Но много времени терять не стали, поехали в Каньон Плаза. Линда сегодня сменила свою толстовку на обычный серый свитер и за LK ее бы уже никто не принял. По пути кратко ввел в курс дела с бесплатным адвокатом – нужно же с кем-то поделиться тем, что накипело на душе. Особого сочувствия мне не требовалось, но как же приятен факт, что девушка специально притормозила с целью меня обнять.
– Сэр, здравствуйте, я по поводу пустых автоматов. Как договаривались, – Феликса мы нашли ковыряющимся в очередном клоне Пэк-Мэна, каких развелись десятки, подтверждая информацию Больцмана о том, что плагиат непобедим.
– Ага, помню, пошли на задний двор, покажу своё кладбище погибших кораблей, – поздоровался со мной за руку механик, – я там отложил парочку вариантов.
Ого, сколько аркад периодически выходит в тираж! Настоящая гора из корпусов высилась с обратной стороны молла. Предложенные лысым мужчиной автоматы меня полностью устроили. Старые знакомцы – “Космические вторженцы”, каких уже освободили от всех электронных внутренностей. Феликс даже джойстики демонтировал. Их придется ставить свои.
Так-то для задуманных мной игр полноценный манипулятор и не нужен, но он сгодится для навигации по меню, а потому оставляем. Кроме корпусов прикупил пару монетоприёмников и итого потратил сорок баксов. Романсы, исполняемые финансами, скоро станут оглушительно громкими. Но, может быть, с открытием аркадного бара получится как-то наличные средства поправить.
Линда подогнала пикап к заднему двору и мы с “дядей Феликсом” погрузили два тяжеленных фанерных шкафа. А с разгрузкой мне или Мигель, или сам бобр Ковальски поможет.
Когда мы с Линдой зашли в прачечную за ключами от бара, стоявшая за кассой Мария густо залилась краской, глядя на мою девушку, но к счастью ничего не сказала и мы добили доставку пустых корпусов.
– А что внутри будет? Где платы возьмёшь? – спросил Ковальски и я показал ему принесенный в рюкзаке Вик-20.
– Вот это, сэр. Я уже придумал, как подсоединить монетоприемник.
– Обычная игровая приставка? У моей дочери есть такая же, триста долларов ей цена, подарил на рождество. Сынок, никто не будет приходить в зал, чтобы поиграть в то, что есть у него дома. За находчивость хвалю, но так ничего у тебя не получится.
– Верьте мне, я инженер… однажды стану им, – с мемом из будущего поляк явно не знаком.
– Ты, главное, не разочаруйся в том, что делаешь. Работа механиком – это тоже хорошо.
– А я в тебя верю, – дождавшись, когда хозяин прачечной уйдет, Линда подкралась ко мне со спины и обняла. Так тепло и уютно стало. Нужно показать ей игрушки! Я больше для того компьютер с собой и притащил.
– Помнишь, я обещал тебе новую игру? Я принес две. И одна из них про уточку, – нет-нет, я не Машенька, не стану краснеть при всего лишь упоминании безобидного утенка.
Подключил Вик-20 к телевизору в баре, загрузился с кассеты, куда сохранил рабочий билд “Флаппи бёрд”.
– Всего одна кнопка – пробел, нужно провести птичку между зелеными трубами, но задача сложная.
Кого я вообще вздумал пугать трудностями? Великую LK? Да она доведет уточку столба до сотого!
С первой попытки Линда вообще не попала птичкой в просвет. Со второй дошла до третьей трубы, что само по себе неплохой результат. Я, являясь разработчиком, раза с седьмого начал стабильно так далеко заходить.
– Я не поняла, почему трубы при второй попытке расположены иначе? Как так? – озадаченно задумалась Линда. – Игра каждый раз новая, не получится запомнить лучшую траекторию?
– Это называется процедурной генерацией. Каждая попытка уникальна, – с удовольствием рассказал я.
– Аррр! Я ненавижу тебя, уточка! Еще раз! – потребовала девушка, дойдя до пяти труб. Она талантливей меня, как игрок, я так далеко не забрался пока ни разу. Четвертая труба стала непроходимым препятствием.
– Теперь вы понимаете, почему птичка на логотипе нашей студии – каналья, капитан Ким?
– Да! Эта игра будет пожирать четвертаки, как проклятая, ты настоящий гений! – я получил поцелуй в щечку. Приятно. – Но есть опасность, что автомат разнесут в щепки.
– Показать вторую игру? Она совсем не такая и сложность в другом.
Пять минут увлеченного складывания чисел в степенях двойки и у Линды не осталось ходов.
– Очень интересно, надо продумать стратегию, – дала она своё заключение, – но заработать на такой игре сложно. Слишком неторопливая и требует мозгов. Ну, то есть у меня получается… но я… называть себя умной после того, как осталась на второй год – неправильно, да?