С улицы как раз послышался звук двигателя, затем бодрый лай Дюке и к нам в трейлер ввалился цыганский табор. Вернее, Елена и ёе подруги-парикмахерши.
– Тобалито! Отличные новости! Мы завтра идем за покупками в Зонко! – прокричала Елена. – Глория и Трейси съездят с нами.
– Зачем? – вышел я из комнаты.
– Потому что тебе нужно приодеться, Кристобаль, – добавила в голос суровости моя опекунша, – как офицер Кастильо сказал.
– Ох, этот Круз такой горячий, – мечтательно закатила глаза Трейси. Не пялиться в ее легкомысленное декольте – то еще испытание. И лишь милый образ Линды, воскрешенный в памяти, дал какой-то иммунитет. Хоть слюни пускать не начал.
– Он же не поэт и не музыкант, – фыркнула Глория, адекватная и в целом приятная тридцатилетняя тетка, очень чисто говорящая на английском, почти без испанских словечек. – Кристобаль, насчет покупок мы серьезно. Завтра у нас выходной и день скидок в Зонко. Идеальный момент. Заедем за тобой после школы.
– Свою китайскую подружку позови, мы посадим вас на заднем сидении и ты сможешь как следует к ней прижаться, – с ехидцей предложила Трейcи. – Хотя не представляю, что ты в ней нашел. Все китаянки страшные и кривоногие.
– Да с математикой она ему помогает, – озвучила версию старшая из женщин.
– Очень мудрое предположение, мэм, – похвалил я, – простите, мне пора идти учиться. Хорошо, я буду вас ждать у ворот школы.
А мне и правда нужно в свою комнату, но только не домашку делать, а продолжить освоение Эппла. И никакого смущения, честно-честно. Так-то завтра после уроков я собирался попытаться применить совет Феликса по поводу замера напряжения на выходе блока питания к Галаге и таки заработать еще сотню баксов у Ковальски, но приодеться тоже нужно. Я не модник, скорее даже наоборот, но встречают по одёжке, а мне еще на чиновника из службы опеки достойное впечатление производить.
Вернулся за компьютер, погонял змейку и перешел к тетрису. Стив и еще один Стив, да что же вы такое творите? Надо будет выкупить вашу фруктовую шарашкину контору в девяностых на волне вашего кризиса, до того как айпод, а затем айфон вас спасут!
Первая же проблема, с какой я столкнулся – в текстовой раскладке Эппла не нашлось символа-квадратика, в отличие от трэш-80. Ну и кто тут у нас мусор? Блоки из букв О же смотрелись убого. Кроме того, цветной видеовыход так и просил поиграться с раскраской фигур в их классические цвета, а далее уже и редактор кода с подсветкой символов нашаманить. Увы, в текстовом режиме чудо пока еще не купертинской мысли буквы раскрашивать не умеет. И они еще взяли на себя смелость поместить на свой логотип все цвета радуги!
Наплевав на ущербность текстового режима, перешел в графический. Разрабы Ультимы под него, вон, полноценную РПГ выпустили. Чем я хуже? Я уже большой мальчик и мне полагаются серьезные взрослые игрушки. Надо всего-то отрисовать разноцветные прямоугольники…
О Великий Ктулху! Как же я ошибался!
Начал с самого простого – нарисовал одну палку, разделенную на сегменты и залитую зеленым. Команды рисования – элементарные. Принялся двигать фигуру влево и зеленый стал фиолетовым. Снова зеленым, и опять фиолетовым. Примитивнейший код работал не так, как задумано и заставил меня орать в голос, чего я позволял себе в отношении компьютера нечасто.
– Да пендехо ты яблочный! – крикнул на несчастный комп, уже будучи далек от радости, что я его спас. – Это что за цветомузыка?
Ответ, как всегда, в процедуре RTFM!
Старший бит (бит 7) каждого байта видеопамяти является битом задержки фазы. Если он равен 0, пиксели отображаются в фазе с цветовой поднесущей NTSC, давая фиолетовый и зеленый цвета. Если он равен 1, фаза сдвигается на 90 градусов, давая синий и оранжевый.
До Штирлица не дошла шифровка из центра. Он перечитал еще раз – всё еще не дошла.
Я искренне считаю себя не полным дебилом. Да, иногда я веду себя, как клинический идиот, но то в сложных ситуациях, связанных с общением с людьми. Мы, хомосапиенсы – сложные. А вот компьютеры обычно простые и в них, я думал, хорошо разбираюсь и секретов не осталось. Но вот перечитал... вроде бы понятным английским языком написанную фразу и нифига не вдуплил. Что значит – всего четыре цвета? Почему именно эти? Как гениальные парни смогли написать ULTIMA с подобными ограничениями? Игра что, цветная, но зелено-фиолетовая? А как мне текст рендерить? И ладно четыре, мерцание-то зачем?
Вспомнился, опять нет лучшего слова, легендарный Принц Персии, изначально писавшийся как раз под Эппл 2. Фон – черный. Главный герой – по большей части белый, с редкими вкраплениями оранжевого. Огонь – только оранжевый. Окружение – бело-синее. То есть в парадигме имеющихся в графическом режиме цветов.