— О том я и говорю! Крис, ты выдаешь пользователям костыли, но бегать они с ними никогда не научатся. Стоит забрать у вас этот Коммандер — и вы окажетесь ни на что не способны. Ужасно, отвратительно. Но должно быть коммерчески успешно. Именно на то и нацелен платный софт…
— Я собираюсь распространять Каналья Коммандер бесплатно, с открытыми исходниками, — угрюмо буркнул я. Если вполне коммуникабельный Гарланд так упёрся, чего стоит ожидать от всяких узколобых скептиков?
— Это… наверное, благородно… в духе доктора Кнута, — пришел к выводу Сэм, — но вредно для мозгов всех, кто пойдет по легкому пути.
— А для чего усложнять? Философия Юникс ведь приветствует простые решения.
— Простые, но не нарочно сделанные для домохозяек. Компьютер — серьезное оборудование для профессионалов, — не сдался Сэм.
— И нужен для вычисления орбит спутников, а не игрушек, да? Показать ту самую игру, что понравилась профессору Кнуту?
С козырей зашел. Уж если обладатель премии Тьюринга ему не авторитет, то спорить бесполезно.
— Ладно, — согласился Сэм и я в несколько нажатий кнопок запустил 2048 из того раздела, где она находилась. Порт под IBM, написанный на Паскале.
— Милая, ты обещала пирог, а я пока сделаю нам кофе.
Щелкнул тумблером кофеварки, достал из шкафчика ультрапастеризованные сливки в капсулах, запечатанных фольгой. На родине я почти такие же на работу таскал.
— Сливки в кофе? — предложил Сэму, но ответа не услышал. Молодой программист увлеченно складывал степени двойки. А ведь это я еще не самое сильное оружие использовал, не Тетрис.
— Приветики! Я младшенькую похищу на прослушивание в театр? А то мне страшно, аж жуть! Там режиссер нереально строгий, — заглянула к нам Трейси. И даже чичис мисс Сентябрь не отвлекли Сэма от экрана. Он вообще мужик? Я вот уже воспринимаю девушку больше как младшую сестру, о которой нужно заботиться, но все одно не могу удержаться от того, чтобы иногда залюбоваться.
— Привет. Сейчас она принесет обещанный пирог и не возражаю.
Банановый Бань Чуой оказался чудо как хорош. Тот случай, когда сладко настолько, что кое-чему положено слипнуться, но испытываешь не приступ панкреатита, а странное извращенное удовольствие. Чем-то пахлаву по вкусу мне напомнил. Или авену. А уж с горьким кофе, оттеняющим сладкое, вообще здорово. Даже Гарланд, погрузившийся в игру, принюхался, отвлекся и сцапал предложенный ему кусочек. И весь целиком умял.
Отпустило Сэма где-то часа через полтора, когда он все-таки собрал число 2048. Быстрее, чем многие справился.
— Наваждение… — пробормотал аспирант, взглянув на часы, — спасибо, Крис. Ты здорово расширил мой кругозор. Но мнения по поводу надстройки над командной строкой я не изменил. Она вредна.
— Подожди, еще один проект, который ты должен увидеть, — и я украл Гарланда из реальности, запустив Тетрис.
А сам в это время занялся работой. Набросал пре-альфа версию движка под алхимию. На основе имеющейся кодовой базы текстового квеста, с присланными Майклом спрайтами. Как у Бетезды отовсюду торчат уши Морровинда, так и у меня получается, что уже третья игра на основу из «Сорока тысяч способов» цепляется.
Большая часть экрана — список открытых элементов с иконками. Справа — алхимический стол. Перемещаемся по списку стрелочками и добавляем нажатием пробела на стол. Названия элементов не влезают, их даем описаниями в текстовой зоне экрана. По Энтеру проводим синтез и радуем игрока сообщением о том, что всё прошло успешно. Проще некуда, тупо тыкайся во все элементы и ищи сочетания. Но какой же медитативный геймплей, когда их становится много!
— Хватит! — решительно поднялся из-за компьютера аспирант. — Кристобаль, ты настоящий злодей, пожирающий время. Подбросишь меня до линии БАРТ? По поводу твоей утилиты ты меня не убедил. Но понимаю, что всяким секретаршам может понравиться.
— Босс, не слушай его, я пользуюсь для копирования электронных таблиц, необходимых для бухучета, очень удобно, — не выдержала Бренда.
— О том я и говорил! — уже наедине со мной объявил Сэм. — Мисс Бойл, конечно, сообразительная для женщины, но ты сам всё понимаешь.
Ага, очевидно, что мой знакомый так и остался сексистом, хотя и не так плох.
Подвез Сэма до метро и вернулся почти одновременно с Линдой и Трейси, подозрительно веселыми.
— Си-Си! Меня взяли! Это потому, что я красотка и сиськи у меня большие! — воскликнула блондинка. — Зацени, как я отрепетировала: «Я сейчас принесу пистолеты… И с наслаждением я влеплю пулю в ваш медный лоб!»
Девушка наставила прямо на меня указательный палец «пистолетиком».
— Это Чехов?
Шаблон у меня слегка порвался. Антон Павлович и экшен с перестрелками не увязывались. У него обычно всё такое интеллигентное, полное тонкой иронии. Не то, чтобы я знаток.
— Ага, я специально попросила в библиотеке подобрать чтот под меня. Смекаешь? Называется «Медведь». Героиня — молодая вдова, к ней приперся сосед требовать долг ее мертвого мужа, который тот еще козлина. И этот сосед — горячий красавчик и они с ней так орут… ну, ругаются, а в конце у них искра и страсть. Вот прямо под меня роль. Я старалась, не только слова выучила, но и верхнюю пуговицу на рубашке расстегнула. Младшенькая, запомни, пуговка — лучший аргумент в любом споре.
— Трейси, у меня он не сработает, — смутилась моя красавица.
— Ну тогда две расстегни, не прибедняйся. Режиссер сказал, что я прямое попадание в их спектакль, в образ горничной мистера Чехова, которая настолько красотка, что становится в финале актрисой. Имя, правда, странное… Фёкла. По тексту там говорится, что у нее тело богини. Это же про меня! Йеп⁈
— А как пьеса называется?
— Чехов в Ялте, — ответила вместо замявшейся Трейси Линда.
Никогда о ней не слышал. Но я не театрал. Сомнительно, правда, что Антон Палыч сам про себя сочинял.
Моя девушка как мысли прочитала, выудила из сумки Трейси сценарий и передала мне. Полистал. Авторы: Джон Драйвер и Джеффри Хэддоу, «Чехов в Ялте», 1981-й год. Как бы сказала «Няня Вика» — очуметь. Два американца сочинили пьесу про нашего русского классика, тяжело больного, но не унывающего. И ведь с явным уважением к историческим личностям, хотя кое-где и без понимания русской души.
Снимаю отсутствующую у меня шляпу перед ихней американской богемой. Я театр не люблю и не понимаю, но на премьеру схожу и не только потому, что играет наша с Линдой хорошая подруга.
Закончился день звонком из Оукхерста, когда я уже после вечерней пробежки собирался немного подеградировать перед ящиком.
— Тобалито, вы с Линдой ведь приедете к нам на день Благодарения? — спросила теть Лена. — Это семейный праздник, вы обязаны быть. И сеньор Уильямс просил тебе передать, чтобы ты приезжал. У него к тебе важное дело.
Пендехостанский народный пропагандистский праздник в память о том, как индейцы помогли колонистам адаптироваться в Америке. Абсолютно мне непонятный. Но…
— Елена, ты ведь приготовишь индейку? — задал я главный вопрос.
— Симон! — с готовностью подтвердила та.
И о чем тут еще раздумывать, когда в каждом втором фильме или сериале огромная индюшка, запеченная в духовке, подается как апогей кулинарии. Я еду!
Глава 13
— Когда у нас там День Благодарения в этом году? — спросил я у Линды.
Вообще не настолько однозначный вопрос, насколько я представляю. Плавающий от штата к штату. По какой причине и как именно — без гугла не разобраться. А его еще не изобрели. Может быть, в Арпанете уже есть свой прото-поисковик?
— Последний четверг ноября, 25-го и длинные выходные после него, — напомнила девушка. — Мы ведь поедем по приглашению Елены? Я соскучилась по ней.
— Обязательно поедем. Я еще не пробовал её индейку. Но сначала я позвоню Кену. Что там за важное дело у него?
Пацан сказал — пацан сделал. Набрал номер мистера Уильямса. Трубку снял Ди-Джей, но тут же кликнул отца и тот поднял радиотелефон. Удобно. Надо и себе прикупить.