В полуфиналы прошли три белых подростка лет пятнадцати и белый же мужчина под тридцать. Полный, в очках и дурацком свитере с узором в виде персонажей из космических вторженцев. Ну как дурацком — мне себе такой захотелось.
— Поздравим же первых полуфиналистов! Парни, проходите за трибуны, там вас ждет перекус для восстановления сил, а дальше приглашаем вас посмотреть на другие дисциплины! — бодро объявил Мэтт. Очень уверенно он для своего возраста держится.
— И сейчас у нас Фроггер. Игра про лягушку! — провозгласил Честер. — Мэтью, ты же объяснишь мне во время матчей, что вообще происходит и почему жаба рискует жизнью? Какая за этим история?
Пока на сцене рабочие возились с автоматами, я наконец-то смог дойти до столика Кена, с разрешения устроителей.
— Привет, Крис, я представлял тебя немного другим. Хорошо, что предупредил по поводу футболки с уткой. Знакомься — моя прекрасная жена Роберта. Автор тех самых игр, сделавших нас известными.
— Добрый день, мэм. Ваши приключения весьма увлекательны, — женщина протянула мне руку для рукопожатия, точно так же, как и ее муж, но с некоторым смущением.
— Со мной сегодня Линда, мы вместе работаем над играми, но она занята, участвует в турнире. Девушка в сером худи, — кивнул я в сторону сцены, — первая пара, если я верно понял жеребьевку.
— Пусть присоединится к нам, как только освободится, — разрешила миссис Уильямс.
— Но пока поговорим без нее, — вернулся в разговор Кен, — ведущий разработчик ведь ты? И правда молод, но в индустрии это преимущество.
— У нас разделение труда. Я занимаюсь компьютерами и геймплеем, а Линда — персонажами и графикой. Это она нарисовала уточку во Флэппи Бёрд.
— А что за распечатка у тебя в руках? — не мог не заметить Кен, — сценарий сюжетной игры, которую ты обещал.
— Да. Я специально взял его с собой, надеясь, что вы ознакомитесь. Понимаете, я был очень впечатлен, когда персонаж вышел из бара и его тут же сбила машина. А затем в других ваших играх — тоже постоянные смерти.
— Это для создания напряжения, не главная часть игры, — заметила Роберта.
— Я подумал, что подстерегающую на каждом углу гибель стоит попробовать сюжетно обосновать. Мой персонаж случайно выживает там, где должен был погибнуть, но Смерть желает забрать своё и игроку нужно не умереть. Пожалуйста, познакомьтесь, мэм. Листы пронумерованы и на каждом есть варианты действий с указанием, на какую страницу переходить.
И на этом Роберта выключилась из диалога, будучи прикована к сценарию. Не ставил себе такую цель. Но как же приятно понаблюдать за тем, как моя игра увлекла человека. И это пока что без компьютера. Чтением женщина не ограничилась — она взяла карандаш и начала на пустом месте делать иллюстрации. Корявенькие, но сюжетные. Героя раздавило холодильником, он выпал из окна, в него прилетел нож…
— Крис, мы…
— Минутку, сэр, Линда начинает играть.
В соперники LK достался весь покрытый прыщами худощавый парень лет восемнадцати, то есть её ровесник. Я замер, затаив дыхание, наверное, до конца матча. Быть может, какой-нибудь рекорд по пребыванию без кислорода мимолетно побил, чего никто и не заметил.
Прыг-прыг-прыг… Зеленая бестия Линды уже не то, чтобы перешла дорогу, но и на другой стороне реки оказалась. Вторая, третья, четвертая. Уж для городского гранд-финала организаторы постарались и джойстик работал безупречно. Быть может, утрирую, но в студии полнейшая тишина установилась, настолько великолепно девушка играла.
— Менее десяти минут! Потрясающе! — воскликнул в микрофон Мэтью когда счет достиг заветных тридцати тысяч, — мне кажется, это заявка не только на полуфинал, но и на победу!
— Победить мужчину — на самом деле выдающееся достижение для молодой женщины! — объявил пожилой ведущий.
В Пендехостане моего времени Честера уже бы жестко засудили за сексизм. Как минимум, отменили бы в Твиттере. А тут пока еще в норме вещей.
Линда уступила место следующей паре игроков и я вернулся к Уильямсам. Вернее, Кену. Роберта увлеченно листала мой сценарий, по сути, играла в текстовый вариант квеста.
— У меня нет цифр по рекордам Фроггера, но мне кажется, что твоя подруга близка к ним, — похвалил Кен.
— Она сегодня всех победит. Давайте перейдем к нашим деловым вопросам.
— Я готов издать обе твои игры. И судя по тому, как Роберта увлеклась сценарием, и третью тоже. Это и есть тот самый хит всех времен?
— Нет. Его я пока что не показывал никому, кроме Линды.
Кен пододвинул пепельницу, заботливо выставленную на стол организаторами, достал из пачки Мальборо сигарету и закурил. На мероприятии, ориентированном на детей и подростков, с трансляцией по ТВ. И никто даже не подумал ему запрещать и тыкать правилами пожарной безопасности. Жест с протянутой открытой пачкой выглядел максимально красноречиво.
— Спасибо, сэр, но я не курю.
— Дело твоё, — то, что обошлось без всяких «возьми сигаретку, что ты, как не мужик» подкупает.
Вообще, приятным человеком Кен пока кажется. Но, конечно, не нужно обманываться и считать его меценатом, желающим облагодетельствовать пацана из гетто. Быть может, дело в усах, но бобра-не-курву Ковальски он мне напомнил. То есть хороший в целом дядька, но своего не упустит и последнюю рубаху ради тебя не снимет. Предварительно такое мнение.
— Итак, Крис, послушай мои условия, — продолжил Кен, — я считаю их честными и справедливыми, достаточно хорошими, чтобы ты не ушел в Бразерхуд или Активижен. Но судить тебе. Во-первых, три тысячи долларов аванса. Живые деньги сразу по подписанию договора, которые мы позже вычтем из роялти.
— Это за каждую из игр? — перебил я, мысленно танцуя ламбаду. Даже три тысячи — это полная финансовая свобода и возможность переехать в район получше. А шесть — так вообще красота. А девять… главное — не начать дебильно лыбиться и показывать, как я счастлив, как я рад, что поеду в Ленинград.
— Каждую, включая последующие. Слушай дальше. За уже написанный и работоспособный код я предлагаю тебе 20%. Если сможешь портировать игру на другие машины сам — отлично, сохранишь свои проценты и там. Но учти, не успеешь с портом до конца сентября — и мы пролетим мимо рождественского сезона, что убьет продажи. Если не уверен, справишься ли, например, с Атари — за работу возьмутся наши программисты, но твои отчисления упадут до 10%.
— Выглядит разумно. Порт на Атари я точно отдам вам, как и на компьютеры TRS.
— Приятно видеть, что ты грамотно оцениваешь свои возможности. Продолжу перечислять условия. Если мы решим выпускать игру на картриджах, твой процент падает еще вдвое. До десяти или пяти, в зависимости от того, сам ли ты работал над портом. Предупреждаю заранее, чтобы не было недопониманий: мы говорим о процентах от оптовой цены, которую мы получаем от дистрибьюторов, а не от цифры на коробке в розничном магазине.
Подвергать сомнению их опыт в портировании, пожалуй, не стану. Да, версия Фроггера на Эппл 2 выглядела отвратительно, но это уж скорее неудачная платформа виновата, чем разработчики схалтурили.
— Всё еще устраивает, хотя цифра в 5% выглядит не очень, — обиднее всего насчет потенциального порта на же Денди, то есть NES. Но необъятное не объять. Может быть, и сам займусь, или найму людей — надо трезво оценивать возможности и риски.
— Даже жалкие 5% могут стать десятками тысяч долларов, парень, поверь моему опыту, лучше от них не отказываться. А теперь о том, что я хочу взамен. Во-первых, мы получим эксклюзивные права на издание и распространение игры по всему миру на всех платформах, включая консоли и аркадные автоматы. Никаких контрактов с другими издателями. Во-вторых, за нами остается финальное слово в маркетинге. Дизайн обложки, рекламные слоганы и всё связанное. Возможно, решим сменить название. В-третьих, поддержка. Ты обязуешься исправлять ошибки в кратчайшие сроки и за свой счет. Честная сделка, Крис?