– Отныне я Кристобаль, укротитель унитазов… нет, не надо меня так называть, это шутка. Где-то тут обязана находиться инструкция.
– Вот бы это всё заснять на камеру и в передаче показать, – предложила Линда, – я даже представить не могла, что где-то сантехника разговаривает.
Я мог! Про то, что, цитата – “в Японии унитаз является мультимедийным центром развлечений для всей семьи”, я когда-то целую статью читал. Там еще и про игры для унитазов и писсуаров рассказывалось. Про мушек, в которых нужно целиться. Но в нынешние дикие годы такого не ожидал.
– О божечки! Что за страна извращенцев?! – воскликнула Пенни Смит, выглянув в гостиную на томные стоны и чавканье, возникшие при тесном знакомстве анимешной девушки и осьминога. Между прочим, гениталии законопослушные японцы исправно зацензурили размытыми квадратиками. Как будто это что-то меняло и сцена становилась менее порнографической.
Я набрался сил и переключил канал на какое-то совершенно невинное аниме про школьниц. Но кто знает, что там дальше? Возможно, с японской анимацией лучше нам не рисковать. Переключил на новости, на прогноз погоды. Вроде бы нормальная программа, не порнографическая. Хотя, конечно, кто этих азиатов знает, с них станется внезапно изменить жанр в ходе передачи. Сейчас как… отключаем воображение. Ну или, как минимум, откладываем до того момента, как мы с Линдой воспользуемся шпингалетом в комнате.
Глава 18
Весь вечер мы провели в блаженном ничегонеделании у телевизора, сходили на ужин в ресторане при отеле и неплохо выспались, а на следующее утро Кента уже постучался к нам в номер с поклонами.
– Господа, президент нашей компании Накадзава-сама дал мне личное поручение – сделать ваш отдых на Золотой Неделе безупречным, чтобы вы почувствовали себя в Японии даже лучше, чем дома. Токио в эти праздничные дни обычно переполнен, поэтому мы в Старкрафт хотели бы уберечь вас от излишней суеты. Перелет через океан, знаю по личному опыту, совсем непрост и утомителен, вам необходимо расслабиться. Приглашаю вас насладиться японским гостеприимством на традиционные горячие источники – онсэн в рёкане Хаконе в префектуре Канагава.
Аниме меня научило тому, что горячие источники – это невероятно крутой лакшери и мечта любого японца, а потому попробовать на собственной шкуре их премиальный отдых отказываться я не стал. Вдруг мне понравится настолько, что у себя на заднем дворе аналогичный бассейн организую?
Кента отвез нас на станцию местных электричек и презентовал поездку в электропоезде, как очередное великое достижение ниххонской нации, недоступное западным варварам. Напрямую он этого не говорил, конечно, но нахваливал синкансен очень искренне. Не был он у нас в Сан-Франциско и на БАРТ не катался. А так ничего, удобный поезд, накурено только. Но это общая проблема “цивилизованного мира”. Дымят в восьмидесятых повсюду, я уже прекратил даже внимание обращать на то, что “дым сигарет с ментолом” преследовал нас и в перелете, и в аэропорту, и в микроавтобусе Кенты, и в гостинице. И в онсене тоже.
Сидеть в горячей геотермальной водичке и созерцать Фудзияму оказалось приколько и приятно… первые полчаса. А далее меня начало в сон клонить. Вот и всё их знаменитое развлечение – залезть в бассейн и релаксировать. Ну и общаться еще немного, с единственным, как поначалу казалось, тут понимающим английский – все тем же менеджером из Старкрафта. Кента, как мог, пытался меня развлекать – рассказывал сказки, легенды, мифы… Увы, или к счастью, до тостов дело не дошло.
– … и тогда монах усмирил девятиглавого дракона и заставил его дух вечно служить людям в этих местах, подогревая воду для горячих источников, – закончил очередную легенду Масару-сан.
– Скажите, а водятся ли на склонах Фудзиямы ядовитые змеи? – спросил я, разглядывая легендарный вулкан.
– Двух видов, Мамуси и Ямакагаси, – ответил не замявшийся на необычном вопросе Кента, а один из других посетителей онсена – мужичок лет пятидесяти с большими залысинами. Прозвучало пугающе.
– Однажды моего соседа укусила мамуси, он долго болел, но не умер, – добавил второй пожилой японец на еще более ломаном английском.
– В таком случае, мы воздержимся от восхождения, – решил я. – Долгая болезнь негативно скажется на бизнесе.
Ну и сам оказаться дважды покусанным не желаю, но у японцев вроде бы важно не терять лицо. А следовательно, я не трус и не боюсь, а забочусь о процветании корпорации.
– Масару-сан, а не подскажете несколько моментов по вашему языку? Он очень красивый и мелодичный, но тяжело дается нам… американцам, – чуть не сказал на автомате “русским”. – Я знаю, что в вашей стране есть свои правила чтения имен. Например, нет звука “Эл”, обязательна гласная на конце и фамилию необходимо произносить первой. Как бы меня звали в Японии?