— Ты совсем идиот, Колон? Потому что сломались.
— А почему вы их не почините, сэр? Вы ведь теряете деньги на простое оборудования, — удар в самое его жадное сердце.
— У ремонтной конторы очередь на неделю вперед, придут дней через пять, в лучшем случае. Бездельники! Могли бы нанять больше людей, им, видимо, не нужны деньги!
— И ремонт еще, наверное, дорогой. Не позавидуешь вашим трудностям, сэр.
— В прошлый раз я отдал сотню баксов! Сто чертовых долларов! И это только за работу! Запчасти отдельно! Вы, цветные бестолочи, считаете, что Джон Ковальски тут деньги печатает и не представляете, как тяжело вести своё дело.
Расист! Ну вот натуральный расист! И даже не задумывается, что латиносы — тоже европеоиды, такие же как он.
— У меня к вам предложение, мистер Ковальски, — озвучил я самым взрослым и серьезным тоном.
— А ты чего так необычно говоришь? Меня пародируешь? Посмеяться надо мной вздумал? А?
Кажется, нашлось идеальное оправдание того, что кому-то мой акцент может показаться похожим на русский. Это всё курва Ковальски виноват. Так много говорил с Крисом, что тот перенял у работодателя специфический выговор. Поляки и русские, кто бы там что ни считал, соседи и родственники, славянские народы.
— Нет-нет, сэр, — не заржать было на самом деле сложно, — просто очень уважаю вас и надеюсь, что так добьюсь вашего расположения. Сэр, заплатите ли вы мне семьдесят долларов за починку сушильной машины? Мы в Политехнической школе как раз проходили ремонт бытовой техники и я знаю, как это чинить. Если что-то непоправимо сломаю — вычтете эту сумму из моей зарплаты.
Машенька вовсю пялилась на меня от кассы. Не ожидала.
— Слишком дорого. В конторе работают настоящие профи, они за свои деньги дают гарантию. Заплачу тебе десятку, если справишься.
Жадная же ты курва!
— Сэр, я предложил вам свои расценки, вы их не приняли, значит, так тому и быть. Торговаться считаю ниже своего и вашего достоинства.
Мне казалось, что он сейчас бросится на меня с кулаками, так рожа красными пятнами пошла, но нет. Позволил молча заняться нудной прочисткой очередного фильтра и лишь через полчаса сам подошел ко мне.
— Колон, пятьдесят баксов, и то только потому, что ты мне как сын, — предложил он.
— По рукам, — согласился я, — у вас есть инструменты? Мои остались дома.
В одной жизни я простой разраб
Не мощен, не плечист
Но в другой — я супергерой
Тыжпрограммист
Ваша жена, муж уже давно бьётся в истерике?
Не беда, я без труда настрою каналы на телеке
Перепрошью Xbox, утюг чугунный и стиралку
Нет, денег мне не надо, чувак, мне совсем не жалко
Как самый настоящий «тыж» — я справился. Упираясь всеми своими тощими конечностями так, что едва пупок не развязался, отодвинул аппарат от стены.Выключил из розетки, снял боковую стенку. Внутри всё проще, чем дверь от сарая, как говорили в бабушкиной деревне — массивный электродвигатель, чугунный шкив и порванный приводной ремень. А еще пыль как в системнике, ни разу не прочищаемом с момента сборки. Никаких сложных датчиков, капризной электроники или микроконтроллеров. Ничего, кроме «крутить» и «нагревать», примитивный агрегат уметь и не должен.
Если за что-то взялся — делай хорошо. Не то, чтобы я всегда следовал озвученной мысленно заповеди. Какого только «временного» говнокода не творил во времена дедлайнов из расчета «потом перепишу и сделаю рефакторинг». Переписывать, конечно, никто не собирался, ведь истину «работает — не трогай» также никто не отменял.
Для начала вычистил весь пыльный войлок, запасов которого хватило бы, чтобы утеплить наш с Гектором трейлер на зиму. Ой, сейчас и так зима. Забыл! К хорошему быстро привыкаешь, пусть это всего-то хорошая погода.
Перед тем, как лезть внутрь, снял свою любимую футболку. Иначе ее даже тот факт, что мы находимся в прачечной, не спас бы.
Одолжив пять баксов в счет своей сегодняшней смены, съездил на велике в магазин автозапчастей неподалёку, указанный начальником, и купил запасной ремень — обычный автомобильный, навскидку подходящий по габаритам.
Купленный мной ремень оказался туговат, но так даже лучше. Натянул, при помощи отвертки, используемой как рычаг, и такой-то матери, поминаемой только мысленно. Когда вернул корпус на место, руки уже дрожали. Легко сказано, но не так просто сделано. Больше часа с элементарной операцией провозился.
Тыжпрограммист — защитник планеты