Вопрос риторический. Шорты и топик у девушки настолько мини, что не так от бикини и отличаются.
— Орале! И я бы от купальника не отказалась, но как-то неприлично, — вздохнула Мария.
Грустный взгляд Линды выражал солидарность с подругой. Вывезу их на пляж по окончании выставки. В Малибу!
— Ого! Вот это удачное место нам досталось! — подал голос краснолицый мужчина лет пятидесяти со стенда напротив. — Вы же мисс Сентябрь? Можно мне автограф? Меня зовут Морис.
До открытия мы познакомились со всеми соседями. Краснолицый Морис предлагал решение для переноса данных с ПК на мейнфреймы, еще одни ребята предлагали СУБД для PDP-11 и VAX, далее находилась компания продающая платные компьютерные курсы для начинающих, и снова команда, привязанная к мейнфреймам — они пилили софт для «построения контурных поверхностей». И базы данных и графика — это прямо моё, потенциально полезные направления. Но ориентация на дорогие компы для элитариев перспективы сотрудничества здорово сокращала.
— Вау! Вот это четкость картинки!
— Это что, цветной текст? Я не слепой, это точно не стандартный видеочип CGA!
— Как вы добились такого на слабых персональных компьютерах? Для парсинга текстового файла без задержек нужно больше ресурсов, чем есть у типичного IBM!
— Какие языки в списке возможных? Мне нужен КОБОЛ!
— Ассемблер для Z80! Скажите, что редактор его поддерживает!
— Это что, программа для отображения списка файлов? Что за ерунда, такое никому не нужно!
— Когда вы начнете продажи?
— Парни! Да это какая-то черная магия! Вы представьте, насколько быстрее мы будем находить ошибки до компиляции!
— Где мне купить такой же видеочип⁈ Я беру сразу пять!
«Вы продаете редактор? Нет, только показываем. Красивое!»
Демонстрация соседям получилась не просто позитивной, а создала эффект разорвавшейся бомбы. Еще до официального открытия вокруг нас собралась большая толпа из других участников, товарищей по несчастью, получивших места в палатке на парковке. И дискеты с файловым менеджером сразу начали копировать всем желающим, а также свои раздавать. Несколько сотен их заготовили.
Отвечая на бесконечные вопросы, я приметил Крейга и Джейсона, наблюдавших со стороны за ажиотажем. Крейг как почувствовал взгляд — рукой мне помахал и большой палец нам показал. Ну хоть не средний. Может быть, я бабосо и левас, но не хочу себе репутации мерзавца, агрессивно отжимающего чужой код.
Наконец-то двери павильонов открыли и посетители, идущие на яркую внешность и откровенный наряд Трейси, как на маяк, хлынули к нашему стенду широким потоком. А достаточное ли количество дискет с Коммандером мы заготовили?
Ажиотаж вокруг нас постепенно нарастал и обладатели соседних стендов не знали, горевать им или радоваться. С одной стороны, интерес явно направлен мимо их баз данных и обучающих курсов, с другой — высокий трафик посетителей и другим участникам на пользу шел.
Дискеты, дискеты, дискеты… ненавижу дискеты! Все ресурсы привлекли к раздаче носителей с Коммандером всем желающим. Уже и Трейси подключилась, раздавая конвертики, а Мария научилась копировать через волшебную кнопку F5, что заодно служило и демонстрацией того, насколько прост в использовании интерфейс. Уж если симпатичная молодая латина, явно не отягощенная университетским образованием, хорошо справляется, то и остальные пользователи потянут. Так ведь?
— Ральф Хиллер, журнал «Компьют!» Мы хотим договориться об интервью с разработчиками! — пробрался сквозь толпу широкоплечий крепыш, явно не вылезающий из тренажерки. Никогда бы не подумал о нем, как о журналисте, если бы не бейдж аккредитованного представителя прессы.
— У нас сейчас ажиотаж. Вечером после окончания работы выставки вас устроит?
— В соседнем отеле Мариотт в восемь часов подойдет? Я забронирую столик.
— Да, мы с коллегой придем.
Бегать от прессы в любом случае нет смысла.
К Джону подошел мужчина лет сорока интеллигентного вида в розовой рубашке и они уже довольно долго общались, причем увлеченно. Это начало затор среди желающих создавать. Нам следовало презентацию на листочках распечатать и раздавать их. Хорошая мысля приходит опосля.
— Здравствуйте, меня зовут Питер, я ваш коллега-разработчик, — тот же мужичок в розовом перешел ко мне. Бейдж участника на шее говорил, что не обманывает.
— Привет, я Крис. Извините, к долгим беседам не способствует обстановка. Ажиотаж чуточку выше ожидаемого.
— Да, я заметил. Смелый шаг — пригласить девушку из Плейбой, но и брендинг у вас удачный. Коммандер — великолепное название для файлового менеджера. Возможно, мы могли бы пообщаться с вами в свободной обстановке? Я веду колонку в «ПиСи Мэгэзин» и упомянул бы ваши разработки в числе ярких открытий конференции. Не читали мою статью об организации хранения данных на новом IBM с жестким диском?
— Увы, именно этот журнал я не покупаю. Повод исправить свои привычки. Сегодня вечером в восемь у меня уже назначено интервью с репортером из «Компьют!» в Мариотт, предлагаю пообщаться после него. В девять вечера вас устроит?
— Хорошо, договорились, на всякий случай — вот моя визитная карточка.
Взглянул на визитку я только через пару минут, отбившись от очередного желающего демонстрации. Орале! «Питер Нортон, разработчик „Утилит Нортона“».
Да что я за пендехо⁈ Не узнал легенду! Наверное, это клиническое. Кого следующим проморгаю? Билла Гейтса уже видел. Может быть, Джона Кармака или Джона Ромеро? Или Стива Балмера? Совестно ли мне за то, что лишил Нортона его главного актива? Есть такое ощущение, но не очень сильное. Он бизнесмен хваткий, найдет себе другую утилиту, чтобы пробиться, тем более что свой файловый менеджер он не сам написал, только продавал. Или пусть берет и развивает Каналья Коммандер, исходники-то открытые.
Это получился долгий, полный суматохи день. Язык у меня устал и еле шевелился. Жара, духота, «фи, опять этот неприятный запах пота». И ладно бы только от меня — все им обливались. Интересно, откуда в Трейси столько энергии улыбаться посетителям целый день, завлекая народ, раздавая дискеты и подписывая автографы.
Поздним вечером, не принесшим особого облегчения, когда все посетители уже разошлись, к нам в шатер ворвался огромный толстый кучерявый белый мужик. Яркая гавайка, копна непослушных кудряшек, крупные черты лица, большие квадратные очки. Надеюсь, это не Стив Балмер так выглядел в 1983-м! Когда был Балмер маленький, с кудрявой головой…
К счастью, нет. Не Стив! Оказавшись напротив нас, он тут же начал тараторить с сильным французским акцентом. Как у риелтора Этьена, но гораздо сильнее, хотя смысл всего сказанного понятен прекрасно.
— Нет-нет-нет! Постойте, мон дьё! Не убирайте компьютер, я летел сюда из дальних закоулков главного здания, чтобы увидеть ваш прекрасный текстовый редактор, творящий волшебство с синтаксисом Паскаля! Вы лишите меня сна на грядущую ночь, если не покажете прямо сейчас! Рассказы о его красоте будоражат меня даже сильнее, чем новость о том, что где-то тут моя любимая модель Плейбой прошлого года.
— Простите, мы очень устали и даже не обедали, — извинилась Линда.
— О, бедная ма шери! Выставки и в самом деле лишают сил.
— Приветики! Я тут! — окликнула толстяка из-за спины Трейси, неведомым образом сохранившая энергию и силы к концу дня.
— О боже! Теперь я готов умереть счастливым! Приглашаю вас всех со мной поужинать. Вас всех, а не только Мисс Сентябрь! Заодно обсудить наше с вами будущее плодотворное сотрудничество. О мон дьё! Что же вы не указали мне на ошибку? Мне стоило назваться! Меня зовут Филипп Канн!
Никаких ассоциаций! Вот знал бы я, где и когда окажусь, заранее бы портреты всех ключевых игроков просмотрел и памятные даты выучил. Но никаких толстых французов точно не помню. Хотя дядька забавный. Все толстые, как известно, добрые.
— Филипп, мы и правда устали, да еще и планы на ужин уже сформированы… — сказал я, но толстяк смотрел настолько грустным взглядом, что я вернул на место кабель питания и щелкнул кнопкой включения системника.