А вот что прямо порадовало — стоимость обучения. Жалкая тысяча в год за полноценную учебу и всего сотня-полторы за оплату отдельных курсов. Очень даже доступные цены для одного из престижнейших универов. Правда, это для местных, калифорнийцев. Для нерезидентов штата ценник сразу вырастает, иногда и на порядок. Но я-то как раз тутошний.
— Внезапная атака пешкой на королевском фланге! Это ведь ты? Фингал под другим глазом, но готов поклясться, что я не ошибся, — негромко воскликнули у меня за спиной.
Я чуть опять на задницу от неожиданности не уселся. Нельзя же так людей пугать! Повернулся — мне сдержанно улыбался прилизанный блондин в безупречном костюме с жилеткой. Монтгомери Синклер… забыл его порядковый номер. Третий? Четвертый?
— Привет, это на самом деле я, — пожал его протянутую руку.
Калифорния — большая деревня. Ну вот какова вероятность встретить случайного знакомого в совершенно другом городе за сотни километров от долины Сан-Фернандо?
— Ходили слухи, что тебе предложили учиться в Часворт Хиллз. Но ты, как я вижу, и тут делаешь неожиданный ход, — усмехнулся «Монти».
— Изучаю список образовательных курсов, — честно признался. — Пока что перспективными вижу программу по информатике.
— Да? И что можешь посоветовать? — вопрос показался мне проверкой.
— Зависит от твоих навыков. Если ты новичок, то программирование на языке Паскаль, если более опытный, то Ассемблер под процессоры 6502 и Z80, компьютерная графика, операционная система Юникс и язык Си. Я собираюсь записаться на все эти курсы. И на сценарное мастерство.
На самом деле собираюсь. Потому что именно там находятся так нужные кадры для студии Каналья Геймс. Кроме того, есть шансы нанять кое-кого из будущих великих гейм-дизайнеров и программистов, но их попробуй еще отыщи в доинтернетовскую эпоху. Вот где находится тот же Габен? Даже примерно не предположу. А Джон Кармак? Питер Молинье? Сид Мейер? Тоже не знаю! Но раз у нас тут деревня, посмотрим, с кем еще столкнусь.
— В школе у меня высший балл по информатике и программированию, — Монти не хвастался, изложил, как скучный факт. Плохо, наверное, живется этим богатым вундеркиндам — всё у них на блюдечке с каёмочкой, никаких достойных испытаний и вызовов. То жемчуг мелкий, то феррари не последнего года выпуска.
— Тогда советую, по описанию — отличные курсы. Но я еще уточню у приятеля, который здесь учится, что он посоветует.
— Мы с тобой так и не сыграли в шахматы, — напомнил Синклер. — Ты сейчас ничем не занят? Мне сказали, что в парке неподалёку Бобби Фишер проводит открытые уроки и играет со всеми желающими.
— Как говорит моя девушка, вау! Конечно, я хочу сыграть с чемпионом мира!
На самом деле возможность, за которую стоит хвататься обеими руками и потом хвастать, что мне поставил мат легендарный Роберт Джеймс Фишер. Шансов на победу, признаться, нет. У гениального Монтгомери — может быть, но не у простого парня из Воронежа. То есть из гетто.
— Не обольщайся — скорее всего, он самозванец. Настоящий живет в Пасадене и отказал в матче и мне, и моим тренерам даже за приличную сумму. Недавно его по ошибке задерживала полиция, приняли за грабителя банков. Но посмотреть все равно небезынтересно.
— С удовольствием посмотрю и сыграю. Но мне нужно дождаться свою девушку и знакомого, чтобы не разминуться с ними.
— Приемлемо. Мы могли бы скрасить ожидание разговором. Если я проявлю интерес к твоим травмам, это не будет бестактным? Человек, который при каждой новой встрече выглядит, словно только что дрался, не может не вызывать интереса.
Первое правило бойцовского клуба — не говорить о бойцовском клубе. Тем более, что его не существует. Даже книгу напишут лет через пятнадцать.
— Я неудачно упал, — Монти, естественно, мне не поверил, никто не верит. И только я открыл рот, чтобы добить его историей про гремучую змею, нас отвлекли.
— Мистер Коламбус! Мистер Коламбус! Крис! Постойте, не уходите! — Селеста Скай в самом буквальном смысле летела вниз по лестничной клетке. Раскрасневшаяся, волосы растрепаны, длинная юбка развевается, грудь подпрыгивает под свитером. Невозможно не залюбоваться и не остолбенеть. И Монтгомери Синклер тоже превратился в восковую фигуру, прикованный взглядом к красавице. Не удивлюсь, если у них в частную школу для мальчиков женщин вообще не пускали.
— Мистер Коламбууус! — позвала в очередной раз хиппи. — Вы забыли…
Дискету! Квадратный идиот! Я забыл дискету с 40 тысячами способов сдохнуть в компьютере профессора Кроуфорда. И добрая Селеста стремглав неслась, дабы мне ее отдать, пока не ушел.
На очередной ступеньке деревянные сандалии на абсурдно высокой платформе подвели девушку и она оступилась, громко при этом вскрикнув. А я ничего не успевал сделать из-за укушенной змеёй ноги. Попытался поступить глупо и по-рыцарски, дернувшись на перехват, но сам не сумел устоять от резкой боли в лодыжке и припал на одно колено.
К счастью, неприятность пришлась уже на нижнюю часть лестничного марша. Но даже так помощница профессора риковала расквасить симпатичный носик об пол, если бы не Монтгомери. Мажор решительно шагнул ей навстречу и раскинул руки. Он почти успел ее подхватить, но что-то не рассчитал, скорее всего, инерцию. Беспощадная сука гравитация взяла своё. Русая макушка Селесты глухим стуком врезалась парню прямо в лицо, аккурат под правый глаз.
Закономерно молодые люди рухнули в знакомой мне позе «дама сверху». Монти наверняка открылось то же самое зрелище, что и мне ранее, так как юноша густо покраснел. Это мы, канальи из гетто, совершенно бесстыжее племя, а номерные аристократы не такие, не разучились еще смущаться, глядя на чичис. А он крепкий, могло бы и нокаутировать.
— Ты! — выкрикнула Селеста. — Ты куда руки тянешь! Идиот квадратный! Даунер! Пластик! — юбка, плотно обтянувшая ее пятую точку, выдавала тот факт, что хиппи в целом пренебрежительно относится к нательному белью, а не лишь к верхней его части.
— Селеста, мистер Синклер только что спас вас от падения с лестницы, — подсказал я ей. Приналег на трость и со скрипом, через боль, поднялся на ноги.
Монтгомери поспешно убрал правую руку откуда-то из области ее талии.
— Приношу свои глубочайшие извинения за мою неловкость, мисс, — произнес мажор поразительно ровным, едва ли не светским тоном. — Спешу заверить, что мои действия продиктвоаны исключительно джентльменскими намерениями. Надеюсь, вы не ушиблись? Позвольте помочь вам подняться.
Кто бы ему, придавленному не такой уж легкой девицей, помог. Селеста осеклась, поспешно скатилась с Синклера, поднялась, одергивая юбку и свитер, а затем уставилась на стремительно зреющий у него под правым глазом синяк.
— Ой, — только и выдала дитя цветов, разом растеряв весь свой праведный гнев. — У тебя… лицо. Я тебя ударила!
— Пустяки. Сущая мелочь по сравнению с тем ущербом, который мог нанести вам бетонный пол при падении.
Парень легко, в отличие от меня, поднялся на ноги, отряхнул свой безупречный костюм-тройку и слегка поморщился, притронувшись к скуле.
— Монтгомери Синклер Третий к вашим услугам, мисс.
А он хорош. Мы с мажором теперь как братья из индийского кино — отмечены одинаковыми родимыми пятнами, то есть фингалами. Приводите слонов, можно шахматных, и наряжайте девушек в сари. Будем танцевать.
Глава 15
Готов поклясться, в момент столкновения между парнем и девушкой промелькнула искра. Хотя, не удивлюсь, что когда она часом ранее упала на меня, разряд также имел место. Ее кофта и длинные распущенные волосы — очевидный источник статики.
— Возьмите дискету, мистер Коламбус, — протянула пластиковый конверт Селеста, — вы забыли ее в компьютере профессора. Он просил вам передать, что ваша интерактивная книга увлекает, но нуждается в профессиональном редакторе. А вы, вы… неловкий тип, мне до вас нет дела! Меня ждет моя работа!