Ворчливый же я старый дед! Плевать на все страхи! Я ведь свободен! Готов к подвигам во славу Императора! Больше ничто не остановит меня! На радостях обнял единственное живое существо, находящееся рядом — Дюке. Мне тут же облизали лицо.
— Приятель, ты понимаешь, что изменилось? Меня как будто из вольера выпустили! Почти! Осталась чистая формальность — эмансипироваться.
— Гав!
— Тоже считаешь что нечего затягивать и нужно сходить к Больцману уже сегодня?
— Гав!
— Да-да, я понимаю, что время раннее, но Глория ведь вот-вот уедет на работу, наверняка уже не спит. Пошли.
Питбуль радостно пометил привычную покрышку недалеко от нашего старого трейлера и облизал лицо еще и адвокату, открывшему дверь, когда я постучал, хотя близкого знакомства с ним ранее не водил.
— Фууу… это негигиенично! — скривился Лео. — Я мог бы засудить тебя несколькими способами за этот эпизод, пацан. Между прочим, я боюсь собак. Да куда ты лезешь, образина!
На футболке, которую сегодня носил Больцман, значилось «Хулио Иглесиас — наш спаситель!».
— Он просто проявляет дружелюбие. Сэр, поздравьте меня, я получил проходной балл на CHSPE. Теперь я могу бросить школу!
— Ни в коем случае, пацан. Запомни раз и навсегда — слова обладают юридическим весом, формулировки имеют значение. Забудь такое слово, как «бросить». Для любого калифорнийского судьи фраза «он бросил школу» переводится как «перед нами трудный подросток, склонный к бродяжничеству, потенциальный наркоман и будущий клиент исправительной колонии». Судьи таких не эмансипируют. Суды отправляют их под надзор социальных служб или в приемные семьи.
Наверное, на лице моём вся гамма чувств, как в раскрытой книге, отразилась.
— А потому, Крис, ты не бросаешь школу. Ты досрочно и успешно завершил программу среднего образования, подтвердив это государственным сертификатом CHSPE. Чувствуешь разницу в звучании? Это музыка для ушей судебной системы!
— Я понял, сэр. Я бросаю учёбу с правильной формулировкой.
— Но здесь есть важный бюрократический нюанс. Если ты с сегодняшнего дня просто перестанешь появляться на уроках — школа автоматически отметит это как злостные прогулы. Они обязаны по закону сообщить об этом в Департамент по делам детей и семьи. А вам с миссис Колон социальные работники, сующие нос в твой трейлер, сейчас нужны меньше всего.
Юристы. Мне всегда сложно давалось общение с ними. Помнится, пытался я согласовать с юридическим отделом питерской конторы, в которой работал, простейший момент, сводящийся к выбору из двух вариантов формулировок в договоре. Почему я, разработчик, вообще этим занимался — отдельный вопрос. Менеджер проекта тогда попал в больницу и кто-то должен был выполнить его обязанности. За день напряженной переписки однозначного ответа я тогда так и не получил. Лишь бесконечные уходы в сторону от обсуждаемой темы и мастерское увиливание от ответственности.
— И наши дальнейшие действия?
— Сейчас ты оставляешь бумаги мне и идешь в школу, чтобы не получить взыскание, но в понедельник я уже отправлю директору заказным письмом заверенную копию диплома и уведомление о прекращении посещений. Со вторника ты полностью свободен и дальше заниматься своими утками.
— Еще одна вещь, — сказал я с интонацией лейтенанта Коломбо. Мне и в самом деле требовалось закрыть один интересующий вопрос. — Мне был обещан грант на обучение в частной школе Часворт Хиллз. Для того, чтобы им воспользоваться, ведь не обязательно доучиваться год в школе Фрэнсиса?
— Абсолютно так, — подтвердил адвокат, — ты уже выпускник, пацан, поступать куда-то учиться и проходить дополнительные курсы — исключительно твоё личное желание, а не требование законодательства. Если элитная школа хочет дать тебе грант — незавершенный год в обычной никак не помешает. Разве что осложнит твою жизнь во время собеседования с приемной комиссией. Но тебя ведь не за академические успехи туда зовут?
— А еще… знаю, что наивно, но лучше спросить глупость, чем промолчать. Могу я уступить свой грант Линде? Ей образование нужнее, чем мне.
— Сам всё сказал. Глупо и наивно. Это тебе не чек на предъявителя. Ты, кстати, в курсе, что сдать тот же экзамен и покончить со школой мисс Ким не сможет? CHSPE — это экзамен для несовершеннолетних. Линде потребуется сдавать GED, его аналог для взрослых, и он станет черной меткой для любого приличного колледжа или университета. Никому не нужны недоучки, не осилившие программу средней школы. Так что мой совет для клиентки — пусть доучивается оставшийся год.
— Понял, сэр, спасибо за участие.
Награда в виде поцелуя прекрасной дамы нашла героя еще в машине, стоило мне поделиться хорошей новостью.
На отработку сегодня явился не кто-то, а сам пропагандист Джонсон, выглядящий необычайно взвинченным.
— Так и знал, что найду тут тебя, Колон, — сказал он, — мне всё не давало покоя твоё появление на телевидении и вчера вечером решил посмотреть то ТВ-шоу, что вы так защищали. И я в полном шоке! Безобидная фантастика про пришельцев и лазерные пистолеты оказалась чистейшей коммунистической пропагандой, завернутой в яркую обертку космических приключений! И правительство позволяет транслировать этот подрывной материал прямо в дома добропорядочных американцев! Подумайте сами — «Объединенная Федерация Планет»… Звучит подозрительно похоже на «Союз Советских Социалистических Республик», не так ли?
— Или на Соединенные Штаты Америки, — парировал я, не удержавшись, но никто меня не слушал.
— А их экономика? В их будущем нет денег. Они отменили доллар! Никакого свободного предпринимательства, частного капитала, здоровой рыночной конкуренции. И ради чего они все работают? «Ради блага человечества»! Вы когда-нибудь слышали более красный лозунг? Ленин рыдал бы от счастья, глядя на этот их «Энтерпрайз»! Посмотрите на их униформу. Одинаковые пижамы для всех. Сплошная уравниловка.
— Точно так же, как в любой армии мира, например, США, — не выдержала уже Линда. — Сэр, Звездный Флот — военизированная структура. А корабль назван в честь американского авианосца.
— Вот видите, мисс Ким, вы уже подверглись опасному влиянию их идей. Неудивительно, учитывая ваше происхождение.
Судя по тому, что девушка стиснула кулачки, как бы она в драку на защиту любимого сериала не бросилась. Но Джонсон ее уже не замечал, продолжая изливать пропаганду.
— Давайте взглянем на их технологии? Машины выдают еду и одежду просто по нажатию кнопки. Изобилие без труда! «От каждого по способностям, каждому по потребностям» — вот как это называется в Москве! Сладкая ядовитая ложь, призванная усыпить бдительность свободных граждан и обесценить американскую мечту, где каждый цент нужно заработать собственным потом! Один из персонажей и вовсе русский, постоянно заявляющий, что все научные открытия сделаны в матушке России!
— Сэр, но ведь мистер Чехов — комический персонаж!
— Вот так, через юмор, и внедряются опасные идеи, мисс Ким. Но хуже всех Спок, которого вы так защищали во время митинга. Его фраза «Потребности большинства перевешивают потребности меньшинства или одного» — это же прямая цитата из учебника по большевизму! Неприкрытое оправдание подавления личности ради безликого государства! Как ваш учитель и наставник в борьбе с Красной угрозой, я категорически запрещаю вам смотреть это подрывное шоу! Я не позволю советским агентам влияния проникнуть в ваш разум через телевидение!
— Сэр, но разве цензура не характерна как раз для противников демократии? — не удержался я.
— Не путай оголтелую коммунистическую цензуру и разумную фильтрацию опасных материалов! Полная анархия, разрешающая смотреть что угодно, пойдет во вред нашей стране! Колон, чтобы ты понял всю глубину заблуждения, у меня для тебя особое задание — эссе на двадцать страниц о патриотическом воспитании на телевидении!