Ага-ага, натуральную сберкнижку, у меня точь-в-точь такая же имелась, выданная еще в сберкассе в Советском Союзе, куда родители незадолго до всеобщего краха положили на моё имя немного накоплений “на вырост”. Позже те деньги, вроде бы несколько сотен рублей, превратились в полнейшее ничто. Хотя могу в порядке цифр путаться, маловат я тогда был.
И кузинатру, да. Точнее, ее дешевый простенький аналог, без легендарного флёра.
– Всем новым клиентам, кладущим на счет более ста долларов, по акции банка мы предлагаем на выбор взять тостер или блендер, – фальшиво улыбаясь, проговорила женщина-клерк, одетая в цвета американского флага.
– Блендер! – сразу решила моя девушка. Как будто бы всю жизнь только о нём и мечтала. Ну, так-то халява есть халява, забрали.
– А мне счет не следует оформить? – спросил я у Лео.
– Стоило бы, нет лучшего аргумента для семейного суда, чем крупная сумма на счете эмансипируемого, но без разрешения опекуна, причем постоянного, а не временного, как миссис Колон, задача открытия счета невыполнима, – вздохнул Больцман.
– Теперь нам в даунтаун, юридическая фирма “Пирсон и Пирсон”, – обозначил я следующий этап маршрута.
– Пи-Пи, те еще прохиндеи с необоснованно завышенными ставками, но на крупном обмане клиентов ни разу не попадались, – выдал справку Лео с заднего сиденья. – Рассказать, как я однажды разнес их младшего партнера в суде по поводу законности корпоративного слияния?
Полный бахвальства рассказ Больцмана можно было бы уложить в “они изначально находились в проигрышной позиции и шансов не имели”, но Лео преподнес судебную тяжбу, как свой личный подвиг. Умеет расставить акценты.
– Как же приятно снова оказаться в атмосфере правовых отношений! – в холле двадцатиэтажного здания Лео вздохнул полной грудью и поправил тот самый итальянский галстук, в котором мы его похитили пьяного из мотеля. – Молчите, ничего не говорите, как ваш адвокат я сделаю всё сам.
– Каждое слово может быть использовано против нас в суде? – не удержался я от шпильки.
– Не настолько всё плохо, мы же всего-то получаем уже оговоренные деньги.
Я к офисным интерьерам 1982-го остался равнодушен. Ничем они меня не удивили – подвесные потолки, стеновые панели, хромированный лифт и так далее. Лео все объяснил администратору на первом этаже и нас проводили на пятый. На меня, одетого сегодня, как “приличный мальчик”, даже не очень-то и косились.
– Вы поглядите-ка! Это же сам Леонард Больцман! – на пятом этаже у самого лифта нам повстречался невысокий круглолицый азиат, примерно ровесник Лео. – Отлично выглядишь! А говорили, что ты спился и живешь в трейлерном парке после того, как с тобой обошлись в “Айрелл и Манелла”. Неужели наступил на горло гордости и устроился в небольшую фирму?! Или тут ради собеседования?
– Слух о моём падении изрядно преувеличены, мистер Ву, – изобразил оскорбленное достоинство Лео. – Извини, Дональд, я тут с клиентами и не могу нормально поболтать о том, как в прошлый раз надрал тебе зад в суде.
– Твои клиенты молоды. Школьники? Извините, господа, никакого пренебрежения вашим возрастом. Мы в “Пирсон и Пирсон” понимаем, что юридическая защита нужна каждому. Возьмите мою визитку на случай, когда поймёте, насколько разорительны расценки этого прохиндея.
Визитную карточку “Дональда С. Ву” я все-таки взял. Кто знает, когда пригодится. Хотя, к “С.” стоит отнестись с подозрением. Вдруг его второе имя Стив?
– Где здесь мистер Розен, раз уж ты нам повстречался?
– Та дверь, – указал азиат.
– Видели бы вы, ребята, как я раз за разом разносил мистера Ву от заседания к заседанию… – протянул Лео на пороге указанного кабинета. – Ладно, давайте посмотрим, в какие ловушки они вас собираются поймать.
Оказалось, что ни в какие. Максимально простой и понятный даже мне контракт, который нам передал холеного вида молодой человек, Лео перехватил на лету и изучил всего за пару секунд.
– Мисс Ким, тут всё в порядке, если условия всё ещё вас устраивают, не вижу причин не подписывать, – выдал он заключение.
– Надо же, сам Леонард Больцман! Уже и не думал, что увижу вас лично после всех тех неприятных слухов из “Айрелл и Манелла”, – выразил восхищение Розен. – Я дважды ходил послушать ваши выступления в суде. То, как вы жонглируете прецедентами и фактами – настоящее искусство. Как сказал мой приятель – “да он меня завтра убедит, что я ниггер, на основании того, что ладони у меня розовые”. Очень польщен, сэр. Мисс Ким, подпись здесь и здесь. А вот сюда перепишите свое рукой реквизиты счета. Выплата пройдет в течение трех дней из трастового фонда нашей компании, а далее “Пирсон и Пирсон” сами уладят взаиморасчеты с Онлайн Системс. Мистер Уильямс – очень важный клиент для нас.