- Какая разница? – рассмеялась женщина. – Я сегодня его вытравлю.
- Я хотел сказать, что это опасно для твоего здоровья.
- Какой ты заботливый, - томно проворковала вдова, - не то что Полидект.
Ликурга вдруг озарило. Случайно вырвавшаяся фраза открыла путь к спасению. Мысленно взмолившись богам, он стал поспешно убеждать Горгу:
- И плод я не позволю травить. Я не могу тобой рисковать.
- А что будешь делать с ребенком?
- Брошу в пропасть, - как можно равнодушнее ответил Ликург и для убедительности добавил:
- Так будет вернее и надежнее.
- А ты растешь прямо на глазах, - расплылась Горга в улыбке. – Когда свадьбу сыграем?
- Как только закончится траур. Ты, главное, не волнуйся и иди домой. Я пришлю нянек, чтобы они заботились о тебе и исполняли все твои желания.
- А поцелуй? – капризно потребовала Горга.
Закрыв глаза и еле себя пересиливая, Ликург чмокнул вдову в губы. В нос ударил мощный поток благовоний. Сразу вспомнился освежающий аромат волос Елена, навевающий запах гор.
Ликург приказал Ираклию проводить Горгу до дома и, оставшись там, глаз с неё не спускать, а сам помчался к матери Полидекта, размышляя по дороге, кому можно довериться. Без соратников в этом деле не обойтись, но круг посвященных должен быть весьма ограничен, чтобы о его плане вдова не узнала раньше времени. Мать Полидекта узнает обо всем первой. Для женщины, потерявшей сына, нет более радостной вести, чем весть о том, что у неё будет внук (Ликург почему-то не сомневался, что Горга родит мальчика). Да и невозможно представить более надежного союзника. Диодора сделает все возможное и невозможное, чтобы внук благополучно появился на свет.
Так оно и случилось. Диодора готова была сама бежать в дом Полидекта и мыть ноги бывшей невестке, но Ликург её вовремя остановил:
- Горга не должна даже заподозрить тебя в том, что тебе что-то известно о её беременности.
- Но я же могу навестить вдову моего сына.
- Каждое твое посещение станет для неё испытанием. Она будет опасаться проговориться, бояться, что ты заметишь её беременность.
- А не лучше разоблачить её прямо сейчас! – в сердцах воскликнула Диодора.
- Нет, - покачал головой Ликург, - пусть она пребывает в радостном настроении. Тогда и ребёнок родится здоровый.
Диодора согласно кивнула и снарядила к Горге целый отряд самых лучших и преданных служанок и нянек, наказав им так лелеять её и заботиться о ней, окружить таким вниманием, чтобы ни на мгновение не оставлять одну, особенно ночью.
Закончив дела, Ликург послал Ираклия за Еленой и спешно направился в пещеру, где назначил встречу. Елена не заставила себя долго ждать и, прильнув к Ликургу, с тревогой спросила:
- Что стряслось?
Ликург в растерянности отвел глаза. А что сказать? Как ни крути, а получается, он предал Елену. Он дал слово взять в жены Горгу. Он скрыл от всех, что втайне заключил брачный союз с Еленой. Он не посоветовался и ни о чём не предупредил возлюбленную. И кто он после этого? Да, обстоятельства вынуждали так поступить и не позволяли медлить, но разве это снимает с него вину? Разве Елене от этого легче?
Елена видела подавленное состояние Ликурга и не торопила его, понимая насколько ему тяжело. Она с тревогой слушала, как учащенно бьётся его сердце, и с трепетом ожидала страшного признания.
- Я подлец! – вскрикнул Ликург.
- Не оскорбляй моего любимого человека, - улыбнулась Елена.
- Кого? – вытаращил глаза спартанец.
- Тебя.
Оба непроизвольно рассмеялись. Ликурга отпустило, и он, как на духу, подробно рассказал о событиях минувшей ночи.
Елена не могла поверить своим ушам:
- Неужели Горга способна на такое?
- Не знаю: сказать – одно, а сделать – совсем другое.
- Мы отвечаем за свои слова также, как и за поступки.
- Вот именно! – в отчаянии воскликнул Ликург и поник головой:
– А я солгал.
Елена обняла возлюбленного:
- Не кори себя.
- Как! Ты не осуждаешь меня?
- Ни в коем случае: ты принял единственно верное решение.
- Ты так считаешь? – всё еще не мог поверить Ликург.
- Если бы ты не пообещал Горге женитьься на ней, то был бы уже мёртв, как Эвном и Полидект. А если бы согласился вытравить плод, то вдова тут же обвинила бы тебя в том, что ты заставил её это сделать.
- Я?
- А кто же еще? Не может же мать по своей воле загубить собственное чадо. Как ты думаешь, кому поверят, тебе или Горге?
- Я бы поверил матери, - честно признался Ликург.
- Вот видишь, ты чудом спасся, ты проскользнул между Сциллой и Харибдой. Ты продлил свою жизнь до рождения царя.
- Ты говоришь так, будто меня можно зарезать, как жертвенного ягненка. Ты думаешь, я не смогу защититься от беременной женщины?