Итак, Зонко. Название магазина мне заранее ничего не говорило, но формат оказался знаком. Крупный дискаунтер вывешивает в одном большом помещении кучу одежды по привлекательным ценам – ходи, примеряй, выбирай. Иногда есть шансы найти приличную вещь дешево, а временами и вовсе почти за так, если она последняя или из старой коллекции. Качество – ниже среднего, но это если придираться.
Значимая часть вещей пошита на Тайване или в Южной Корее, реже встречаются Мексика и местные, со “Сделано в США” на ярлыке. И совсем-совсем ничего нет из Китая, пока что только идущего семимильными шагами по пути становления мировой фабрикой.
От фасонов и расцветок глаза разбегаются. Но выбрать нечего. Девушки, как настоящие сороки, принялись бросаться на всё цветное и яркое и тащить, тащить, тащить, чтобы я примерил. Терпеть не могу выбирать одежду! Думаю, многие мужчины меня поймут. Вот зачем мне ее столько? С обувью тоже самое – зачем забивать ей весь шкаф, когда одной пары приличных кроссовок хватает на несколько лет.
Может быть, я все же умер в питерской подворотне и попал в персональную преисподнюю. Где единственный брат в тюрьме, а я стал игрушкой его жены, не наигравшейся в детстве в куклы? Ощущения один-в-один как в середине девяностых, когда я был ребенком. Взрослые тащили меня на рынок и заставляли применять штаны за штанами, уверяя, что продавщице мои труселя ни капли не интересны и стесняться совершенно нечего. А полная, но обаятельная тетенька, торгующая джинсами, бегала к соседке за нужным размером, какой уж точно на меня подойдет и получится “жаних”. Внезапно теплые, несмотря на их расплывчатость, воспоминания.
Миллиард примерок и тысячу лет спустя, стойко выдержав все испытания и не проронив ни единой жалобы, я расстался с пятьюдесятью баксами, за которые получил: бежевые брюки в чоло-стиле, несколько клетчатых хлопковых рубашек, нормальные на вид белые кроссовки из натуральной кожи, замшевые туфли-мокасины, теплый и приятный на ощупь полосатый пуловер, легкую по российским метрам ветровку из непромокаемой ткани, пяток белых футболок и столько же трусов, большую упаковку носков. Запоздалый подарок на 23 февраля, да еще и купленный на мои же деньги.
Финансы начинали петь не просто романсы, а целые рок-баллады. Но вещи достались неплохие и выбранные с любовью. Спасибо тебе, теть Лен, мужа хорошего желать не буду, уже есть. Пожелаю, чтобы он из тюрьмы поскорее выбрался и домой вернулся.
– Глория, а сколько стоит такая машина, хочу себе купить, – поинтересовался я по пути – больше чтобы удерживать внимание подальше от грустных тем, чем из реального интереса. Денег все равно нет.
– Шестьсот долларов. Мы с девочками брали вскладчину, – рассказала водитель.
– Есть ржавый хлам за три сотни, но Гектор запретил даже смотреть в его сторону… Гектор… Гектор… – Елена снова начала шмыгать носом. Отчасти ее понимаю, жалко неплохого парня.
– А ну соберись, миссис Колон, – взял ее за плечи и встряхнул слегка. Помогло.
– Кристобаль, ты сейчас такой взрослый и серьезный, – ехидно заметила Трейси и облизала пухлые губки. Хороша, чертовка! С ее внешностью, помноженной на бесстыдство, на обложке мужского журнала самое место. Какая-нибудь мисс Октябрь. И нет, она ко мне не подкатывает, а собирается засмущать, подняв тем самым всем настроение, очевидно же. Обойдется.
– Кто-то ведь должен быть тут взрослым. Прости, Трейси, но у меня уже есть девушка, тебе придется встать в очередь.
За вечер окончательно довел до ума прототип тетриса. Даже неплохо получилось. Сделал главное меню и таблицу рекордов, сохраняемую на дискету с игрой.
А решение проблемы с тем, что фигуры сливаются в один общий спрайт, нашел в шестнадцати цветах – при стыковке двух одинаковых, перекрашивал более новую в незанятый оттенок. В чем-то изящной получилась оптимизация с использованием в качестве массива данных самого экрана. В Эппловском бейсике нашлись команды, дающие информацию, закрашен ли пиксель с определенными координатами. Проверяешь точки по соседству с фигурой, встретил раскрашенный – значит, уткнулся в препятствие.
Сплошная экономия на памяти, какая в 82-м, похоже, стала для программистов чем-то вроде религии. Вот и я в нее обратился.
Возможность поставить игру на паузу сделал. Это прямо необходимость. Быстрый сброс до самого низа по нажатию пробела, чего не имелось в первой версии тетриса Пажитнова, насколько помню.
И титры. “Создано Крисом Коламбусом, 1982. Все права защищены. Нелегальное копирование и распространение говорит о том, что вы плохой человек. Как только вы создаете копию без разрешения автора, где-то умирает котёнок. Пожалейте котика, а не $5. Помните – у пиратов часто нет глаза, руки или ноги.” Я восхитителен! И очень скромен!