– Приглашаю поужинать с нами, – добавил Монти, – мисс Скай снова приготовила пасту.
Дружно отдали должное летающему монстру самым правильным путем – через поедание макарошек.
Следующий день пришлось потратить на беготню за мебелью и техникой. О великий Ктулху, что же всё такое дорогое?! Внутри меня схватились транжира, верящий в то, что деньги – это тлен и прагматик, трезво оценивающий факт, что я собираюсь промотать годовой заработок нормального программиста из средней корпорации. Пофиг, пляшем. В следующем месяце еще роялти придут. Там, правда, еще за дом с Кеном расплачиваться. А в перспективе еще бы и дом Катценьяммера выкупить, группу не выгоняя. Нужно больше золота!
Заказал самое необходимое – доставку двух компов IBM, одного яблочного, графического планшета, кофеварки и столов с мебелью. Стиснув зубы, за грузчиков заплатил. Так-то парни из группы не отказались бы помочь, как и Рамон. Да и Синклер не выглядит ханжой. Но я бы себя эксплуататором почувствовал, видя, как друзья таскают тяжести, а я халявлю из-за травмы ноги. Хотя, рок-группа и наследник заводов, газет, пароходов в качестве муверов – это прямо эпично.
А на следующий день мы с Линдой наконец-то оказались в общем классе. Вместе с октябрем начинался курс “Практические основы сценарного мастерства”.
Свободных мест в аудитории на полторы дюжины человек не осталось, пара явившихся студентов даже уселась не за парты, а прямо на полу, подложив под зад рюкзаки. Мы с девушкой в числе первых пришли и Линда утянула меня на места в первом ряду, прямо у преподавательской кафедры, в нескольких метрах от нее.
– Господа, здравствуйте, – подошедшего темноволосого и худого человека я чуть было за опоздавшего студента не принял – слишком неформальный вид. Простые твидовые штаны и черная водолазка под горло. Ни галстука, ни пиджака. Но мешки под глазами и морщины в уголках глаз выдали, что ему хорошо за тридцать.
Препод небрежно прислонился к кафедре и представился:
– Я ваш сегодняшний профессор, Джулиан Макмахон, действительный член гильдии сценаристов, – сказал он, а затем со всей дури шарахнул на кафедру толстую бумажную папку, извлеченную из портфеля.
Класс слегка притих.
– Знаете, что я только что уронил? Это полученные от киностудий отказы на мои сценарии. Есть вежливые, есть прямолинейные, но смысл везде один – “ваша история слишком сложна для нашей аудитории”. Я получал их, пока не понял главное – Голливуду не нужны проработанные сюжетные арки и глубокие, психологически достоверные персонажи. Ему требуются развлекающие зрителя аттракционы с огромными акулами, страшными пришельцами и бластерами.
– Если кто-то хочет рассуждать о тонких материях, кутаясь в уютный шарф и вздыхать о чувствах и аллюзиях – кафедра английской литературы в той стороне, – указал он совсем в неправильном направлении, но зато красивым театральным жестом. – Профессор Аластер Кроуфорд, мой уважаемый коллега и друг, прочитает вам отличную лекцию о необходимой глубине метафор и приведет хрестоматийные примеры из классической литературы . Там вы сможете бесконечно описывать, как осенний лист играет на ветру и скользит по глади ледяного озера. Но мы не творцы. Мы ремесленники и единственное, что мы создаем – зрительский интерес.
– Запомните, между сценарием и романом – огромная разница, никто не оценит красоты ваших диалогов, пока актеры не начитают их на камеру. Мы создаем техническую документацию для режиссеров и редакторов. Не само произведение, а его чертеж.
– Мы находимся на семинаре и долгих лекций у нас не будет. Молчать вам доведется лишь на первом занятии. Мы с вами займемся написанием и доработкой вашего собственного сценария. Первый ваш черновик, гарантирую, окажется никому не нужным мусором, но мы совместными усилиями это исправим. Вы перепишете его столько раз, сколько потребуется. Вы будете приносить в класс черновики и мы проведем им публичную прожарку. Распределим текст по ролям и устроим чтение вслух. Вы сами наравне со мной станете безжалостными критиками.
В конце этого семестра, через несколько месяцев, каждый из вас должен положить на мой стол полностью законченный сценарий. И моя оценка вашей работы с позиции голливудского редактора и станет итоговым баллом за курс.
Достаньте ручки и напишите на чистой странице “Чего хочет мой герой и что мешает ему это получить?”
Дальше пошли последующие тезисы, помогающие составить сценарий. Почему история началась именно сейчас? Где точка невозврата? Что скрыто в подтексте? И так далее. Толково, как по мне. Удивительно, но в “40 тысячах способов” мы на большинство задаваемых вопросов ответ для себя нашли. Интуитивно или из-за доли плагиата “Пункта назначения”, но изъянов в нашей истории я не отыскал. Наоборот, уверился, что всё правильно мы сделали.