Как я неоднократно подмечал, эта читерская мелодия внедряется в мозг и держится у тебя в голове специальными крючками, цепляющимися за нейроны мозга. Но публике зашло. Да что там — я и сам прыгал вместе с молодежью и даже заблеял со всеми, когда в прицепе оказался барашек.
Под титульную для группы «Бесконечность Тьмы» все танцевали медляк. «Ночь» и «Проклятый старый дом» публика также приняла на ура, хотя басист Томми пару раз заметно даже для меня слажал.
— А сейчас премьера! Это песня «Тысяча Глаз», давшая название нашему первому сборнику от лейбла «Метал Блейд Рекордс».
Тысяча глаз открылась внутри…
Это успех. Настоящие овации. Что показательно — громче всех хлопала и кричала «гениально» миссис Уайт.
— Вы потрясающая публика! — сказал в микрофон Эдди. Стоит отметить, что вся группа сегодня трезвая. — А сейчас я попрошу подняться на сцену автора стихов и музыки вместе с его музой. Не знаю, кого выбрали королем и королевой бала, но наши друзья сегодня блистают ярче всех. СиСи, ЭльКей, идите сюда, чуваки, получите порцию славы!
От избытка скромности я не страдаю, иначе не ставил бы себе высокие цели, а просто жил. Но предупреждать же надо! Хорошо хоть фингал за минувшую неделю уменьшился и стал почти незаметным. Отказываться — не вариант. Взял зарумянившуюся от внимания Линду под руку и повел на сцену.
— Кимчхи, ты реальная красотка! — прокричал какой-то парень с сильным мексиканским акцентом. Мне прямо-таки прибить его захотелось, но хватило самоконтроля, чтобы продолжить улыбаться толпе.
— Когда моя чувиха Трейси сказала, что братишка ее соседки — гениальный поэт, я не особо поверил, но СиСи взял и выдал убойные штуки! Его даже в Беркли заценили. И музыку тоже он сочинил. От души, чувак, ты крутейший поэт. Мы хотим сказать тебе «Спасибо»…
Где-то тут по задумке группы, наверное, обязана была начаться еще одна песня. Но не сложилось.
Глядя со сцены в зрительный зал, я увидел тощего шахматиста Стива Стивенсона, выглядевшего откровенно жалко, и меня в буквальном смысле обожгло ненавистью, поселившейся в его взгляде, направленном на меня. Школьник потянулся рукой во внутренний карман пиджака. Скажу голливудским штампом, но из песни слов не выкинешь — я словно в замедленной съемке увидел, как Стив достает из-под полы костюма блестящий хромированными боками короткоствольный револьвер, точь-в-точь, как у Эстебана.
— Бах! — первый выстрел прогремел в потолок, заставив собравшихся притихнуть. Микрофон Эдди поймал звук, аппаратура его усилила, скомкала и выплюнула через колонки. Оглушительные электронные помехи резанули по ушам едва ли не сильнее, чем сам выстрел.
Многие благоразумно рухнули на пол. Я крепко сжал руку Линды и постарался, во-первых, тоже упасть, во-вторых — утянуть девушку с собой и на всякий случай попытаться заслонить своим телом. Коленные чашечки внезапно болезненно стукнулись о помост.
— Сатанисты! Отродья тьмы! — выкрикнул подросток и нажал на спусковой крючок. — Отправляйтесь в Ад!
Бах! Как же это громко в замкнутом помещении. Я почти оглох и уже не очень слышал ни крики, ни последующие выстрелы. Вернее, их-то как раз невозможно не услышать, они громкие. Бах! Бах!
Четыре! Не обсчитался? А всего их пять или шесть? Вроде бы есть и такие, и такие револьверы.
Я жив! Цел. Ничего не болит, не считая коленей и барабанных перепонок. Линда? Тоже цела! Прижимается ко мне. Вздрагивает и всхлипывает, но не пострадала. Так ведь? Трейси⁈ Эдди? Мария? Миссис Уайт⁈ Все остальные⁈
Тут бы мне геройски броситься на стрелка и отобрать у него оружие, но честно признаюсь, я не лучший кандидат для подвигов. Вывернув шею под странным углом, увидел, как Стивену жестко выкручивает руку тренер Бак, отобрав у того пистолет. Вот уж кто в своей стихии. Лицо у ветерана залито красным. Кровью? Ему что, пуля в голову попала, но мозга не обнаружила?
— Дерьмо! Меня ранило! — воскликнули совсем рядом. Из-за звона в ушах не сразу понял, кто это, но привстав и повернувшись, увидел Томми, зажимающего кровоточащую рану на кисти левой руки правой.
Линда рядом что-то сказала, но ее тихий хрипловатый голос потонул в какофонии. Но то, что она показывает на басиста, стало мне очевидным.
Поднялся и сделал три шага до пострадавшего, пялившегося на конечность в оцепенении. Тут что, никого первую помощь оказывать не учили? Нет в школе уроков ОБЖ?
Жгут. Мне нужно что-то, чтобы перетянуть кровоток. Наверное, решение идиотское, но когда вокруг стрельба, а в крови бушует адреналин, попробуй придумай что-то лучшее. Я скинул пиджак и потянулся к застежкам-крокодильчикам, удерживающим подтяжки от штанов смокинга. Длинные и эластичные — то, что надо. Отстегнул одну. Чай, портки на второй продержатся, а если и нет — человеческие жизнь и здоровье важнее мнимого позора.
Что я там помню о правилах накладывания жгута? На три-четыре пальца выше раны, но не на суставе. Туго и плотно. Обязательно подписать время для медиков, чтобы они знали, когда поставлен жгут. Посмотрел на часы на запястье. Московское время 18:42… то есть, Калифорнийское.
— Томми, придурок, давай сюда руку, — гаркнул я на басиста, как будто выпавшего из реальности. Шоковое состояние? Да чтоб я знал!
Три пальца выше — это все еще ладонь, что-то не то. Отступил их от сустава и тугим узлом затянул подтяжку, обмотав вокруг предплечья. Басист резко вскрикнул и попытался выдернуть руку.
— Эдди, держи его! — крикнул я смертельно бледному гитаристу. Тот медленно, но послушался, вцепившись в плечо товарища. Помогло. О пресвятой Ктулху, Макаронный Монстр и Бог-Император, сработало! Кровь перестала хлестать как из открытого крана и только слегка сочилась из раны на ладони музыканта.
— Время! Нужно записать время наложения жгута! — крикнул я в пустоту.
— Я поняла! Поняла!
У Линды при себе имелась крошечная блестящая, в тон платью, сумочка, откуда девушка достала тюбик помады. Не ручка, но сойдет.
— Пиши прямо на лбу! Шесть, сорок два! — скомандовал я. — На руке врачи могут не заметить.
Может и глупость, и перестраховка, но ничего лучшего не родил. Девушка без колебаний послушалась и размашисто вывела на лбу парня 06:42. Теперь дождаться скорую.
— Матерь божья, ребятки! — на сцену вскочила Трейси и, не колеблясь, сорвала с себя тонкую блузку, начав перевязывать ей дырку на руке. Вот она, мисс Сентябрь, в нижнем белье буквально в шаге от меня. Но к любованию ситуация не располагает. Потом в журнале посмотрю.
Вдвоем соседки по трейлеру соорудили вроде как нормальную повязку поверх простреленной кисти. Простушка-блондинка действовала на удивление уверенно. Детство и юность в сельской местности и не такому учат. Помнится, когда у бабушки в деревне один пацан сломал ногу, сельские пацаны тоже очень споро ему помощь оказали и даже шину соорудили из двух досок.
Я наконец смог выдохнуть и оглядеться. Паника в зале немного улеглась, сменившись потоком истеричных рыданий и причитаний. Окровавленный Бак с силой вдавливал Стива лицом в деревянный паркет. И, несмотря на кровопотерю, тренер смотрелся счастливым человеком на своем месте. Сам ведь довел пацана до срыва.
— Кто-нибудь, мать вашу, позвоните 911! — прокричал садюга на весь спортзал, не прекращая заламывать парню руки за спину.
— Уже звонят из кабинета директора! — пришел ответ из толпы, собравшейся у выхода. Как бы там кто-нибудь в давке не пострадал.
Я обнял Линду за плечи, чувствуя, как ее колотит от отходящего адреналина в такт тому, как трясло меня самого. Несчастную помаду она так и продолжала крепко сжимать в руке.
— Ты молодец, просто умница, очень смелая, — тихо сказал я ей на ухо, прижимая к себе.
Где-то вдалеке завыли полицейские сирены. У меня есть фраза, идеально подходящая под ситуацию: « Directed by Robert B. Weide».
Глава 25
Недолго самым смелым из школьников улыбалась удача видеть Пенни Смит в нижнем белье. Эдди подошел к своей подружке и отдал ей косуху, за счет чего вырос в моих глазах. Остальные не упали в них, кстати. Гарри все еще ходит с трудом и не успел бы никому на помощь, а мясник Билли из-за ударной установки по минуте выползает.