Линда не сказать, чтобы двигалась сильно лучше меня, но старалась. Это же ее в некотором роде мечта исполняется. Вальсируя по спортзалу, заметил несколько знакомых лиц. Мария с Мигелем, Джастин Ли, лапающий за помпис булочку Мендосу, миссис Уайт, принесшая с собой томик стихов Эдгара Аллана По, Ханна Крэбтри, активно отплясывающая на периметре танцпола, садист Бак, раздраженно тыкающий в грудь несчастного ботаника Стива возле чаши с пуншем. Всё смешалось в один сплошной калейдоскоп.
Так и отбыли несколько песен, пока не началось выступление замдиректора Скиннера. Полное пафоса, об американской мечте, духе свободы и демократических ценностях. Совместно с Джонсоном писали наверняка. Хорошо хоть клятву флагу прямо на балу приносить не заставили. А директор у этой школы вообще есть? Мне все равно, но чуточку любопытно.
– А теперь – главный сюрприз этого вечера! Популярная местная группа “Бесконечность Тьмы” представит вам свои новые песни! – объявил замдиректора. – Их автор – Крис Коламбус, выпускник нашей школы, недавно получивший диплом. Отодвиньте занавес!
– Привет, Поли! – поздоровался со всеми Эдди. – Мы “Бесконечность Тьмы”, но начнем с бодрой танцевальной песенки, не дадим вам заскучать!
Я отметил, что клавишник Гарри уже избавился от гипса на ноге, а возле сцены появилась активно поддерживающая парней Трейси, которой стоило бы прыгать менее энергично, а то как бы у мистера Скиннера глаза не вывалились от вида всякого красиво подпрыгивающего под блузкой. Настолько заметно он вытаращился. Возможно, начал задаваться вопросом – старшеклассница она, учительница или из приглашенных +1.
По полям, по полям…
Как я неоднократно подмечал, эта читерская мелодия внедряется в мозг и держится у тебя в голове специальными крючками, цепляющимися за нейроны мозга. Но публике зашло. Да что там – я и сам прыгал вместе с молодежью и даже заблеял со всеми, когда в прицепе оказался барашек.
Под титульную для группы “Бесконечность Тьмы” все танцевали медляк. “Ночь” и “Проклятый старый дом” публика также приняла на ура, хотя басист Томми пару раз заметно даже для меня слажал.
– А сейчас премьера! Это песня “Тысяча Глаз”, давшая название нашему первому сборнику от лейбла “Метал Блейд Рекордс”.
Тысяча глаз открылась внутри…
Это успех. Настоящие овации. Что показательно – громче всех хлопала и кричала “гениально” миссис Уайт.
– Вы потрясающая публика! – сказал в микрофон Эдди. Стоит отметить, что вся группа сегодня трезвая. – А сейчас я попрошу подняться на сцену автора стихов и музыки вместе с его музой. Не знаю, кого выбрали королем и королевой бала, но наши друзья сегодня блистают ярче всех. СиСи, ЭльКей, идите сюда, чуваки, получите порцию славы!
От избытка скромности я не страдаю, иначе не ставил бы себе высокие цели, а просто жил. Но предупреждать же надо! Хорошо хоть фингал за минувшую неделю уменьшился и стал почти незаметным. Отказываться – не вариант. Взял зарумянившуюся от внимания Линду под руку и повел на сцену.
– Кимчхи, ты реальная красотка! – прокричал какой-то парень с сильным мексиканским акцентом. Мне прямо-таки прибить его захотелось, но хватило самоконтроля, чтобы продолжить улыбаться толпе.
– Когда моя чувиха Трейси сказала, что братишка ее соседки – гениальный поэт, я не особо поверил, но СиСи взял и выдал убойные штуки! Его даже в Беркли заценили. И музыку тоже он сочинил. От души, чувак, ты крутейший поэт. Мы хотим сказать тебе “Спасибо”...
Где-то тут по задумке группы, наверное, обязана была начаться еще одна песня. Но не сложилось.
Глядя со сцены в зрительный зал, я увидел тощего шахматиста Стива Стивенсона, выглядевшего откровенно жалко, и меня в буквальном смысле обожгло ненавистью, поселившейся в его взгляде, направленном на меня. Школьник потянулся рукой во внутренний карман пиджака. Скажу голливудским штампом, но из песни слов не выкинешь – я словно в замедленной съемке увидел, как Стив достает из-под полы костюма блестящий хромированными боками короткоствольный револьвер, точь-в-точь, как у Эстебана.
– Бах! – первый выстрел прогремел в потолок, заставив собравшихся притихнуть. Микрофон Эдди поймал звук, аппаратура его усилила, скомкала и выплюнула через колонки. Оглушительные электронные помехи резанули по ушам едва ли не сильнее, чем сам выстрел.