От мечтаний о симуляторе расстановки мебели и выбора рисунка обоев меня отвлек телефонный звонок. Джон? Кен? Елена или Гектор? Трейси? Рокки? Лео? Какой толпе народа я, оказывается, небезразличен.
— Алло, — поднял я трубку.
— Кристобаль Колон? — услышал я на линии голос аспиранта. — Это Сэм Гарланд из Беркли. Я взял твой номер из анкеты. Я провел замеры производительности твоего алгоритма в сравнении с эталонным вариантом. На массиве из ста тысяч случайных чисел твоя версия сортировки проиграла примерно двадцать пять процентов.
— И вы так обрадовались этому факту, что не удержались от звонка, Сэм?
Понятно, что на полностью случайном массиве с малым числом повторяющихся элементов алгоритм с дополнительным сравнением проигрывает. Не новость, банальная логика, но…
— Но я вспомнил твои слова о наборе данных и подумал, что никому не нужно упорядочивать псевдослучайные массивы и проверил на таблице почтовых адресов, отсортировав ее по индексу, — с заметным возбуждением в голосе выпалил Гарланд. — Твоя версия алгоритма дает прирост скорости на порядок! Нужно еще проводить оценку для различных ситуаций, но это потрясающе!
Шутка про то, что его там Рокки покусал, застряла в горле. Ох я бабосо, тарадо, идиото! На порядок — то есть как минимум в десять раз быстрее! Орале! Как хорошо, что я написал алгоритм на доске при свидетелях, при полном классе расистов. Моё авторство теперь никто не оспорит.
— И что же дальше, Сэм? — спросил я.
Совершенно неожиданно получилось. Я искренне считал, что пишу на доске самый стандартный немодифицированный квиксорт. Но… коготок в плагиаторстве увяз и всей птичке пропасть. Музыка, игры, теперь вот алгоритмы. Нужно будет выяснить, кто в настоящее время работает над оптимизацией быстрой сортировки и, как появятся деньги, отблагодарить их всех. И выпустить джулайсорт под лицензией GPL, естественно.
— Я собираюсь написать статью в «Вестник ассоциации вычислительной техники». И еще, пожалуйста, поищи контакты мисс Джулай как можно скорее! Без указания ее в блоке «Благодарности» получится неэтично! Ты пойдешь первым соавтором. По-хорошему, тебе бы стоило выступить единственным автором, но ты даже не студент, твою одиночную работу без шансов отклонят.
Вот же жучара он! Подмазался в соавторы. А если бы не толпа студентов, видевшая, как я пишу джулайсорт на доске, быть может, и вовсе попытался бы всю славу себе присвоить.
— Сделаю, что возможно, — пообещал аспиранту, — но шансов очень мало. Я не знаю, куда она переехала, — а я ведь и в действительности не в курсе, где именно остался тот самый журнал. Куда-то прибрали во время многочисленных переездов.
Глава 16
— Статья в научном журнале? — переспросила Линда, когда я поведал ей о том, как прошел мой день. — Господи, это потрясающе круто. Так ведь?
— Если честно, не уверен. Меня теперь затаскают по всяким необязательным мероприятиям. Но с другой стороны, это репутация и шанс нанять по-настоящему сильных программистов. Посмотрим, отказаться от чести и подарить алгоритм Сэму всегда успею. А как первый день в школе?
— Никакой клятвы флагу! — хихикнула девушка. — У мистера Джонсона истерика бы случилась. У меня в расписании правительство США, экономика, английский и компьютерная грамотность. Три раза в неделю по два урока, совсем небольшая нагрузка, как раз набрала кредитов, чтобы к концу года закрыть требования диплома. Представляешь, никто в классе вообще ничего про компьютеры не знает. Смотрят на монитор, как на консоль управления варп-ядром и опасаются, что он взорвется. У учителя, мистера Левана, TRS-80 модель 3, есть несколько Эппл 2, а мне достался Коммодор Пет, у него такой крошечный монитор. Но я за первое занятие написала змейку! Учитель очень хвалил, это так приятно.
Ух ты ж моя программисточка. И пусть теперь только попробует пошутить, что я начинаю знакомство с новым компьютером со змейки. Сама такая!
Рассказал про нашу новую сотрудницу.
— Девушка? А она точно потянет? Обычно девушки плохо разбираются в технике.
Вот тут с задачей не заржать я уже не справился. Кто бы говорил. Хотя Линда особенная, да. В целом женщины и правда меньше интересуются компьютерами, программированием и играми, но тут дело совершенно точно не в интеллекте, а в навязанной социумом модели поведения. Бывал я в прошлой жизни знаком с дамами вполне синьорского уровня навыков.
— Если не справится, мы ничего не потеряем, кроме сотни баксов за первый день стажировки. И уже приобрели идею потенциально хорошей игры. Сейчас распечатаю тебе заметки.
На следующий день закрыли важный вопрос — доехали до департамента автотранспорта и уведомили его о новом адресе прописки.
И пошло всё относительно спокойно. Линда ходила учиться, я побывал на курсах ассемблера под Z80 и 6502, и никого особенно выделяющегося там не встретил. Обычные новички, хихикающие от того, что ассемблер начинается на «Ass». Сами лекции — скучная банальность. Преподаватели — молодые аспиранты. Задумался о том, чтобы их схантить. Вот уже перспективнее затея. Выйдет статья о джулайсорте, приобрету какой-никакой вес в академической среде и попробую.
На выходных, в субботу, повидались с Рокки, сходив заодно в кино на второго «Безумного Макса», названного в прокате попросту «Воином Дороги», без цифры 2. Менее культовым шедевр от отсутствия двойки не стал. Тот самый фильм! Без него бы никакого Фоллаута и целого культурного пласта не родилось. Желязны, правда, уже написал «Долину проклятий», и ее пытались экранизировать, но там вроде бы очень плохая лента получилась, из-за чего великий фантаст решил, что всё, больше «кина не будет» и отклонил все предложения о дальнейших переносах его текстов на экран.
Воз выглядел уставшим и половину фильма продрых в кресле, но все равно признал его невероятным.
— Ой, простите, ребят, что заснул. Быть молодым отцом потрясающе, но мы с Кэнди не высыпаемся. То, что я пропустил кусок фильма — повод посмотреть его потом еще раз, — извинился инженер позже, после сеанса, в пиццерии неподалеку.
Я в последнее время ем столько пиццы, что скоро стану называться «Донателло». То, что молодые миллионеры занимаются ребенком сами, а не поручили нянькам, прям неподдельное уважение вызвало.
— Рокки, мы с Крисом в шоке от того, что ты оказался Стивом Возняком, — призналась за нас обоих Линда. — Я думала, что миллионеры — они не такие. Не играют в аркадные автоматы.
— Ага, обычно они невероятно скучные, думают только о том, чтобы не потерять свои деньги, как будто смысл жизни лишь в них. Слышали бы вы, как орал на меня Стив, когда узнал, сколько денег я трачу на Фестиваль. Но круто же получилось? Придете на второй, в мае? Вы оба приглашены! На той же площадке в Глен-Хелен возле Сан-Бернадино. Я собираюсь собрать больше полумиллиона зрителей!
— Конечно, мы придем. И новый телемост будет? — спросил я, отбросив остальные вопросы.
— Ага! Это будет невероятно! Меня тут раскритиковали в газетах за то, что ничем, кроме музыки, не обменялись, попробуем еще и поговорить.
— А Стив — это Стив Джобс? Какой он? — с интересом спросила Линда.
— Он невероятный и потрясающий… зануда! И гений! Он как будто видел будущее и знает всё наперед. Вы плохого не подумайте, я люблю его, как брата. Но иногда с ним сложно. У Стива, у него есть суперспособность — поле искажения реальности. Приходишь к нему, громко споришь, полностью уверенный в законах физики и своей правоте, пытаешься объяснить, что он хочет невозможного. А через полчаса выходишь с уверенностью, что знаешь, как сделать то, что ему нужно. И к утру делаешь! Это потрясающие ощущения! Ты, Крис, на него немного похож. У тебя тот же блеск в глазах, как когда мы со Стивом собирали первый компьютер в гараже. И ты тоже знаешь, чего хочешь.
Вот даже не знаю, считать ли сравнение лестным. «Как будто видел будущее». А что, если Стив Джобс тоже попаданец? Какова теория, а? Может быть, мне стоит напроситься на встречу с ним и напрямую спросить, из какого он года. Да нет, бред какой-то! Тут разве что на слове поймать, уточнить что-то общеизвестное в две тысячи десятых, на что выдают рефлекторный ответ. Ну, не знаю, понравился ли ему еще не вышедший Терминатор, к примеру. Можно, но зачем? Не надо нам тут всяких высокомерных Стивов, обойдемся без контакта с легендой, о паршивом характере которой я наслышан.