Следом нас поприветствовал Рикардо Монтальбан. Вроде бы он известный актер, но Хан – единственная его роль, которую я способен вспомнить. Потрясающе харизматичный мужик оказался, от него как бы исходит притягательная аура.
– Какая поразительная, утонченная красота, синьорита, – обратился он к Линде. Голос Рикардо звучал искренне, без капли голливудской фальши. – В вас есть совершенно особенный шарм. Местная публика слишком привыкла к одним и тем же стандартным лицам с обложек, но ваша изящность воистину уникальна и приковывает взгляд. Мое искреннее почтение.
Получив комплимент, Линда немедленно густо покраснела и счастливо, открыто улыбнулась. А мне резкую впышку ревности задавить пришлось. Артист не подкатывает к моей девушке, он всего лишь проявил вежливость, подметив неочевидное для большинства.
– С-спасибо вам огромное, сэр, – смущенно приняла похвалу Линда. Вот когда я ей тоже самое говорил, такое ощущение, что не верила. А стоило актеру второй или даже третьей величины сказать – совсем другое отношение. Он же эксперт! Не то, что пацан из гетто. Да, ревную. Да, мне стыдно. Ничего не могу с собой поделать.
Монтальбан перевел взгляд на меня, по-отечески похлопав по плечу.
– Береги её, юноша. Настоящие жемчужины встречаются нечасто.
– Знаю, сэр. Никому не отдам, – твердо ответил я, чувствуя, как подруга еще крепче сжала мою руку.
Каждое наше слово и действие сопровождалась вспышками камеры и стоило отойти в сторону от звезд, подошел представитель кинотеатра.
– Вас снимал фотограф из фотоателье “Голливудская мечта”, мы с ними сотрудничаем. Вот ваша карточка с номером, по ней сможете купить как отдельные снимки, так и негативы фотографий. А сейчас прошу, проходите занимайте ваши места.
Кресла нам достались в задних рядах, в то время как важные лица, включая создателей франшизы, сидели по центру зала. Грузный седой мужчина, почти наверняка Джин Родденберри, отстраненный от работы над сценарием после того, как первая полнометражка показала скромные результаты в прокате. К нему присоединились актеры, еще какие-то важные люди… ДЖОРДЖ ЛУКАС! Точно он. Еще молодой, с черной кучерявой бородой, в которой не поселилась пока седина. И кто-то еще будет вспоминать о мнимой вражде между фанатами “Звездного пути” и “Звездных войн”, в то время как создатели вселенных мирно сидят на премьере и разговаривают.
– О, привет, ребята, а я уже боялся, что не придете! О господи Иисусе, Крис, что у тебя с глазом? – на соседнее с моим место уселся Дейв Дейлайт, одетый по дресскоду, в смокинг, скорее всего, тоже прокатный. Один пришел, обидно за него. Хороший же парень. Даже в “Теории Большого Взрыва” всем гикам, включая Шелдона Купера, нашлись подружки.
– Неудачно упал вчера с велосипеда, – привычно оговорился я.
– Ну как же так! Прямо в день показа?! Вам надо переезжать из вашего района. Вы, ребята, как будто не с той планеты, что ваше окружение.
Думал я про это, думал! Мне понравился Бербанк, где живет Дейв и теоретически понравится Корсголд. Я так-то половину детства в деревне провел и не фанат больших душных городов. А уж какое раздолье в сельской местности для Дюке! Все, что меня держит в ЛА – суд по эмансипации и тёть Лена. Она хоть девушка взрослая, но всё равно жалко ее одну на произвол судьбы бросать с зарплатой в восемьсот долларов.
– У тебя теперь на фотографии со Споком фингал будет! – продолжил ворчать мистер Дейлайт. – Поздоровались ведь внизу? Автографы взяли? Попкорна хотите? Я, как чувствовал, и на вас взял.
– Я хочу Дейва с Кармен познакомить, – как угадав мои мысли, шепнула мне на ушко Линда. – Она одна, он один, возраст примерно совпадает – нужно им помочь!
Принципиальных возражений нет, не считая того, что Кармен чуточку – как бы сформулировать, никого не обидев – доверчивая. С другой стороны, пусть вместо правительственных заговоров и тараканов в дошираке начнет верить в клингонов и величие Звездного флота. А потому шепнул “попробуй”.
– Дейв, а приходите к нам на барбекю, – пригласила девушка, – мы с Крисом и друзьями собираемся на пляж, пожарить мясо по панамскому рецепту, позагорать и искупаться в море. Как следует накормить – лучшая благодарность. Так говорит Елена, старшая сестра Криса.
Женское коварство не знает границ. Теперь, даже если Дейв по какой-то причине откажется, мы все равно поедем на пляж жарить шашлыки. Да хотя бы потому, что жить у теплого моря и не выбираться на выходных искупаться – преступно. Мы можем в любой момент прыгнуть в машину и через час оказаться хоть на знаменитом пляже Санта-Моника, хоть в Малибу, где спустя десять лет начнут снимать сериал про большие чичис в красных купальниках.