— Так в чем дело? — воскликнул Гильермо. — Посадите их! Арестуйте и посадите.
— Сеньор Мальдонадо, не все так просто, — нахмурился старик. — Они хитры как дьяволы. И к тому же на них работают такие головастые специалисты, как ваши коллеги.
— Вы думаете, что каждый в корпорации замешан в чем-то противозаконном?
— Мы составили список подозреваемых. Туда попали почти все адвокаты, — кто остался в живых, конечно!
Гильермо стал горячиться:
— Значит, в этом списке и я? Зачем же вы обращаетесь ко мне?
— Вас там пока нет, сеньор Мальдонадо, — сухо ответил Фигероа. — Пока, потому что вы молоды. Потому что вы не так долго работаете на них. Понимаете, у корпорации, конечно не все клиенты принадлежат к мафиозным группировкам. Примерно восемьдесят процентов клиентуры — честные люди. Двадцать оставшихся — мафия, отъявленные негодяи.
— Тогда я не понимаю, — сказал Мальдонадо. — Какой смысл корпорации обслуживать двадцать процентов преступников, если от такой малой части клиентуры легко отказаться. Разорвать контракты. Мне кажется, если честно, что именно так и есть! — Гильермо потер лоб. — А вы руководствуетесь старыми сведениями и новыми предположениями. Дон Мийарес мог просто постепенно порывать с нечестными клиентами, оставляя честных.
— Мой милый Мальдонадо, в том, что касается денег, — все наоборот! — снисходительно проговорил старик. — Основные деньги идут с этих двадцати процентов. И потом, что это за рассуждения — честные клиенты, нечестные… Вспомните, как закончили адвокаты, которые решили порвать с Мийаресом? Если бы сам Мийарес решил так же поступить в отношении братьев Ренхифо, его бы давно убрали.
Гильермо почувствовал, что сеньор Фигероа прав.
— Кстати, вы не рассказали о третьем Ренхифо, — напомнил он.
— Третий Ренхифо. Двоюродный брат. Его зовут Леонсио, но теперь он даже и не Ренхифо. Он воспользовался тем, что когда-то его отец женился второй раз, и взял фамилию мачехи.
— И кто он теперь?
— Маркес.
— Зачем же он поменял фамилию?
— Поговаривали, что Леонсио решил завязать. Но мне кажется, просто братья поссорились и разделили капиталы… Но это мое личное мнение, потому что Леонсио нигде не светился. Этот двоюродный братец еще хитрей, чем два первых. В последнее время в печати мелькали заметки, что он занялся благотворительной деятельностью.
Бартоломе Фигероа замолчал.
— У вас все есть, судя по вашим словам, — поднял брови Гильермо. — Значит, скоро вы начнете громить эту корпорацию? А меня вы просто предупреждаете, чтобы я не замарался накануне больших событий?
— Нет, — покачал головой старик. — Дело в том, что у нас ничего нет. То есть, мы кое-что знаем, но для того, чтобы арестовать всех крыс, нам нужна документация корпорации. Ценные бумаги, счета, платежные поручения, копии контрактов. Очень желательно было бы докопаться до личных дел погибших адвокатов.
— Докопайтесь, — Гильермо пожал плечами.
— Но их нет! — воскликнул Фигероа. — Я знаю, что в вашей корпорации все документы хранятся в памяти компьютера. Когда-то один наш сотрудник предложил проделать весьма хитроумную многоходовую комбинацию. Умники из научного отдела разработали все до мельчайших деталей. Мы проникли на подстанцию и внесли изменения в блок-схему, которая управляла системой энергообеспечения офиса корпорации «Эдуардо». Добавили всего один контур, изменили развертку… И добились совершенно фантастического результата! Мы запрограммировали изменение напряжения в. розетках здания по такой хитрой кривой, что возник частотный резонанс, и ваш компьютер полностью вырубился…
— Что-то я такого не припомню, — Гильермо подозрительно посмотрел на собеседника.
— Это было до того, как вы, сеньор Мальдонадо, стали работать в корпорации, — пояснил старик. — После нашей операции Мийараес проклинал все на свете. Естественно, он не знал истинной причины аварии. Он вынужден был пригласить специалиста для починки компьютера. И, конечно, таким специалистом был наш человек…
— Судя по вашему рассказу, вы скопировали всю компьютерную документацию Мийареса? — поторопил Гильермо. — Чего же тогда не хватает? Как закончилась ваша операция?