Мясо на ребрышках оказалось вещью, способной примирить с невзгодами. Роберта – мудрая женщина, раз именно в стейкхаус мужа потащила. Сытый и довольный мужик лучше голодного и раздраженного. Вот и батька перестал походить на пыхтящий самовар и вернулся к своему привычному дружелюбному облику.
Проговорили все, о чем я собрался заявить журналистам, и окончательно успокоился. И даже набрался энтузиазма для того, чтобы совершить ответный ход. Ночь позвала меня реализовать интересную задумку. Глупое ребячество, тупую шутку, несущую некоторые правовые риски. Но если джентльмены играют грязно, то чем я хуже? Ничем!
– Милая, можешь нарисовать мне логотип “Блокбастера” с немного другим названием – “Блок бластер”, обязательно с пробелом между словами? – попросил я Линду дома. – И мне нужен Атари 800. Чак после переезда оставил свой в комнате отдыха, не так ли? Хочу попытаться создать кое-что необычное.
– Да, помню такой. А что ты задумал?
– “Хейттрис” – вариант “Тетриса”, что заставит игрока ненавидеть игру, компьютер и самого себя, – начал объяснять я Линде. – Мы назовем его “Блок бластер” и анонимно опубликуем под видом утечки из Атари.
– Не понимаю. Что в игре может заставить ее ненавидеть?
– Представь, что ты собрала полные девять рядов и осталось дождаться вертикальной палки, чтобы их схлопнуть, а тебе выпадают только S и Z блоки.
– А как ты определишь самый неудачный блок?
– Очень хороший вопрос. Я собираюсь использовать тот же алгоритм оценки позиции минимакс, что и в шашках с шахматами, по критерию того, что высота башни обязана по результату хода вырасти. Уже довольно давно обдумывал эту концепцию, как отдельный хардкорный режим Тетриса или просто шутку. Код, можно сказать, уже поселился у меня в голове, поэтому напишу его за одну ночь.
– Но что это даст? – все еще не понимала Линда.
Если бы я сам знал, на что рассчитываю. Совершенно глупая и иррациональная тяга найти приключения себе на помпис вместо того, чтобы, как нормальный американец, решить разногласия в суде.
– Ни на что конкретное не надеюсь. Но корпоративное зло нельзя оставить безнаказанным – хоть как-то им отомщу. Сначала я хотел на BBS игру разместить, но подумал получше, и решил сделать проще. Запишем дюжину дискет и потеряем их в разных общественных местах на ярмарке. Кто-нибудь обязательно найдет и поделится с народом. А если не сработает – тогда уже сам анонимно на пиратскую бухту залью, чтобы все узнали истинное отношение Атари к игрокам.
Как рассчитывал, так и получилось. Провел всю ночь в проклятом старом доме у компьютера, но традиционно ни о чем не жалею.
Расширить стакан на один кубик – ерунда, как раз имелся небольшой запас свободного места на экране. Прописать двадцать одну фигуру – тоже не вопрос. Увеличить массив, описывающий форму до пять на пять и перечислить варианты. Сложнее всего оказалось воскресить в голове цвета, показанные на презентации. Не уверен, что правильно их вспомнил, но у нас же “утечка прототипа”, сойдет для нашей сельской местности. Для того, чтобы игра давала хоть какой-то шанс, включил правило мешка – необходимость использовать весь набор фигур, а не спамить бесконечно крестами, что сделало бы невозможным хотя бы одну линию собрать.
Сделал всё задуманное к шести утра, скомпилировал при помощи кросс-ассемблера и передал по кабелю на оставленный Чаком комп для испытания.
Игра получилась сложной и неприятной даже в обычном режиме, включающемся из главного меню по нажатию сочетания клавиш контрол-шифт-ди. Сам Ктулху бы не догадался на него нажать. Я попросту потерялся в получившейся мешанине из 21 фигуры. Очко, блин! Каждый раз при появлении новой формы возникало желание поставить игру на паузу. Возможно, дело в бессонной ночи, но мой мозг не поспевал соображать, куда приткнуть очередную загогулину-пентамино, для названия которой у меня даже слова нет. А чисто статистически чаще всего выпадали именно такие
Я еще и мелодию из “Танца маленьких утят” в главное меню и игровой процесс забабахал, ее мне Линда написала следом за тем, как закончила создавать цветастый логотип. Забавный факт – в штатах ее называют “куриным танцем” и потому никаких ассоциаций с нашим маскотом возникнуть не должно. Где-то слышал, что взрослые пендехостанцы ее ненавидят. Не помню, откуда я это узнал. Не исключено, что у меня ложные воспоминания.
Пару часов на сон. Обязательная, но сегодня короткая пробежка с Дюке и к десяти утра я, сонно зевая, находился уже в Аудиториуме. Пришла очередь второй части глупого пранка. Посетил уборную и оставил на раковине дискету, с предварительно стертыми отпечатками пальцев. В течение дня мне предстояло потерять еще несколько. В кафетерии, в холле, на стенде небольшой студии, разрабатывающей обучающие программы. В мусорной корзине. Просто на полу, на видном месте.