— Мне тоже, — сказал ей Монти, — просмотр оставил самые приятные впечатления.
И ведь не соврал. Мне тоже была приятна рука Линды, сжимающая мою, как и то, что мы, сидя на последнем ряду, позволили себе пренебречь частью сюжета.
— Вы ведь заметили, что все взрослые до самого финала показаны исключительно от пояса и ниже, без лиц? Спилберг гениально передает чувство враждебного, непонятного мира глазами брошенного ребенка. Очень тонкая метафора развода. А сцена полета велосипеда на фоне луны — безусловный визуальный шедевр, — выдала мисс Скай, заставив задуматься — а так ли крепко она спала. Ну ведь спала же! На рубашке Монти даже пятно от слюны осталось. Вывод тут возможен лишь один — девушка уже смотрела кино, потому и уснула. А согласилась пойти ради пригласившего ее Синклера.
Далее мы пошли на «Нечто» и тут нас ждало уже совсем другое кино. Мы с Линдой оба поклонники фантастики и кровавый шедевр Карпентера смотрели с одинаковым интересом. А вот Монти и Селеста — они схватились друг за друга, смертельно побледнев, и просидели, не шевелясь. Разве что на моменте с головой-пауком одновременно дернулись в сторону прохода.
— От этого фильма несет холодным лавкрафтианским ужасом, — сдалала заключение Селеста. — Мне очень понравилось, но если бы не мужественность Монтгомери, я бы сбежала с сеанса. И мне хочется выпить горячего чая. Я покажу вам чудесную кофейню. Пойдемте-пойдемте.
— Крис, дай ему сегодня обыграть тебя в шахматы, — шепнула мне на ухо Линда, — это будет финальный штрих в образ героя.
Поддаваться я и не подумал, Монти сходил к себе в машину и принес компактную шахматную доску, точь-в-точь как была у меня в детстве. Металлическое поле и крохотные магниты в основаниях фигур.
Если кратко, то я проиграл. Если подробнее, то я проиграл, достойно сражаясь и почти вытянув на ничью.
Если же с подробностями, то Монти пошел во всю ту же испанскую партию, а я использовал Берлинскую защиту, считавшуюся скучной и слабой до тех самых пор, пока Крамник не разгромил с ее помощью Каспарова в начале 2000-х. Нейросети десятилетия спустя только подтвердили силу этого дебюта.
— Почему ты не используешь пешку на h5? — спросил шахматный гений, когда я повел партию по неожиданным для него лекалам.
— Решил попробовать другую тактику, — ответил я.
— Берлинская стена? Она даёт белым преимущество.
— Посмотрим, — выдал я улыбку канальи.
И пошла долгая позиционная изматывающая борьба, начавшаяся с размена ферзей. Я уже знал, что проиграю, но честно старался изо всех сил затягивать партию, чтобы показаться сильнее, чем я есть. Где-то тут бы сопернику ошибиться, вспомнив, что его ждет красивая девушка с упругими чичис, но он играл, как безупречный робот, реальная нейросеть. Как если бы он тоже попаданец, но не человек, а стокфиш или альфа-зиро.
В итоге мы вышли в эндшпиль на равных и тут уже мне поспеть за полетом мысли настоящего будущего гроссмейстера шансов не имелось. Я, конечно, на кураже потрепыхался, но свести к ничьей партию не смог. Молодой гений смело и размашисто ворвался в строй черных пешек белым королем, чем и предопределил победу, сумев провести свою пешку в ферзи.
— Признаю поражение, — протяну я руку на двадцать пятом ходу, — это была захватывающая игра.
Девушки, следили за нашей борьбой из первого ряда, попивая чай, заказанный мисс Скай и изредка перешептываясь. Мне даже слегка совестно стало, что так надолго их задержал, упираясь в игре.
— Мистер Синклер, ваша награда, — объявила вдруг Селеста, подойдя к победителю и без предупреждения засосала его в губы, после чего стремглав бросилась к выходу, густо покраснев.
— Я с ней поспорила, на результат, — шепнула мне Линда. — А если бы ты выиграл, то я бы тебя поцеловала.
То есть я останусь без награды? Во всяком случае, пока не сядем в машину. Мир несправедлив!
Глава 18
Монтгомери находился в ауте после поцелуя, наверное, целую минуту. Достаточно долго, чтобы его пассия ускакала подальше и не требовала немедленного розыска.
— Я поражен до глубины души, — признал Синклер. — Должно быть, мисс Скай — поклонница шахмат, — сказал с иронией, явно понимая, что древняя игра лишь повод. — Еще одну партию?
— Давай в другой раз, — если Монти все же станет частью Каналья Геймс, сыграть с ним мне еще предстоит, не отверчусь. И череда грядущих поражений не пугает. Не уверен, есть ли у него потенциал чемпиона мира, но от попытки ему противостоять я истинное шахматное наслаждение получил. Как если бы выкрутил уровень сложности в игре на максимум.