«Злой русский Иван» завидует нашему американскому благополучию и собирается у нас всё отобрать и поделить между стремительно нищающим за железным занавесом населением. Америка ведь самая великая, доказано тотальным домининированием американских спортсменов во всех значимымх видах спорта. А те дисциплины, где доминирования нет, они второстепенные, да?
Очень хотелось выкрикнуть «А у вас негров линчуют», но моего остроумия не понял бы никто, включая присутствующих здесь чернокожих ребят. Они бы на само слово «негры» стриггерились бы, хотя я не вижу в нем ничего оскорбительного. Но у меня нет бэкграунда нужной культурной среды, это я понимаю. Или в начале восьмидесятых «ниггер» не считалось еще самым страшным оскорблением?
Вот реально тяжелое физически испытание — сдержать свою руку, чтобы не пробить фейспалм на части политинформации про советскую туалетную бумагу, жесткую, словно наждак.
Он на полном серьезе говорит про благополучие пацанам из трейлерного парка, у которых есть единственная пара обуви? Хотя да, не голодаем, у нас имеется большой мешок риса и запас банок химического молока. На последней мысли желудок заурчал. Я ведь даже не завтракал сегодня. И для меня это проблема посерьезнее, чем как смолчать и не сказать Джонсону, что он пендехо. Молчать-то я умею.
Насилу выдержал сорок минут напыщенного бреда про то, как КГБ следит за всеми и сажает людей в лагеря за пук в неправильную сторону. Примиряло меня с этим лишь то, что я знаю — с другой стороны льётся точно такой же поток пропаганды, только про «загнивающий империалистический запад».
Наконец, пытка клюквой закончилась и нас отпустили на перерыв. Надеюсь, с мистером Миллером будет попроще. Ах да, сначала еще английский.
Глава 7
Миссис Уайт — милейшая старушка, которая, кажется, еще Ленина помнит. То есть у них тут в пендехостане свои собственные исторические герои. Кто там значился президентом в семнадцатом году? Вудро Вильсон, кажется. Мало что про него знаю, но явно не очень хороший человек, так как американские войска при нём участвовали в интервенции на советскую территорию и пытались отжать себе кусочек не то Сибири, не то русского севера.
Но учительница литературы в том не виновата, конечно. Маленькая старушка с подкрашенными синевой седыми кудрями половину урока зачитывала нам отрывок из «Гроздьев гнева» о черепахе, переползающей дорогу, и вторую половину делилась восторгами о том, какой это гениальный эпизод, «общепризнанно лучший в мировой литературе». Я чуть не уснул, как и все остальные в классе. Только девушки с первых рядов какую-то активность и проявляли. Другие девушки. На английский ни Валентина, которая на самом деле Мария, ни половина соучеников из класса истории не пришли. У них своё персональное расписание. Разрыв устоявшегося шаблона для меня, если честно.
Единственный негатив от литературной бабули вышел в том, что она потребовала от всех к следующему уроку написать эссе на пять страниц об гениальном черепаховом филлере, наверняка придуманном автором, чтобы набить объем в главу. Литературный прием, щедро используемый Львом Николаевичем в «Войне и Мире», со всеми этими описаниями дуба и мрачного неба Аустерлица. А по мне, так «занавески просто синие», им не обязательно что-то символизировать.
Короткие пятиминутные перерывы между уроками, как раз, чтобы добежать до соседнего корпуса, не способствовали излишнему взаимодействию с другими учениками и получилось прямо неплохо. Кто, как не друзья-однокашники, способны заметить, что с Крисом что-то не то.
Фамилия «Миллер», насколько мне хватает понимания, произошла от немецкого «Мюллер». И он тот еще фашист, даже внешне похож на гестаповца из «Семнадцати мгновений весны», гениально сыгранного Леонидом Броневым. Невысокий, лысеющий, склонный к полноте, в строгом черном костюме. И сразу зашел с козырей — начал вызывать к доске.
— И задачу нам решит… нам решит…
Как говориться, лес рук. То есть чахленькая такая рощица — из стереотипного азиата в толстых очках с первой парты и полноватой латиноамериканки из того же ряда. Меняются времена и страны, а школьники остаются прежними.
— Мистер Гарсия, прошу вас, решите задачу.
Вызванный им широкоплечий парень, на полголовы выше Криса, целую минуту смотрел на доску, где красовалась простая система линейных уравнений, а затем молча вернулся на место. Задачка же в уме решается?
— Кто-нибудь еще? Есть в классе кто-то смелый? — С иронией взглянул на нас математик. Руки продолжили тянуть всё те же, азиат и пышка.