, что далее.
Мне не понравилось ничего, кроме прижимающейся ко мне подружки. Темно, пахнет дешевым алкоголем, то, что музыканты постоянно попадают мимо нот, даже при моей тугоухости понятно. Пожалуй, «Гнилые мозги» на фоне остальных на самом деле неплохо смотрятся и имеют моральное право задирать нос. Мальчишки, вчерашние школьники без собственного репертуара. Но часто с огнем в глазах…
— Эй! Чего затихли! Больше драйва, сейчас мы порвём зал! — проорал в микрофон очередной патлатый пацан. — Мы МЕТАЛЛИКА!
Чего-чего⁈ Я остолбенел, замер с открытым ртом, глядя на сцену. Те самые⁈ Четыре лохматых юнца лет восемнадцати никак не напоминали известных мне королей металла. По правде, я только двоих и помню. Барабанщика Ларса Ульриха и солиста Джеймса Хэтфилда, остальные сколько-то там раз менялись.
Прыщавый блондин на барабанах с волосами, торчащими во все стороны, как у одуванчика — это Ульрих? А худой и сутулый парень у микрофона, пытающийся спрятаться от зрителей за стойкой, Хетфилд? Да ладно! А кто тогда гитарист и басист?
Парень, играющий на басу, делал вид, что он не с ними и вообще случайно зашел. Понимаю, почему он не сохранился в составе. А рыжий гитарист, наоборот, показал себя тем еще энерджайзером, вовсю размахивающим львиной гривой.
Барабанщик лупил по тарелкам, как из пулемета, не уверен, что в ноты. Гитарист выдал на мой тугоухий слух очень недурное соло, солист… ну… тот самый голос легенды металла плохо стыковался с внешностью стеснительного школьника, не знающего, как вести себя на сцене. И материал из каверов их не красит. Но великий КТУЛХУ! МЕТАЛЛИКА!
— Пошли, возьмем автографы, — потащил я к сцене Линду, — заодно посмотрим наших парней из первого ряда.
— Автографы? У них? Они же просто школьники, как мы, — ожидаемо не поняла подруга дней моих суровых.
— Поверь, у этих ребят огромный потенциал, я чувствую, еще гордиться будем тем, что их вовремя поддержали.
Когда Металлика закончила и слезла с грубо сколоченного попоста, ажиотажа возле сцены я не заметил. Вокалист выглядел прямо-таки раздавленным отсутствием реакции. Рыжий гитарист, самый старший из всех, смотрелся готовым броситься в драку.
— Орале! Вы молодцы! — воскликнул я в чоло-манере. Кажется, весь зал на одного меня и посмотрел, не без недоумения.
— Что? — не понял парень с микрофоном.
— Отличный вокал, эсе. Реально, я не издеваюсь, на самом деле понравилось. У тебя большое будущее.
— Да! Ты хорошо поешь, — прохрипела рядом почти неслышная Линда. Но, видать, музыкальный слух сработал, вероятный Хэтфилд широко заулыбался.
— Я пришел сюда за автографами следующей группы, но как насчет ваших? Если станете знаменитыми, разбогатею, продав с аукциона, — продолжил я быть милым.
— Да пошел ты, кусок дерьма! — зло воскликнул гитарист, от которого нещадно несло перегаром. — Запихай свой сарказм себе в задницу!
— Дэйв, он не издевается, — попытался успокоить взвинченного юношу бас-гитарист, но без толку, тот раздраженно направился к выходу из зала, оттолкнув кого-то из зрителей и бросив бутылку пива в стену.
— Извини, парень, он очень волнуется, — виновато пожал плечами басист, — мой автограф подойдет? Я Рон, это Ларс, Джеймс и Дэйв… ну, он ушел.
— Вы на самом деле крутые. Верю в вас! — сказал слова поддержки, возможно, ненужные, так как знаю, что уж мимо «Метлы» успех не пройдет.
Так я стал обладателем автографа Рона Макговни, если правильно прочитал его неразборчивый почерк. Понятия не имею, кто он такой и как скоро покинет группу. Настоящая Металлика мне в блокнотике расписаться постеснялась, сделав вид, что им важнее демонтаж ударных, чем «преданные фанаты». Может быть, помочь им? Напеть «Nothing else matters» или «Unforgiven»? А смысл? Сами сочинят без помощи плагиаторов. Тем более стремно окажется, если Джеймс или Ларс уже носят музыку в своей голове. Я тогда каким-то экстрасенсом им покажусь.
— Эй! Привет, чуваки! Мы группа «Бесконечность тьмы»! — сказал в микрофон со сцены Эдди. На контрасте со вчерашними школьниками они с товарищами прямо настоящие опытные артисты.
Глубоко под землей, в мертвом городе спит…
— Вы лучшие! Эдди, я люблю тебя! — заорала из зала Трейси, притягивая к себе как бы не больше взглядов, чем группа.
И внезапно неплохо публике зашло. Ребята постарались, а петь Эдди умеет. Не овации, но настоящие аплодисменты сорвали!
— Нудное дерьмо! Вы лузеры! — прозвучал злой пьяный голос гитариста Дэйва от входа в зал. Я обернулся — других членов Металлики рядом с ним уже не осталось. А ведь где-то я его видел. Не как с Томми, в роли мусорщика… нет, не помню, где и когда. Не в нашей школе? Нет!
— Чувак, если наша музыка тебе слишком сложная, давай спою попроще, — не растерялся Эдди.
По полям, по полям…
Эта песня ломает что-то в мозгу. Полнейшая чушь, для детсадовского возраста, хоть и в металл-обработке. Но под конец второго куплета мне захотелось примкнуть к толпе и промычать вместе со всеми, кто же там в прицепе песенку поёт. Колдовство!
Глава 10
Вернувшись домой, я нашел записку от Елены: «Кармен было страшно оставаться одной в трейлере, я заночую у нее». Ох святая ж ты женщина, тёть Лена, дай тебе макаронный монстр собственный ресторан. А почему нет? Разбогатею и куплю.
Словом, я этой ночью подвергся маргинализации со стороны совершеннолетней развратительницы. Нарушили с ней закон за всю прошедшую бесславную неделю и, традиционно, ни о чем не жалею. Ну не ворвется же к нам ночью служба опеки с проверкой, кто там у меня в постели? Делать им больше нечего.
Ох, как же не хотелось ехать на работу в воскресенье утром! Идея стать кочегаром и вкалывать сутки через трое показалась как никогда отличной. Но увы, на нашей польской аркадной галере раб обязан находиться на скамье ежедневно. О, идея! Игра в жанре стратегии, где нужно управлять собственным судном и следить за тем, чтобы гребцы не взбунтовались.
Проснулся первым, приготовил на двоих завтрак, сварил кофе. Если убрать за скобки вероятность оказаться где-то под надзором службы опеки, то жизнь удалась и сильно большего мне не то, чтобы надо.
Сегодня прихватил с собой на денек в Аркадию Эппл 2. Как было, в корпусе телека. Машина просторная, несложно на заднее сиденье его забросить. И вот прямо светлая полоса — я смог спокойно кодить целый день, зарелизив к вечеру и алгоритм архивации, и альфа-версию редактора сценариев. Там функционала-то курам на смех — текстовый файлик туда-сюда дергать. С нормальным инструментарием я бы в разы быстрее справился.