Да здравствует наш суд! Самый гуманный суд в мире!
Глава 27
Интерлюдия. Линда
– Давай, детка! Давай, выгни спинку! Больше чувственности! Больше эротизма! Представь, что вокруг тебя десятки голых парней и они собираются начать битву за право обладать тобой! О да! Всё так! Приоткрой ротик!
Продюсер съемки был смешным. Он не только говорил Трейси, какую именно позу ей принять, но и показывал, позируя сам. Вставал на цыпочки, забавно выпячивал зад, сжимал себе грудь, изображал лицом страсть. У толстого мужчины весом больше трехсот фунтов, наверное, размер чичис превосходил всё, чем могла бы похвастать Линда, не говоря уже о том багаже, что скопился сзади. Но одетый в яркую гавайку постановщик ничуть не стеснялся, весь отдавшись процессу. У него как будто никогда не заканчивались батарейки и представитель журнала порхал вокруг модели, одетой пока что в купальник, с легкостью балерины.
Пойти на фотосессию за компанию позвала Трейси, когда выяснилось, что Эдди не сможет присутствовать из-за требований лейбла по срочной записи новых версий всего репертуара “Бесконечности тьмы” на более качественном оборудовании и с приглашенным временным бас-гитаристом.
И расположена студия в очень приличном районе Лос-Анджелеса, а не где-нибудь в гетто. Исключительно уважаемый по всему миру журнал гарантировал полную безопасность, анонимность и комфортные условия для сопровождающих. В том числе кофе и закуски.
– Пенни, детка, ты займешь умы всех мальчишек страны, я гарантирую! – обещал продюсер, пока несколько профессиональных фотографов снимали с разных ракурсов, а ассистенты колдовали с освещением. Потрясающе много труда нескольких человек для получения одного-единственного кадра.
Девушка ничуть не пожалела, что пошла сюда, оставив Криса, вчера ставшего официально совершеннолетним, заниматься играми в Аркадии. Ох, как же она вчера за своего парня переживала! Но мистер Больцман запретил ей даже на милю приближаться к зданию суда, чтобы избежать неудобных вопросов о сожительстве на процессе. Быть может, верно поступил. Рассказ Криса и Елены о том, как всё происходило, немного пугал.
Одну Трейси отпускать никто не решился. Глория уже окончательно превратилась в помощницу Лео, занимающегося теперь делом Гектора. И посмотреть на работу настоящих профессионалов оказалось очень интересным и открыло ей кучу всего неизведанного. Не порнографии, а терминов и приемов, касающихся студийной съемки. Свет, угол, горизонт, ракурсы. В рисунках они также важны, но захотелось когда-нибудь обзавестись камерой и заняться еще и фотографией. Почему нет? На дешевый полароид снимать рекордсменов аркадного зара у нее получается отлично. А жанр… она же не ханжа.
Некая глупая и странная часть Линды даже помечтала “а вдруг и мне предложат сфотографироваться обнаженной?” Крис постоянно говорил, какая она красивая и девушка даже начала ему немного верить. Для него точно красивая. А что считают остальные… тоже важно. А если предложение все же поступит, она откажется. Она не такая смелая, как Пенни, то есть Трейси.
– О да, красотка! Всё замечательно. Ты затмишь их всех! А теперь встань вот так, в позу кролика! Блестяще! Но нужно еще и хвостиком повилять. Да-да, именно так, ты всё схватываешь на лету. Ассистент! Джек! Чего ты застыл?! Влюбился? Вся Америка в нее втюрится, это не повод забывать о работе. Готовьте декорации с шелковыми простынями. Под розовый купальник подойдут тёмно-коричневые. Пенни, куколка, долой верх, продемонстрируй Америке лучшую грудь десятилетия!
– А новенькая ничего, миленькая, у нее неплохой потенциал, – услышала Линда совсем рядом с собой, – у нее верхние девяносто почти как у меня.
– Даже лучше, чем у тебя, – сказал другой женский голос, – а вот сзади не хватает, плосковата.
– Это она пока еще работать не умеет, а как втянется и научится самым выгодным позам – всё, отдашь ей свои контракты по женским джинсам.
– И талия могла бы быть чуть уже, у меня перепад линий изящнее.
– Личико свежее, незамыленное. Но позирует она пока что, как деревянная, не привыкла. Я в свой первый раз тоже дико нервничала.
Линда повернулась и обомлела. Орале! Курва! Она знала этих женщин. Обеих! Сейчас, одетые в обычные юбки и блузки, вполне благопристойные, даже не очень короткие, они все равно оставались теми, кого она видела много раз. На страницах журналов у Криса. Даже чуточку ревновала к ним, но не вслух.