— Тетрис! Это Тетрис! — воскликнул стоящий рядом Ричард.
— В проекте «Блокбастер» 21 вариант блоков, состоящих от одного и до пяти кубиков, в отличие от некоторых любительских проектов, которые вы могли видеть, не стоящих упоминания на данном мероприятии.
Презентация на проекционном экране переключилась на перечисление фигур. Они, не мудрствуя лукаво, взяли все комбинации от мономино, то есть одинокой клеточки, и домино, двух клеток, до пентамино, состоящих из пяти кубиков.
— Ублюдки! Курвы! — Линду рядом со мной чуть ли не трясти от злости начало. Пришлось ее обнять покрепче и прошептать на ушко несколько ласковых слов для успокоения.
Игровой процесс не патентуется, да? На нас и наше возмущение уже кое-кто оглядываться начал. Но поскольку на коробках с Тетрисом портреты разрабов никто печатать не догадался, то что это за подростки тут расшумелись, народ особенно не понял. А проблему с тем, что название бренда у них пересекается с популярной на американщине сетью видеопрокатов, они, интересно, проигнорировали или заранее договорились? Или прокат еще не начал работать? Я его пока не встречал, у нас в Эль-Серрито кассеты можно взять в Сильвер Скрин Видео — серебряном экране.
— В Блокбастер вас ждет широкое игровое поле одиннадцать на двадцать клеток, согласно нашим исследованиям, лучше всего подходящее для геймплея.
Ох, придурки! В слепой погоне за «добавим всего и побольше» они убили весь идеальный игровой баланс, придуманный Пажитновым. Возвращаясь к творчеству сатирика, безжалостно критиковавшего американцев в утрированной форме, стоит воскликнуть «ну тупые….».
— Позвольте задать вопрос! — выкрикнул я погромче, но ответа не получил.
— Вы с можете спросить все что угодно по окончанию презентации, юноша, — едко улыбнулась спикер — наверняка она меня узнала.
Дальше нас пичкали всякой миердой, рассказывая про фокус-группы и исследования обратной связи от игроков. А не поделом ли мне, плагиатору? Сила действия равна силе противодействия и так далее? Я ведь и сам украл идею. Но я из лучших побуждений и настоящему автору игры отплачу, как только железный занавес в достаточной степени приподнимется, чтобы за него проникнуть.
— Вот теперь вопросы, — лучезарно улыбнулась зрителям миссис Кавано.
— Вы не считаете, что увеличение вариантов фигур до 21 критически снижает вероятность появления конкретной и превращает игру из стратегической головоломки в казино? — спросил я.
— Нет, это запатентованная игровая механика, протестированная энтузиастами и профессионалами. Попробуйте поиграть и не оторветесь, юноша.
— Ваши абсурдные патентные иски к «Каналья геймс» связаны с тем, что вы расчищаете поле от конкурентов? — продолжил я.
— Мы тут не для того, чтобы обсуждать работу юридического отдела Атари. Если иски есть, то для них имелся веский повод, — не без злорадства в голосе сказала Кавано. — Следующий вопрос, пожалуйста. И попрошу по теме презентации, а не о чужих проектах, пытающихся заработать на нашей интеллектуальной собственности.
Да чтоб вам торнадо коровник развалило, лошадиные вы задницы! Надеяться на то, что Лео от юротдела Атари камня на камне в суде не оставит — как-то чересчур оптимистично. Но мы еще с ними поборемся. Возникла как минимум одна идейка, скорее всего провальная, но занятная.
Глава 13
— Ты видел это гребанное дерьмо собачье, приятель? Видел, что эти ублюдки сделали с твоей игрой? Они не просто украли идею, они изувечили ее!
Впервые я увидел Кена в ярости. Обычно батька — образец флегматичности, а тут едва тарантиновский монолог с многочисленными «факингами» не выдал. До легендарного по гнусавым переводам фильмов девяностых собачьего дерьма дошел, по крайней мере.
— Милый, это обычная ситуация, — взяла мужа за руку Роберта, — мы точно так же скопировали Зубодробилку с Пэк-Мэна. И тебе не идет ругаться!
Разговаривали мы так открыто у нас в офисе, под присмотром Древних. Радовать журналистов гневными криками на компьютерной ярмарке стало бы недопустимой ошибкой.
По-хорошему, это мне стоит переходить в режим берсерка и грызть краешек собственного щита, но не получается. Есть в том, что обокрали плагиатора, некая кармическая справедливость. Ее наличие не значит, что мне нужно отказаться от борьбы и, покорно сложив лапки, наблюдать, как Атари зарабатывает на тетрисе. Наоборот, я сделаю все возможное и чуточку невозможного. Поборемся всеми силами. Уверен, Атари только первая ласточка и скоро Тетрис скопирует кто-то еще, причем, возможно, что еще более беспардонно.
— Мы подадим на мерзавцев в суд! Я сейчас же созвонюсь с «Пирсон и Пирсон» и начнем разбирательство. Фигуры ведь запатентованы?
— Да, — подтвердил я, — но Атари поменяли их цвета и немного иначе отрисовали кубики.
Двадцать один цвет корпорация зла добыть на шестнадцатицветной приставке не могла никак, но они выкрутились примерно так же, как и сама Сьерра — сделали блоки в тонкую полосочку, чередуя цвета. На ЭЛТ экранах они сливались в один общий фон.
— Мы еще поборемся с ними! — пообещал батька, размахивая сигаретой. — Тоже мне, акционеры! Не подбивали еще клинья с мировым соглашением? Дескать, они отзовут свой иск, а ты — свой. Не вздумай соглашаться. Их претензии по патентам — информационный шум.
— Они еще раз предлагали продать им Тетрис и сделать эксклюзивом Атари, перед рождеством.
— Ублюдки! Пираты! Мерзавцы!
— Кен, это было неминуемо. Вопрос стоял лишь в том, кто и в каком виде скопирует. Жди их варианты тетриса от еще нескольких компаний с их собственными геймплейными находками. Например, появятся «жидкие блоки», заполняющие пустоты, или негативные фигуры, которые, наоборот, убирают часть кубиков, клетки-бомбы, взрывающие блоки вокруг точки падения, появляющийся по таймеру нижний ряд, заполненный в случайном порядке…
— Отличные идеи, приятель! Почему ты еще их не реализовал?
— Потому что все они — лишний мусор, отвлекающий от сути медитативного игрового процесса.
— Надо рассказать об этом людям, приятель. Пресс-конференция на выставке! На нашем стенде, завтра же! — встрепенулся батька. — Нечто в стиле «Почему тетрис так хорош». Ты ведь сможешь написать текст?
— Он уже частично у меня в голове.
— Просто отлично, приятель, — согласился Кен, — по поводу будущего суда не суетись, хотя со своим адвокатом посоветуйся. Но по контракту подобные случаи — моя ответственность, как издателя. Я же забираю себе большую часть выручки не просто так. Главное — не паниковать, дружище. Атари сами судились со всеми подряд и создавали прецеденты. Возможно, мы объединимся еще с несколькими пострадавшими от их наглости и подадим коллективный иск. Один на один Сьерра против Атари — это борьба Давида и Голиафа, но совместно мы поборемся.
— А их представитель в совете директоров не помешает?
— Попытается, но он не имеет права. Ублюдки наверняка все это заранее продумали, — сжав зубы процедил Кен, — и покупку наших акций, и патентные иски, и даже атаку на твою эмансипацию. Всё, чтобы максимально осложнить нам жизнь и не позволить нормально защищаться.
— Милый, поедем в стейкхаус поужинаем, — позвала Роберта. — Крис, Линда, приглашаем вас с собой.
— Да, отличная идея. Мне не помешало бы мясо с кровью, — согласился батька, хищно улыбнувшись. — Проблемы в бизнесе — не повод сидеть голодными. Заодно завтрашнюю пресс-конференцию обсудим. Она не должна выглядеть истерикой детсадовца, которого обижает старшеклассник.
Не то, чтобы я был против хорошего мяса, ничуть нет. А потому мы отправились с Уильямсами в «Дом премиальных ребрышек» в Сан-Франциско, где я обожрался мясом. И Линда вместе со мной. Это она только кажется маленькой и худенькой. А внутри у нее настоящая черная дыра по поглощению вкусностей. Стопроцентный выигрыш в генетическую лотерею — хорошо кушает и остается стройной.